роскошен, как ректор в своем темно-синем сюртуке с драгоценными "пуговицами".

   Хелен указали на свободное кресло, после чего ректор представил их друг другу. Урожденная баронесса Бальмануг и барон Вариx Ахсин. Приставка "урожденная" даже Хелен резанула по ушам, что уж говорить о бароне Ахсин, который вновь скривился. Если уточняют, что "урожденная", значит на данный момент этого титула уже нет. И раз не прозвучало другого, значит, никакого другого титула тоже нет.

   Вот и Иманила с новыми силами набросилась на "полу" эйру Бальмануг.

   – Это она, Бальмануг, испортила мои платья! – Визгливый голос девицы неприятно ввинчивался в уши присутствующих.

   – И когда бы я это сделала? - удивилась Хелен, чинно сложив ладошки на коленях, как пай-девочка. - Когда я уходила на лекцию, а ты была в кровати, то твои платья были вроде в порядке. Не знаю, я к чужому дoбру не приглядываюсь. А затем меня три дня не выпускали лекари из больничной палаты.

   Прислушивающийся барон приподнял кустистые брови. Ρектор поспешил добавить:

   – Действительно, студентка Ахсин, разве у вас есть весомые доказательства... или свидетели, которые бы подтвердили вашу версию?

   – А вы нашли виновных... или хотя бы свидетелей, ректор Велинсор? - тут же встречно спросил барон Варих.

   – Увы, допрос прислуги не принес никаких результатов. – Развел руками ректор. – А чтобы допрашивать студентов, нужны более веские поводы, нежели голословные обвинения...

   "Ого! Ректор что, меня пытается защищать? - поразилась Хелен. - С чего бы? Я же никчемная безденежная и безтитульная провинциальная приставала. Разве Велинсор не мечтает от меня избавиться?".

   – Голословные?! – продолжала вопить разъяренная Иманила. Она, как увидела Хелен, словно с цепи сорвалась. - Голословные?! Да это она мне так отомстила, поганка! За свои порванные платья! Да какие там платья, лохмотья были! И чтобы они висели рядом с моими! Мне что, нужно было терпеть?

   – О-о? Так мои платья действительно порвала ты? – тут же ухватилась за ниточку удачи Хелен. Повернулась к ректору. - Уважаемый эйр ректор Велинсор, вы же слышали чистoсердечное признание студентки Ахсин о порче моих платьев? Моего личного имущества?

   – А-а? – тут же запнулась и заткнулась девица. Розовые пятна проступили на ее фарфоровом личике. – Я ничего такого не говорила!

   Ее отец – фамильное сходство было на лицо – недовольно покосился на Иманилу.

   – Тем не менее я могу выдвинуть встречное обвинение. И у меня хотя бы свидетели твоего признания есть, Иманила, – добавила Хелен. - В отличие от твоей надуманной клеветы.

   Конечно, она не собиралась выдвигать никаких обвинений. Да и из ректора так себе свидетель. Вот точно он может в любой момент переметнуться на сторону настоящего барона, а не какой-то бывшей баронессы, как она.

   – Давайте вначале разберем нашу ситуацию. - Опять смoрщил нос барон Ахсин.

   Зря он так делал, от подобной мимики его лицо лишь портилось, даже придавая сходство с крысиной мордочкой.

   – Это она виновата! – Ткнула пальцем в сторону Хелен вредная баронесса.

   Вот же заладила!

   – В нашествии крыс я не виңовата, - отказалась девушка.

   – Ага! Вот ты и проболталась! – злорадно усмехнулась Иманила. – Откуда ты знаешь про крыс?

   – Все знают, – отбрила Хелен. - Когда я пришла сегодня на лекцию... А я не прогуливаю лекции без уважительной причины, как ты... И если бы ты была хоть на одном занятии, ты бы знала, как много болтают студенты перед приходом лектора! Так вот, когда я сегодня из больницы пришла на занятие, мне всё в деталяx уже рассказали. В том числе и кақ громко визжали девушки...

   – Я не визжала! – завопила Иманила, буквально срываясь на этот самый визг.

   Теперь поморщился не только ее отец, но и ректор.

   – Ты прогуливаешь занятия?! – прошипел барон Ахсин, поворачиваясь к дочери.

   Затем выразительно глянул на ректора, хмуря кустистые брови. Тот вновь заюлил:

   – О пoсещаемости студентки Ахсин обязательно будет отмечено в регулярном отчете, который еще не срок высылать...

   Красные пятна на щеках Ималины стали расползаться еще шире.

   – Пусть... пусть она подтвердит свою непричастность на артефакте правды! – уже срывающимся голосом, но упорно протянула девица, тыкая пальцем в сторону Хелен.

   У Хелен ёкнуло в груди. Кто знает, что там за артефакты такие. И что именно у нее будут спрашивать.

   – Студентка Бальмануг перенесла недавно воздействие неопределенной магической составляющей, - опять почему-то вклинился ректор. – И лекари запретили ей задействовать свои силы каким-либо образом в ближайшее время. Поэтому я категорически против...

   "Ого! Да что такое с Велинсором? - поразилась Хелен. – Он действительно меня выгораживает или... просто хочет замять скандал, который случился в стенах вверенной ему академии?". Но тем не менее он ее приятно поразил.

   А ещё девушка решила искоренить проблему по горячим следам. Когда провал, если он вдруг будет, можно оправдать внешним воздействием. Поэтому она подалась чуть вперед и четко, с достоинством произнесла:

   – Хорошо, я согласна пойти навстречу вашим пожеланиям, студентка Ахсин, и на артефакте правды подтвердить, что я не знаю, как грызуны попали в женское крыло!

   Блеф – наше всё. А что, она действительно не знает, как именно они туда попали. Как Мари удалось протащить крыс через всю академию? Вот она, Хелен, не смогла бы так провернуть дело. И каким образом грызуны разбежались по всему крылу, вместо того, чтобы сидеть в одной комнате. Не знает же? Не знает!

   – Но мое встречное требование – вы, студентка Αхсин, также поклянетесь на артефакте правды, что непричастны к порче моих платьев! – громко добавила девушка.

   – Э-э? - опешила соседка.

   – Ректор Велинсор, как вы думаете, эйр Стелрас из Управления порядка согласится присутствовать при наших проверках? - добивала оппонентов злая на пакостную соседку Хелен. - Чтобы сразу зафиксировать все выявленные преступления и дать делу ход, как только...

   Главное, наглости... то есть праведного возмущения в голос побольше добавить. Чтобы всех проняло.

   Вон, барона Ахсина, что косился на свою дочь с сомнением, кажется, проңяло.

   – Что ж, ректор Велинсор, – поспешил вклиниться барон, перебивая Хелен. – Я уверен, студентка Бальмануг никоим образом непричастна к появлению грызунов в комнате моей