— Девочка… Мария, стой! — закричала кухарка вслед, но я уже кинулась убегать!

Это все вранье! Лиса бы не умерла! Мама умерла. Папа умер! Но Лиса бы меня не бросила! Никогда бы не бросила!

Я бежала со всех ног! Ведь эта гадкая Дора врала! Она злая! Она захотела рассказать госпоже, и если бы рассказала… Меня бы выгнали! А мне нельзя… Ведь Лиса вернется и заберет меня сама!

Я добежала до самого верхнего этажа и залезла на свой чердак. Там я расплакалась… Мне было очень страшно и очень больно! Я не знала, что делать… Но я верила, что злая кухарка врет! Что моя Лиса вернется и все будет хорошо.

Мой взгляд пал на Подружку… На куклу с оторванной рукой… Той самой, у которой волосы были как у Лисы, и я тут же села перед ней, изливая душу. Обращаясь к ней так, словно она и есть моя Лиса…

— Вернись, пожалуйста, — всхлипнула я. — Лиса, если ты вернешься, я покажу тебе свои игрушки! Я не буду убегать! Я буду помогать тебе! Буду рано просыпаться! Буду слушаться тебя! Только, пожалуйста… вернись. Я тебя очень-очень люблю!

Я плакала и перечисляла все, за что Лиса ругала меня, и обещала ей… Обещала, что буду хорошей. Что буду самой лучшей. Главное, чтобы она вернулась!

Но… Это была всего лишь кукла. Просто брошенная кукла с оторванной рукой… Она не была Лисой, и как бы я ни просила, как бы ни плакала… Лиса не вернулась. Я это точно знаю.

Хоть я и сидела днем на чердаке, но ночью я спускалась в подвал, в нашу комнату… Но все было так, как я оставила. Так прошел день… еще день и еще… А потом… Потом я пришла в нашу комнату, а на ней был замок.

Я расплакалась, и на голос вышла какая-то женщина. Я не знала ее, поэтому спряталась за занавеску.

— Батюшки… правду говорят… приведение…

Женщина что-то пробормотала, вошла в комнату и закрылась. А я так и осталась стоять.

Я утерла слезы и решила… решила сходить к кухарке. Я знала, где ее комната. Это ведь она сказала мне… Сказала, что Лиса умерла… Но вдруг… Вдруг она сейчас скажет мне, что ошиблась и что Лиса ко мне вернется? Может, она искала меня днем и не нашла? Она ведь не знала, где мой чердак.

Я прошла по коридору и обнаружила, что на комнате кухарки тоже висел замок… Значит… Она ушла. А может, Лиса ушла вместе с ней… Но нет! Она бы не ушла никогда! Она меня любила! А значит… Значит, она правда умерла, умерла как мама и папа… Как птички… Как жучки…

Лиса говорила, что когда человек умирает, его душа продолжает присматривать за теми, кто ему дорог. Она говорила, что мама и папа рядом, просто тело их не здесь… Но душа здесь.

Мне стало так холодно, но я обняла себя руками и представила… Что Лиса тоже здесь. Ее душа здесь, чтобы оберегать меня. Я не одна… Она со мной… Просто я ее больше не вижу. Но я НЕ ОДНА!

Я все еще не знала, что делать дальше. Я не знала, кого спросить. Почему-то все слуги, кого я знала… Они все уехали. Приехали другие, но я их не знала, и я их… боялась. Вдруг они расскажут про меня злобной Катрин!

После этой ночи я просидела сутки на чердаке. Мне не хотелось выходить. Мне было страшно, но… Я хотела кушать. Я доела все, что было спрятано, все свои конфеты и все крошки от печенья… поэтому… решила, что буду выбираться за едой.

Так я и попалась в один из дней… Я всегда была неповоротливая! А еще мне было страшно, так страшно, что руки тряслись, и я уронила стакан. Он упал и разбился, дальше раздались шаги, и я увидела его…

Это был юный господин, сын дракона… Тит.

Он смотрел прямо на меня, и я замерла. Мне казалось, он закричит, позовет Катрин, и меня вышвырнут на улицу, где я умру. Но он не закричал.

— Мария… прячься, — только и сказал он.

А потом появилась Катрин, и она так кричала на него, схватила его и куда-то потащила… Она его выпорола. Это я узнала потом…

Тит меня не выдал. Он и Вики… Они нашли меня и стали приносить мне еду. Лиса запрещала мне с ними общаться… Она говорила, что это господа… Что это не дети прежде всего, а аристократы. Что у них голубая кровь!

Но они… они были такие же, как я. Они были напуганные. Они были голодные. Они… они ничем не отличались. И кровь, которая была на рубашке Тита… на спине… Она не была голубой… Она была красной. Прямо как у Лисы, когда она упала… И как у меня.

Рядом с Титом и Вики мне перестало быть так страшно… Они не обижали меня. Не били… Они стали моей семьей. Мы играли вместе… И Тит! Он был как рыцарь из сказок! Он заботился о нас с Вики, он воровал для нас еду, рассказывал нам сказки. Даже приносил мне горячий чай… Ведь у меня часто болело горло.

Он был самый лучший мальчик на свете!

Так прошло много времени. Было тихо и спокойно. Хотя я и пряталась… хотя и была тенью… Но я чувствовала себя уже не так одиноко. Иногда я плакала и вспоминала Лису. Но днем приходили Тит и Вики, приносили для меня покушать, и мне становилось легче. Я напоминала себе, что Лиса рядом и все видит.

— Я вырасту и стану графом, — говорил Тит. — И тогда я накажу эту мерзкую Катрин. И мы будем жить хорошо-хорошо… я буду управлять папиными землями. И буду покупать вам с Вики платья и пряники и печенье.

Рассказывал Тит. И в жизни появился смысл. Я стала ждать, когда Тит вырастет. Я верила, что все будет хорошо! И у нас будут пряники и печенье!

Но… воровать еду стало сложнее. Слуг стало очень мало. Катрин меняла несколько служанок, потом и вовсе уволила всех и наняла только Марту. Об этом мне рассказывал Тит. Он был очень-очень умный! И знал все-все на свете! Именно поэтому я точно знала, что все, что он говорит, — правда! И что печенье тоже будет, но пока… Пока нужно было как-то