– Нет, в каком-то кино слышала. Да не суть! Расскажи с самого начала, как появился твой портрет с деньгами в руках? Кто, когда и при каких обстоятельствах его сделал?

– Круглова, тебе бы допросы вести, – снова съязвила я, но тут же саму себя одёрнула. Всё-таки человек из-за меня с урока сбежал на глазах учителя. Да и помощь Настя вроде бы вполне от души предлагала.

– Давай в туалет, что ли, зайдём? А то охранник заподозрит нас в прогуле и сигнализирует куда следует, – предложила я.

Оставшись наедине с Кругловой, я попыталась собраться с мыслями. Событие двухнедельной давности всё ещё будоражило, хоть и пропиталось непониманием и обидой:

– В общем, двадцатого, когда я писала реферат по истории, в социальной сети всплыло уведомление с началом сообщения от Макара Жидкова.

Казалось, у Насти глаза сейчас станут больше чем у стрекозы.

– Вот-вот. Уж и не знаю, так ли сердце выпрыгивает из груди, – попыталась я объяснить свои чувства спасительнице, – но как «в зобу дыханье спёрло» по Крылову, я прочувствовала в полной мере. И что такого ОН – одиннадцатиклассник, игрок школьной сборной по футболу, за которым половина девчонок нашей школы бегает, мог написать мне – обычной семикласснице?!

Круглова с пониманием кивнула, подавая знак: «Продолжай». А я отчётливо вспомнила, как не сразу открыла сообщение. Сидела, водила курсором мышки по нему, будто хотела сначала погладить послание, прежде чем прочесть.

– Наташа? – встревожилась Настя, заметив возвращающееся оцепенение. – Что он написал?

– А ты читай. – Я открыла переписку и поднесла экран к лицу одноклассницы.

Круглова, беззвучно шевеля губами, принялась штудировать строчку за строчкой:

«Наташа, привет! Мы с тобой учимся в одной школе. Возможно, ты даже приходила болеть за нашу сборную по футболу, в которой я играю. Наслышан о твоих феноменальных способностях в алгебре и геометрии. Вот решил обратиться за помощью к гению математики.

На носу ЕГЭ, а у меня с царицей наук отношения сложные. Сможешь подтянуть занятий за десять максимум? Готов платить пятьсот рублей за каждое. А заниматься можем по видеосвязи. Чуть не забыл. Это Макар Жидков».

– Мог бы и не подписываться. Достаточно было фотографии на аватарке, – хмыкнула Круглова. – Судя по всему, ты согласилась?

А как тут было не согласиться? Я вновь и вновь прокручивала в голове события прошедших двух недель. Перспектива каждый день видеться с одним из самых популярных мальчиков в школе, общаться с ним наедине будоражила не на шутку.

– Конечно, согласилась! – подтвердила я догадку Кругловой. – Правда, кроме решения задач, доказательства теорем и прочих математических действий мы больше ни о чём не разговаривали особо. Встретились только раз, когда Макар мне передал пять тысяч за десять проведённых занятий.

– Подожди-подожди, то есть эти деньги он отдал тебе лично в руки здесь в школе?

– Да. Ещё и попросил сделать фотографию. Ту самую. Якобы чтобы его родители не подумали, что он их потратил на что-то плохое.

– Ивановская, ну ты… – запыхтела Круглова.

– Чего ну я? – перебила я Настю. – Я и так всегда осторожничаю, соблюдаю правила безопасности в Сети. Незнакомые ссылки не открываю, свой возраст в Интернете нигде не указываю, личные фотографии никому не отправляю и уж тем более не делюсь номером телефона, адресом школы или нашей квартиры. Незнакомцам на сообщения ни разу не отвечала, особенно троллям. Тут-то ответила лишь потому, что по фотографии Макара узнала, да к тому же, судя по посланию, это не мог быть кто-то другой. Разве будет посторонний человек знать, что я уже в седьмом классе охватила всю школьную программу по алгебре и геометрии вплоть до одиннадцатого класса?

– Ты не части и успокойся. Когда Макар передал тебе деньги и сделал фотографию? – попыталась урезонить меня Круглова, явно пытаясь разузнать как можно больше о «входе».

– Вчера, после биологии.

– Кто-нибудь был рядом? Может быть, проходил мимо?

– В том то и дело, все вокруг словно вымерли. А зачем тебе это?

– А затем, что фотография была сделана в школе, а на геометке Макар отметил ночной клуб. Свидетели фотосессии нам бы сейчас очень пригодились.

– Так вот о чём зубоскалила Стрельцова! – дошло до меня.

Настя хотела было задать очередной вопрос, но тут в дверь туалета кто-то постучал. Мы встревоженно переглянулись и замолчали выжидательно. Стук повторился, а за ним раздался голос Макара:

– Наташа, ты здесь?

– Вот это нахальство! – чуть не задохнулась от возмущения Круглова. – Опозорил тебя на всю школу, а теперь по туалетам рыщет. Опять какую-нибудь гадость придумал?!

Макар явно не собирался уходить:

– Наташа, выйди, пожалуйста. Нам очень надо поговорить.

– Даже не смей. – Настя цепко схватила мою руку. – Хитрый какой! Сейчас я ему расскажу про одно село в Рутульском районе Дагестана.

– Настя, какое село? О чём ты? – попыталась я освободиться от спасительницы.

– А есть такое селение под названием Вруш. Твой Макар не просто вруш с большой буквы, а ещё и подлец!

Обида на Макара засела крепко, но всё же поговорить с ним надо было обязательно. Вера в невиновность парня моей мечты слабой искрой пробивалась сквозь непонимание, желание перевестись в другую школу или разрыдаться в подушку, в конце концов!

Я решительно глянула на Круглову:

– Мне надо самой. В глаза хочу посмотреть. А ты пока жди здесь. – Не дав Насте опомниться, я протиснулась за дверь и нос к носу столкнулась с источником моего позора. Точнее, уткнулась в его грудь, с учётом высоченного роста Макара. Вид у него, надо признать, был беспомощно-виноватым.

– Наташа, замучился тебя искать. Это не я, клянусь!

Замучился он! А что чувствую я вот уже несколько часов, он не подумал? Видимо, на моём лице все мысли считывались, так как Макар взволнованно запричитал:

– Даже не представляю, каково тебе пришлось! Веришь ли, я не выкладывал в чат нашего класса твою фотографию с подписью! Видимо, когда мой телефон был разблокирован, кто-то из игроков сборной решил таким образом пошутить. Я ведь всего на пару минут выбежал из раздевалки, чтобы догнать тренера и отдать ему справку, а шкафчик запирать не стал. Хочешь, я размещу опровержение в чате прямо сейчас? Запишу видеообращение, в котором признаюсь, что меня взломали, а деньги в твоих руках – за репетиторство. Кстати, я бы ещё несколько занятий у тебя взял, – после короткой паузы добавил он.

Я вспомнила название дагестанского села. Верить Макару хотелось очень. Да и не похоже было, что он выворачивается и хитрит.

– Ты или не ты – следствие покажет, – вмешалась Круглова, едва не задев меня дверью туалета. Стало быть,