от тошнотворного запаха крови. А может, от того и другого.

– Карпин не придумал ничего лучшего, чем послать клонов. Убедил их, что они – это настоящие мы, которые находятся в «Радуге смерти»…

– Погоди, – я поднял руку, пытаясь осмыслить поток информации. – С Карпиным ясно. Он способен и не на такое. А при чем здесь Валет?

– При том, что он жив.

– Наш Валет?

– Его клон. Пока без сознания, но скоро очнется, – она показала на неподвижное тело, напоминающее труп.

Внимательно присмотревшись, я понял – и правда, Валет. Или очень похож. По большей части лицо покрывала корка засохшей крови, смешанной с пеной или желчью, так сразу не разберешь. С учетом того, что все присутствующие, за исключением меня и Дианы, напоминали героев вампирской саги о вечной любви, в его виде не было ничего необычного.

– Он чем-то облился?

– Обычный припадок. Когда придет в себя, забудет несколько последних часов жизни.

– Очередное лекарство?

Мог бы и не спрашивать. Настоящий Валет никогда не страдал припадками, следовательно, у двойника их быть не могло.

– Команде нужен водитель, – Герцогиня сочла за лучшее не раскрывать врачебных секретов. – Клоны приехали на машине. Поссорились и умерли. Якудза уже в курсе. До тех пор пока вы, мальчики, будете держать язык за зубами, ничего не случится.

Мне отчаянно не хотелось ей верить. Мертвый двойник – не обычный покойник. Это почти то же самое, как посмотреть в зеркало и понять, что отражение живет своей жизнью. Точнее – жило…

– Значит, в дальнем углу лежим мы? То есть…

Если бы не доказательства, рассказ дока походил на неудачную шутку. Клоны, приехавшие убить своих прототипов. Неожиданная ссора, закончившаяся кровавым побоищем. И тэ дэ, и тэ пэ.

– Якудза, ты и я, – она была серьезна, как никогда.

– Кто остальные?

– С нами было трое железнодорожников, они находились в салоне, когда клоны швырнули гранату. С кадавром расправился Морж.

– Кад был с клонами?

– Нет.

– Тогда откуда он взялся?

– Я забыла закрыть дверь вагона. Он появился, когда я помогала Якудзе…

Чем дальше, тем больше мне не нравилась Майя. Легкость, с которой она отказалась от продолжения пытки, могла значить только одно – что-то задумала. И этим «чем-то» был кад. Прежде чем натравить нашу команду на конвой «Пятерки», Карпин упомянул, что девчонка способна подключаться к коллективному разуму андроидов. Видимо, осознав, что ничего не добьется с помощью пыток, хитроумная тварь зашла с другой стороны: подтянула кадавра через сеть «Ушедших».

Перед мысленным взором возник обрывок воспоминания.

Герцогиня кричит, умоляя Моржа помочь. Безучастный бул сидит рядом. Кто-то невидимый шепчет: «Они все умрут, если ты не поможешь».

– Чем?

– Пусти меня, я передам приказ булу.

– Нет.

– Жаль.

– Морж! Помоги! Без меня Флинт умрет!

– Я могу сам ему приказать.

– Попробуй.

– Морж, вперед. Слышишь меня, Морж?

Бесполезно…

– Ну что, убедился?

– Мооооорж!!!

– Последний шанс.

– Хорошо! Я согласен.

– Вот и молодец!..

Ловушка захлопнулась. Глупый мальчик и его верный пес напрасно пошли в темный лес. Голодные волки – не самое страшное, что водится там. В непроглядной чаще, среди пропахших гнилью низин, стоит покосившийся дом злой колдуньи с детским лицом. Попадешься к ней в лапы – считай, что пропал…

– Флинт, ты в порядке? – Герцогиня внимательно разглядывала меня, пытаясь понять, что происходит.

– Да.

– По виду не скажешь.

– Голова немного кружится, – это была чистая правда.

Чтобы сменить тему, я спросил:

– Как Якудза умудрился выжить?

– Он был наверху, мы – в подсобке, – врач говорила намеренно громко, чтобы всем было слышно.

– Понятно.

– Когда рвануло, показалось, будто молотом по башке заехали.

– Тебе повезло.

– Нам всем повезло.

Я предпочел ограничиться нейтральным: «Наверное», решив не углубляться в детали, тем более что застонавший Валет начал приходить в себя.

– Ведите себя естественно, – предупредила Герцогиня. – Он не должен ничего заподозрить.

– Постараемся, – пообещали мы, зачарованно наблюдая, как покойник возвращается к жизни.

Это было на редкость странное чувство: смесь первобытного ужаса, некоей брезгливости и удивления. Меньше всего на свете мне хотелось бы пережить его вновь. И не только мне одному. Судя по виду Якудзы, он думал о том же…

– Почему у меня такое ощущение, будто я наглотался крови по самое «не хочу»? – первое, что спросил клон, очнувшись.

– Потому что это правда, – спокойно ответила Герцогиня.

– Что именно?

– Всё. Сначала своей, когда прокусил губу, потом чужой, упав в лужу с кровью.

Честное слово, лучше бы она промолчала. Иногда подробности только вредят.

Его вырвало желчью. Несколько секунд тело сотрясалось в конвульсиях. Мы с Якудзой наблюдали за клоном со смешанным чувством отвращения и жалости. Что-то во всем этом было неправильно. Как-то не по-людски, что ли. Умер человек, а потом вдруг ожил…

– У нас есть вода? – тяжело дыша, спросила копия человека, погибшего у нас на глазах. – Сушняк жуткий.

– Да.

– Чистая. Пригодная для питья, – на всякий случай уточнил Валет.

– В паровозном котле техническая, в пластиковой канистре нормальная.

– Понятно.

– Пожалуйста, всегда рады помочь, – Якудза был вежлив, как никогда.

– Рады что?

– Помочь, – наверное, так подчеркнуто вежливо-громко разговаривают миссионеры с только что обращенной паствой.

Мир.

Гармония.

Равенство.

Братство.

Любовь.

Всепрощение…

Применительно к вагону смерти, залитому кровью, это выглядело фальшиво до невозможности.

Неудивительно, что клон почувствовал ложь. Может быть, он не был человеком в прямом понимании слова, но с головой у него все было в порядке.

– Так, давайте возьмем тайм-аут! – предложил Валет. – С моими мозгами что-то творится. Провалы в памяти, и все дела. Объясните нормально, это такой розыгрыш? У меня сегодня день рождения, а вы, типа, неожиданный подарок приготовили, как в дурацком кино? Я возвращаюсь домой с работы, усталый, голодный и злой, а моя девушка вместе с дорогими гостями спряталась за диваном и туда же трупаков навалила. Свет зажигаю, вы вскакиваете и кричите: «Сюрприиииииз! Посмотри, дорогой, что у нас есть!»

Я по сторонам оглядываюсь: «Батюшки, как необычно! Потолок и стены в мозгах! Вот так сюрприз! Порадовали, гостюшки дорогие! Где же вы раньше-то были? Почему только сейчас догадались?! Как подумаю, что упустил-потерял…»

– Это скорее Хеллоуин…

– Да наплевать, что это. Хоть Новый год. Я же вижу, что вы на меня смотрите, как на оживший труп. Якудза, ты вообще