Но чёрт, это же Вильгельм и Михаэль. Кто им что сделает⁈

Но материал важнее жизни!

— Благодарю, — говорит он, — Ранее Михаэль Кайзер в прямом эфире заявил, что его сердце занято. Тогда это прозвучало как личная деталь на фоне глобальных событий. Но, кажется… мы только что нашли, кем именно.

Экран темнеет на долю секунды.

А затем появляются фотографии.

Академия. Коридоры. Учебный двор. Михаэль Кайзер и беловолосая девочка в строгом готическом платье. Они стоят рядом. Они разговаривают. Где-то смеются. Где-то просто идут вместе.

Крупный план.

Лунасетта Князева.

— Перед вами Лунасетта Князева, — продолжает голос за кадром, — Единственная дочь и официальная наследница Российской Империи.

Фотографии меняются. Их несколько. С разных дней. С разных ракурсов. Но везде одно и то же ощущение близости, которую сложно подделать.

— Источники подтверждают, что эти снимки сделаны задолго до нынешних событий, — добавляет ведущий, — В стенах Академии. И если это действительно так…

Он делает паузу.

— … то Михаэль Кайзер имеет претензии и право не только на объединённую Европу.

Карта мира появляется снова. Европа подсвечена. Затем тонкая линия тянется на восток.

— В таком случае, — голос становится тише, почти осторожным, — мы стоим на пороге изменения всей мировой системы. Политической. Династической. И, возможно… цивилизационной.

Экран меняется. Однако всего на миг, практически незаметно, но он рябит! И картинка с обычной фотографией Михаэля неожиданно меняется на другую.

Одетый в императорскую форму, с нимбом на голове и очень серьёзным взглядом светящихся глаз. Картинка, обычно ассоциирующаяся…

С изображением идеологического правителя и божества.

«Что⁈ Откуда она здесь⁈», — все в студии передёрнулись.

* * *

— Йяяяху! Получилось, ха-ха! Прям в последнюю секунду! — вскинул руки очень довольный своим взломом Лёша.

Я сидел за столом и с гнусным хлебалом смотрел на этот впуск новостей. Все мы смотрели. Только Лёша ещё и действовал, будучи, оказывается, реально талантливым, а при поддержке спецуры Германии — ещё и эффективным.

Ну и вот — вышло. Заранее сделанная фотография для промоматериалов Михаэля Кайзера. Фотосессия, немного фотошопа, немножко нейросетей, и божественно-императорский облик готов. Это фото ещё никто не видел, так что засветить его в международных новостях — идеальный момент. Спасибо, Лёша!

Но всё равно.

— Я вообще без понятия откуда у них эти фотки с Луной… — вздыхаю я, потирая переносицу, — Твою-ж мать…

— В мире много талантливый людей, сынок. Среди них есть и папарацци. Некоторые в этом очень хороши, — вздыхает отец, сидя в той же комнате, — Надо бы тебе научиться массовому сокрытию. Или зонтик её прокачать, что ли…

Я цыкаю. Чёрт!

Что-ж, это явно слегка не по плану, но, думаю, и ничего критичного. Реальность и факты от этого не изменятся. Но всё равно неприятно — даже не думал, что рассекречивание твоей личной жизни так встаёт поперёк горла! Особенно, когда на ней подвязано завоевание мира.

Это они ещё про Суви не откопали. Ни про то, что эта девочка тоже со мной, и она наследница Кореи, ни про то, что она… ещё и наследница Японии, нафиг!

Короче, весело будет.

Мы сидели во дворце германской столицы. Конкретно сейчас в моём личном кабинете — с папой и Лёшей. Остальные гуляли. Да и Лёша гулял, но мы его экстренно выдернули вот только что.

— Лёш, пока ты тут, проверь, какой сейчас рейтинг у Миши? — спросил отец.

— Ща, дядь Марк, тут всё залагало.

— «Дядь?..», — со смесью недоумения и грусти пробормотал он, — Я правда старею?..

— Ох, что в этой Европе с инетом⁈ Ещё и цены такие! Здесь определённо нужен русский дух… дух машины, хех, — хмыкнул он, — О, отлагало. Короче. ИИ говорит, что Михаэля в основном просто боятся и не понимают. Взялся из ниоткуда, абсурдно силён на уровне полубожества, при этом зачем-то бьёт детей на Играх. Тут ещё всплывают комментарии бывших одноклассников, и кто-то хочет похайпить и всякую околесицу собирает, типа он там в детском саду на них сидел попой, козюльки пулял, и ещё с ясельной группы кошмарил окружающих! Хех, ну и бред.

— Хех… да… бред… — нервно хмыкнул я.

— Эту мелочь гасят ваши там спецы по интернету. Но общая картина, говорит ИИ, ожидаема — все внимательно наблюдают. Категорично против только ну, очевидно, власть держащие. Но тут понятно — не хотят с кормушки слезать, а Миша её силой отберёт, если захочет. Вот и хейтят.

Я медленно закивал, погружаясь в мысли.

Всё идёт вполне ожидаемо. Для людей я свалившееся чудо, но только пока непонятное. Хороший я или плохой? Вру или говорю правду? А то знаете ли… был уже один германский чувак, пытавшийся объединить Европу ради правильной человеческой расы…

Вышло так себе.

Люди меня боятся и пока не понимают. Они ХОТЯТ мне верить, ведь у меня самые благие намерения, но не могут, и это логично и обосновано — ну кто я такой для них?

Это, конечно, не касается власть держащих аристократов и коммерсантов. Тут и так понятно — они хотят жрать прекрасный десерт, а не получить порцию моего особого крема и самолично становиться моим кремовым пирогом. Ну вы понимаете. Ну вы поняли? Кремовый пирог сделаю им. Типа… хех…

«Люксурия на меня плохо влияет…», — вздыхаю я.

Так что, в общем-то, всё по плану. Хотя новость о Луне, конечно, наверняка напряжёт обстановку. Да и в целом неприятно — эй, это моя личная жизнь! А я не из этих, кому нравится, когда подглядывают!

Ох, хоть бы про Суви не так быстро выяснили…

В этот момент дверь к нам открывается. Я уже знал, что сюда идут, но всё равно удивляюсь, почему так быстро? Вся компашка пришла обратно! Вот они, слева направо.

— Чего так рано? — спрашиваю.

— Артуру стало скучно, и он начал сопеть, как будто вот-вот обкакается, — вздохнула Суви, на чьей шее сидел малыш, — Пришлось вернуться. Тут вроде не сопит.

— Вот и вылезла твоя тугосерьская сущность… — щурюсь я на него.

Ребёнок подозрительно смотрел на меня и жевал козюльки.

Академические Игры, если что, не круглые сутки длятся, и есть выходные дни, и сейчас именно они. Ну и все единогласно решили, — меня как обычно никто не спрашивал, — что пора бы потусоваться в императорском дворце! А то чё это, друг — император, а они даже во дворцах не тусуются⁈ У одного Максима что ли вечно сидеть⁈

Ха… ха-ха! Ну какой я был наивный! Ну какой же молодой и глупый! Помните, как я сокрушался, что мол вот, узнают о моём статусе, моей силе, и всьо, конец дружбе, конец прошлым отношениям,