Шрифт:
Интервал:
Закладка:
– Приехали!
Водитель припарковался перед одноэтажным домом в конце переулка. Рядом со зданием стояла времянка, напоминающая мастерскую с жестяной крышей. Строение ярко освещалось изнутри – там кто-то работал.
Ицзе заплатила за проезд, а затем сказала водителю:
– Босс, не могли бы вы немного отъехать в начало переулка и подождать там? Нам сейчас нужно кое-кого отыскать, а потом мы бы вернулись вместе с вами в город.
Водитель кивнул и припарковал машину на углу, а Ицзе и Цзыяо направились к мастерской.
Свет, исходящий оттуда, был особенно заметен после наступления темноты. В этих лучах Цзыяо разглядел множество ксилофонов разных стилей, выставленных снаружи; похоже, их изготовление было основной работой мастера.
Приблизившись, Ицзе услышала раздающиеся изнутри равномерные звуки.
Она дважды постучала в дверь, громко спросив:
– Мастер Сюй здесь?
Звуки резко прекратились, и вскоре дверь открылась, явив мужчину лет сорока с длинными растрепанными волосами. Он смахивал на безумного гения.
– Вы кто такие? – Мужчина подозрительно уставился на Ицзе и Цзыяо. Вероятно, ему не нравилось, что его отвлекают от работы, ведь смотрел он недружелюбно.
– Вы господин Сюй? – вежливо спросила Ицзе.
Мужчина кивнул в ответ. Ицзе достала визитку и с поклоном протянула ее господину Сюю обеими руками.
– Здравствуйте, я Ицзе из рекламного агентства «Азия-конкурс». Наша компания связывалась с вами в прошлом году. Вы помните нас, господин Сюй?
Мастер взял визитку одной рукой, взглянул на нее, а затем цокнул языком:
– Я помню вашу компанию. В прошлом году вы вроде бы хотели использовать мои зонты в рекламных целях, что-то связанное с туризмом… Но я в основном делаю музыкальные инструменты. А зонты изготавливаю лишь изредка, когда у меня хорошее настроение.
– Я знаю, – закивала Ицзе. – Мастер Сюй, вы настаиваете на том, что каждый сделанный вами зонт живет собственной жизнью, поэтому вы тщательно отбираете своих клиентов, останавливаясь на тех, кто точно будет бережно относиться к полученным изделиям. И я действительно восхищаюсь вами.
– Раз уж вам все известно, зачем же вы пришли ко мне? – Мастер Сюй высокомерно поднял подбородок. – Я не похож на тех фабрикантов, которые массово производят зонты и продают их туристам. Мне не нужна реклама. Я ведь сказал об этом вашей компании, не так ли?
– Да, но сегодня я пришла к вам по другой причине. Я хотела кое-что у вас спросить… – С этими словами Ицзе достала телефон и развернула его к мужчине.
На экране появилась фотография, сделанная Цзыяо на станции метро, на которой Синьцзе держала бумажный зонт.
– Мастер Сюй, вы раньше видели этот зонт?
Мастер наклонился к экрану и две секунды смотрел на него, а затем покачал головой:
– Рисунок очень красивый, но я никогда зонта раньше не видел.
– Не могли бы вы подумать еще раз, мастер? – встрял Цзыяо. – Быть может, зонт – одно из ваших предыдущих творений, а вы просто его не помните?
– Перестаньте нести чушь! Я в деталях помню, как выглядел каждый зонт, который я создал, понятно?
Вопрос явно расстроил мастера, и он, собираясь выпроводить Цзыяо, начал закрывать дверь мастерской.
«Если он закроет дверь, у нас больше не будет шанса задать ему вопросы», – мелькнуло в голове Цзыяо.
В последний момент Цзыяо выпалил:
– Мастер, вы когда-нибудь слышали о госпоже Юй, хозяйке дождя?
Рука мастера Сюя дрогнула и замерла, едва до него донеслись эти слова.
– Где вы услышали о ней? – Мастер Сюй распахнул глаза.
Цзыяо и Ицзе обменялись взглядами. Им ничего не оставалось, кроме как рассказать всю правду. Они наперебой поведали об исчезновении Сюаньхуна и Синьцзе и о том, как те оставили послания, упомянув в них госпожу Юй.
Мастер Сюй не перебивал их. Он на мгновение задумался, а затем глубоко вздохнул.
– Подождите минутку, – сказал он, после чего развернулся и пошел в мастерскую, чтобы выключить свет.
Выйдя оттуда, он указал на соседний дом:
– Посидим у меня. Там есть кое-что, что может вас заинтересовать.
Цзыяо и Ицзе последовали за мастером в его жилище.
Господин Сюй включил люстру. В ярком свете оказалось, что гостиная в его доме была безупречно чистой. Подобная опрятность резко контрастировала с его диковатым видом безумного творца.
– Раз вы знаете о хозяйке дождя, значит, вы не шутите, – сказал господин Сюй, наливая два стакана воды и ставя их на стол. Затем он впился взглядом в Ицзе и глухо произнес: – Твоей младшей сестре сейчас тем более не до шуток. Она в опасности. Вам лучше поскорее найти ее.
– Господин Сюй, вы знаете, кто такая хозяйка дождя? – спросила Ицзе.
– Я тоже лишь слышал о ней и не ведаю, каков ее настоящий облик. – Господин Сюй достал пепельницу из-под стола, закурил сигарету и сказал: – Я не лгу вам. Я действительно раньше не видел этот бумажный зонтик. Но очень похоже, что… женщина на зонтике действительно и есть хозяйка дождя.
Мастер Сюй повернул голову, выдохнул дым в сторону, где никого не было, и продолжил:
– Вам не кажется странным, что человек, изготавливающий музыкальные инструменты, в свободное время делает бумажные зонтики? На самом деле этому меня научил отец. Ни я, ни он не являемся местными уроженцами. Изначально наша семья жила в горной деревушке. Прежде она славилась изготовлением зонтиков, но постепенно ремесло пришло в упадок. Поэтому отец и привез меня сюда, в пригород. Он и научил меня ремеслу изготовления зонтов и концепции того, что каждый из них живет собственной жизнью.
Мастер Сюй сделал еще одну затяжку. Ицзе воспользовалась случаем и спросила:
– Могу я узнать, что случилось с вашим отцом?..
– Его больше нет. Он умер десять лет назад, – ответил мастер Сюй. – Знаете, что самое удивительное в том, что мне передал отец? Хоть он и научил меня создавать зонты, он не желал, чтобы я их продавал. Просто ремесло не должно быть утрачено. Я тоже не хочу, чтобы умение было запятнано деньгами, поэтому сейчас редко делаю зонты. А если и занимаюсь ими, продаю только тем клиентам, которым доверяю: вот они-то и будут бережно хранить зонты всю жизнь.
Мастер Сюй несколько раз стряхнул пепел от сигареты в пепельницу, затем, подняв бровь, посмотрел на Цзыяо и Ицзе и произнес:
– Историю о хозяйке дождя мне поведал отец.
Цзыяо и Ицзе стали внимательно слушать, не смея пропустить ни слова.
– Когда я был ребенком и жил с отцом в горной деревне, раз в пять лет