вторженцами. Проблема была ещё и в том, что покинуть комнату мы не могли и через портал. В отличие от большинства обычных арок, тут ячейки для камней маны находились снаружи комнаты.

Так что, фактически, нас заперли. Без каких-либо видимых причин и даже без возможности что-то сказать и объясниться. Это, разумеется, было против всяких правил, но подобное меня уже довольно давно волновало далеко не в первую очередь. А в первую очередь это было крайне подозрительно и попахивало красноглазыми.

А потому просто сидеть на попе ровно в комнате портала, дожидаясь непонятно чего, или пытаться докричаться до людей снаружи, я не собирался.

— Поможешь? — я глянул на Ризеллу.

Девушка кивнула.

— Отойдите подальше, — это было адресовано Вану, Альсазу и Уру.

Они, конечно, были сильны, и после Амфитеатра стали ещё сильнее, но подобное не было их профилем.

— Бей прямо по окошку, — проинструктировал я принцессу. — Самым мощным, что у тебя есть. О последствиях не переживай. На счёт «три».

— Поняла.

Мы выстроились в шеренгу напротив двери из комнаты портала. Я, Ризелла, Дамбал и Дагум.

Ризелла, доставшая из-за спины лук, натянула тетиву, формируя на ней из пустоты энергетическую стрелу, полную невероятно концентрированной мощи. Заклинание, которое должно было отправить снаряд в цель, я прекрасно знал и сам им пользовался.

А вот сама стрела была соткана, похоже, не из одного, не из двух и даже не из четырёх, а точно более чем из семи разнообразных заклинаний, создававших эффект синергии и многократно увеличивавших силу друг друга. Определённо, если бы не комбинирование, позволявшее создавать поистине невероятные виды магии, божественным избранникам вроде Ризеллы я бы точно не был соперником.

Тело Дамбала, закутанное в чёрный балахон, окуталось порывами чёрного ветра. За последнее время мне удалось неплохо разобраться в способностях бывшего серого миссионера, и научиться куда лучше его контролировать.

Хотя арсенал, оставшийся в памяти и душе Дамбала не был обширным, мощь многих его заклинаний была крайне велика. В том числе после прочистки мозгов сохранились даже два заклинания SS-ранга, одним из которых как раз и был этот чёрный ветер.

Разрушительный потенциал этой магии был едва ли не выше, чем у моего Контроля пламени. А после того, как я изучил несколько толстенных книг по магии ветра из библиотеки Бафомета, в силах моей марионетки стало творить магию, на которую Дамбал даже в здравом уме не был способен.

Дагум, которую я успешно вернул на восьмой круг, не могла похвастаться каким-то выдающимся набором заклинаний в гримуаре. Всё-таки она была свободным магом, а таким было крайне сложно получать высокоранговую магию. Потому, чтобы компенсировать её недостатки, я за полтора месяца под завязку нашпиговал её зачарованиями, так что теперь фея стала чем-то средним между камикадзе, гранатой и огнемётом.

Ну и я сам, разумеется, не остался в стороне. После множества изменений и экспериментов из семнадцати моих пушек осталось всего семь, но каждая из них стала в разы мощнее, а также обзавелась уникальными характеристиками, подходящими для самых разных ситуаций. Сейчас, впрочем, все они были направлены на дверь комнаты портала, а сам я поднял руки с пистолетами.

— Раз… — начал я обратный отсчёт, — два… ТРИ!

Громыхнувший взрыв сотряс комнату портала, даже защищённую сильнейшими барьерами, до самого основания. Арке портала, построенной самими богами, ничего не сделалось, но вот по потолку, полу и стенам зазмеились глубокие трещины, а дверь вместе с частью стены вынесло к чертям.

Защита комнаты, рассчитанная на длительное противостояние любой магии ниже уровня архимага, лопнула после первого же залпа. Лучшее доказательство моей и Ризеллы силы.

Старейшина, тот самый, с бородой клоками, невысокий, очень щуплый и с невероятно длинной и тонкой, будто у Аиста, шеей, на его удачу успевший отойти от двери, выжил. И теперь, сидя прямо на полу, окружённый магическим барьером, в окружении груды обломков стены, смотрел на нас, выходящих из комнаты портала, круглыми от шока и неверия глазами.

Аура серого миссионера от него не ощущалась, но он вполне мог быть обращённым…

— Эльфийский ублюдок, ты что себе позволяешь⁈ — раздался у меня за спиной отлично знакомый голос.

Понятно. Вероятно, к счастью, но Серые и красноглазые тут были ни при чём.

— Привет, Вольф, — улыбнулся я, поворачиваясь к Вольфу Грумо, моему самому ярому противнику в Башне Магии и деду Карла, из-за которого, по сути, и произошло моё с Бафометом знакомство.

Он заявился с отрядом магов-стражей, членов элитного отряда на службе Башни Магии, чего-то вроде гвардейцев кентавров, и явно не собирался решать дело миром.

— Стыд совсем растерял⁈ Для тебя — старейшина Грумо!

Я лишь усмехнулся. А потом, сорвавшись с места на огромной скорости, едва уловимой для человеческого взгляда, в долю секунды появился перед Грумо. Моя правая рука сжалась на его шее, левая приставила ко лбу старейшины пистолет. В конце концов нас обоих окружила стена твёрдого, непроницаемого ни для магии, ни для стали, пламени, чтобы стражи не смогли нам помешать.

Впрочем, они бы и так вряд ли смогли бы. Дамбал, Дагум и Ур, устремившиеся следом за мной, хотя и были втроём против пятнадцати, раскидали стражей, среди которых не было ни одного высшего мага, за считанные секунды.

— Ты уже должен был узнать о том, что это такое, — я кивнул Грумо на пистолет. — Ты все шестнадцать лет старательно добивался моего устранения, и при этом наверняка знаешь обо мне больше, чем большинство людей в Башне Магии. Иронично, не думаешь?

— За покушение на жизнь старейшины тебя обязательно изгонят из Башни Магии, а потом и казнят! — голосом, полным в равной степени ненависти и восторга, прохрипел Грумо.

Я покачал головой.

— Насколько же ты помешан на этом, что не понимаешь простейших вещей? Ты ведь стал свидетелем моей силы только что. По-твоему, без поддержки Башни Магии я не выживу? По-твоему, хоть кто-то реально примет решение о моей казни, даже если я прикончу тебя и твоего внучка? Очнись, Вольф. Теперь ты — тот, кто должен тщательно взвешивать каждое слово, чтобы не стать моей жертвой.

— Я так и знал, что вы все — худшие ублюдки!

— Мы? Эльфы?

— Да! Вы убили всех! Всех, кто был дорог мне! Жену, дочь, сына, зятя, всех до единого!

— Ох…

Желание что-то говорить ему, спорить и хотя бы пытаться вбить в его голову здравый смысл, резко пропало. Это было совершенно бесполезно. Вольф Грумо был слишком помешан на мести эльфам, это чувство зрело в нём все последние шестнадцать лет и пропитало его насквозь.

Вытравить его из старейшины было совершенно невозможно. Если бы я его отпустил, он бы продолжил вставлять мне палки в колёса всеми доступными способами, даже если это означало бы гибель для него самого и всей Вирсавии.

В каком-то смысле мне было его даже жаль. Потерять всю семью в одночасье — действительно жуткая участь. Вот только это не значило, что я был готов позволить ему и дальше мне мешать.

Курок я не спустил. Вместо этого впервые за последние четыре месяца активировал Технику тела Амат. Сначала в мои круги хлынул поток маны высшего мага, а потом моё тело наполнилось его жизненной силой. В конце концов на пол упал бездыханный иссушенный труп, уже не метафорически, а вполне по-настоящему похожий на мумию. Техника тела Амат, вместе со мной перешедшая на высший уровень, стала куда жёстче и агрессивней.

Одуванчик явился на место происшествия спустя всего секунд десять. И это было настолько быстро, что я был готов поспорить, он прятался где-нибудь неподалёку, в невидимой даже для меня складке пространства, и позволил мне разобраться с Вольфом.

Именно в такие моменты я по-настоящему проникался мыслью, что дружелюбный со всеми и похожий на старичка-боровичка Одуванчик — на самом деле трёхсотлетний архимаг с огромным жизненным опытом, способный быть не только добрым, но и хитрым, расчётливым и коварным.

К счастью, убить Вольфа он мне позволил не для того, чтобы шантажировать или что-то подобное. Скорее наоборот, таким образом Одуванчик показывал, что будет оставаться на моей стороне и поддержит, что бы ни было.

С его появлением инцидент тут же себя исчерпал. Затем я представил Одуванчику Ризеллу, Вана и Альсаза, которых явившиеся слуги проводили в гостевые покои. А я вместе с архимагом отправился в его кабинет.

Отчёты о событиях четырёхмесячной давности, включая информацию о произошедшем в Линаланте, Одуванчик получил через посольство людей