— Это из-за того, что ты подрался со своими друзьями? — В ужасе спрашиваю я. — Со всеми тремя? — После того как я увидела их всех обнажёнными и пережила ночь, когда они меня лапали, я точно знаю, что это было бы опасно. Эти парни накачаны и не боятся проявлять агрессию.

Габриэль серьёзно кивает, его голубые глаза впиваются в мои.

— Я хочу тебя, Уинтер, и сделаю всё, что потребуется, чтобы доказать это. Ты моя, и я тебя не отпущу.

Я вспоминаю его недавнее заявление о том, что если я не хочу быть с ним, то мне просто придётся стать одной из клубных девушек, которых все обходят стороной.

— Но как же…

— Ты моя, — рычит Габриэль. Рывком открыв ящик комода, он достаёт перочинный нож и открывает его.

Мой пульс учащается при виде острого лезвия. Я понятия не имею, что он собирается с ним делать, но от него волнами исходит такая сильная эмоция, что я начинаю дрожать. Прежде чем я успеваю возразить, он приставляет кончик ножа к основанию большого пальца левой руки и вырезает букву «У» прямо на мякоти, до крови.

— Габриэль, — задыхаюсь я, протягивая руку к его ладони. При виде того, как он истекает кровью из нанесённой самому себе раны, моё сердце бешено колотится в груди. Я никогда раньше не видела, чтобы кто-то так себя резал, и это меня пугает. Но в то же время я испытываю странное плотское удовлетворение от того, что он вырезал на своей ладони мою инициалу. Он пометил себя для меня, физически привязал себя ко мне так, как я и представить себе не могла. И он даже не вздрагивает от боли. Должно быть, ему больно, но ему, кажется, всё равно. Он хочет показать мне свою преданность и уверенность в нас, и это одновременно пугает и невероятно трогает. Затаив дыхание, я пытаюсь прикрыть его рану и остановить кровотечение.

Он хватает меня за запястье, удерживая его на месте, и вырезает букву «Г» у основания большого пальца моей правой руки. Я вскрикиваю, когда жгучая боль обжигает мою руку, но прежде чем я успеваю попытаться отдёрнуть её, он заканчивает. Прижимая наши ладони друг к другу, он смешивает нашу кровь.

Затем он откладывает нож в сторону, снова запускает пальцы в мои волосы и страстно целует меня.

6

УИНТЕР

Адреналин от того, что инициалы Габриэля вырезаны на моей ладони, струится по моим венам, когда он с новой силой прижимает меня к стене. Все мои страхи и гнев мгновенно улетучиваются, когда меня поглощают его эмоции. Я отчётливо чувствую его потребность во мне, когда его член прижимается к моему клитору, а язык проникает в мои губы, чтобы глубоко поцеловать меня. Воздух вырывается из моих лёгких, когда пульсирующее желание превращает мои внутренности в расплавленную лаву.

Не колеблясь ни секунды, я прижимаюсь к нему, обхватываю свободной рукой его шею и трусь грудью о его грудь. Я стону от внезапного желания почувствовать его внутри себя. Отпустив мою руку, Габриэль проводит своей теперь уже свободной рукой по моему обнажённому животу и спине, оставляя на моей коже липкий след из нашей общей крови, а затем поднимает меня с комода и прижимает к стене, жадно наваливаясь на меня всем телом.

От пьянящего возбуждения тонкая ткань моих трусиков, одного из двух хлипких слоёв, отделяющих меня от Гейба, становится влажной. Проводя ногтями по его обнажённой спине, я впиваюсь в него с животным желанием. Сейчас я хочу только одного: чтобы он трахал меня до тех пор, пока я не закричу от боли и экстаза.

Развернувшись, Габриэль несёт меня к кровати и бросает на неё, отчего я вскрикиваю и подпрыгиваю, пытаясь восстановить равновесие. Затем он оказывается сверху и раздвигает мои колени, чтобы освободить место для своих бёдер. Потираясь о мой клитор, Габриэль грубо трахает меня, вжимая грудью в кровать и жадно целуя в губы. Он прикусывает мою нижнюю губу. Задыхаясь от острой боли, я подаюсь к нему бёдрами, наслаждаясь ощущением его члена, упирающегося в меня даже через ткань.

— Трахни меня, — стону я, когда он с лёгким щелчком отпускает мою губу.

Взяв мои запястья в свои сильные руки, Габриэль заводит их мне за голову, и я чувствую над собой перекладины изголовья.

— Держись и не отпускай, — предупреждает он. Затем он встаёт с кровати.

Грудь вздымается от сильного желания, я наблюдаю, как он пересекает комнату. У меня внутри всё сжимается, когда я думаю, что он может просто оставить меня здесь, отчаянно желая его. Затем он берет с комода перочинный нож, и от холодного страха у меня сжимается живот.

— Габриэль, что...

Но Габриэль прижимает палец к моим губам, его глаза сверкают в моих глазах. Затем его взгляд скользит по моему телу, останавливаясь на том, как быстро вздымается и опускается моя грудь, на моих широко расставленных ногах в ожидании его проникновения.

Он осторожно прикладывает холодный острый металл к внутренней стороне моего декольте, и я вздрагиваю, а затем прикусываю губу, боясь даже вздохнуть, чтобы он не порезал меня.

Медленно проводя лезвием по изгибу моей груди, Габриэль облизывает губы, словно пробуя меня на вкус. Инстинктивно я отпускаю перекладины изголовья и опускаю руки в защитном жесте.

Габриэль замирает, его взгляд опускается на мои руки, и я понимаю, что делаю, и замираю. Борясь с каждым инстинктом, я медленно поднимаю руки и снова хватаюсь за изголовье. Я судорожно вздыхаю, когда на лице моего красавца появляется коварная ухмылка, а затем он продолжает свой путь вниз по моей груди к мягкой ткани бюстгальтера. С другой стороны материала Габриэль слегка наклоняет нож, так что более тупая задняя часть лезвия упирается мне в кожу, пока он проводит острым краем под моим бюстгальтером. Я слышу, как рвётся ткань, и лёгким движением Габриэль разрезает мой бюстгальтер прямо посередине, мгновенно обнажая мою грудь.

Затем он продолжает вести ножом, медленно скользя по моему животу. От этого почти щекотно, и по коже бегут мурашки, когда холодное лезвие оставляет тонкую белую линию на моей коже. Одно случайное движение… и Габриэль может меня порезать. Мои мышцы сжимаются, когда он доходит до пупка, и я закрываю глаза, облизывая губы, а моя киска начинает пульсировать.

Я слышу, как мои трусики постигает та же участь, что и бюстгальтер. Мои ноги дрожат, когда он медленно вытаскивает ткань