за ним. Я замешкалась, не сразу поняв, что случилось, но, получив укус в челюсть, тоже заняла место в русле ручья.

   Укус первые секунды горел, словно на щёку положили раскалённый уголёк. Холодная вода ручья охладила уголёк, и челюсть стала чесаться. Пчёлы зло жужжали над головами, карауля врагов. Демон тоже плюхнулся рядом с нами, и четыре головы по очереди высовывались из воды глотнуть воздуха. Ручей был мелок, в самом глубоком месте едва доходил до середины бедра, но этого хватило обмануть насекомых. Пожужжав ещё немного и покружив над ручьём, пчёлы вернулись к своим делам.

   Джуман едва выполз на берег. Дин сразу стал хлопотать над хозяином. Едва смог стянуть с него куртку. Руки, лицо, шея демона опухли так, что он стал похож на лоснящегося толстяка.

   - Сделайте что-нибудь, кто-нибудь! - взмолился Дин. Парнишка тоже засуетился вокруг демона.

   - Надо жала вытащить, - авторитетно заявил он, доставая несессер из багажа. Пчёлы лошадей проигнорировали, и те спокойно стояли в стороне.

   Вот сейчас тоже можно уйти в Лес. Плохо, что вещи перебирать надо. Как-то совестно на глазах у всех. Я подошла к ослику, который вёз большинство полезных в быту вещей.

   - Всё же решилась? - спросил Дин. Изображать непонимание не стала.

   - Потом возможности будет меньше.

   - Мы сами не выйдем.

   Простая фраза, но сколько в неё вложено. Я оглядела присутствующих. Демон получил не менее трёх десятков укусов и, кажется, потерял сознание. Парень совсем не приспособлен к походной жизни. Наверно, его взяли как сильного и выносливого человека. Дин, хоть и опытный походник, но с ориентированием был на "вы", заблудится даже с картой, если бы умел читать. Я обречённо вздохнула.

   - Из Леса выведу. Собирайтесь, до ночи успеем.

   Демона пристроили в седле, и отправились в дорогу. Шли быстрее, чем раньше, и, когда сумерки только начали сгущаться, выбрались на дорогу. Только я собралась забрать ослика и уже не перебирая вещи уйти в бега, как появился приграничный патруль. Наверно, где-то в лесу не заметили сигналку, раз они так быстро прибыли аккурат к нашему выходу из Леса.

   И началось. Кто такие, откуда, куда? Почему ваш хозяин в таком непотребном виде едва из седла не падает? Ах, он не пьян в стельку, а пчёлами укушен и страдает от отравления ядом? Так пойдём в гарнизон, там целитель есть, должен на ноги поставить.

   Часть патрульных пошла в Лес по нашим следам, остальные отконвоировали у деревянному форту. За ним следили лучше, чем за предыдущими, частокол целый, двор подметён, крыши недавно перестилали.

   Джумана сняли с лошади и отнесли в дом. Нам махнули рукой на сарай у конюшни - там располагайтесь. Парень подбежал к главному и что-то торопливо ему сказал, указывая в мою сторону. Демон его выслушал, подошёл ко мне, хмыкнул.

   - Бегучая, значит, - сказал он. - Не хочу, чтобы мне твой побег вменяли. Сарс, принеси ручные!

   - Выслужился? - презрительно спросила, устроившись на тюке соломы. Короткая цепь наручников мешала нормально двигаться.

   - Я ведь о тебе заботился, - ответил парень. - Тебя бы обязательно поймали, выпороли, а то и заклеймили. Кто ж знал.

   - Дурак ты, - согласился со мной Дин и снова замолчал. Переживает за хозяина, почти двадцать лет при нём, сам как-то обмолвился.

   Утром покормили остатками солдатского завтрака и предоставили сами себе. Чужих человеков к работе не пристроишь, сами мы тоже не высказывали желание поработать. Так и просидели до вечера в и около сарая, так как отходить от него не разрешили. Вечером из дома вышел начальник гарнизона.

   - Как его звали? - спросил, ни к кому конкретно не обращаясь.

   - Джуман. Джуман Тарос, - ответил Дин. - Помер?

   - Слишком сильная реакция на пчелиный яд, - кивнул демон. - Отёк лёгких, часа на четыре раньше, может, смогли бы спасти.

   Четыре часа, это почти сразу после укусов. У Джумана, получается, изначально не было шанса.

   - Что теперь будет? - спросил Дин.

   - Родня, наследники у него есть?

   - Нет, один жил в Шемси, Синяя улица, третий дом.

   Город тот же, где я в Башне училась. Понятно, как так быстро про меня узнал.

   - Раз так, то вещи опишем и на хранение. Если за год наследники не объявятся, перейдёт государству. Движимое имущество подлежит продаже, вырученные деньги пойдут на похороны.

   Через три дня нас посадили в телегу и отвезли на городскую ярмарку. За это время уладили формальности с похоронами, уведомили властей Шемси, что дом Джумана потерял владельца и поместили в местной газете уведомление о продаже выморочного имущества в виде четырёх лошадей, одного осла и трёх человеков, годных для поля.

   На ярмарке было выделено специальное место для продажи человеков. Небольшой загон, где товар ожидал продажи и непосредственно торговый зал. Кроме нас в загоне была ещё молодая семья с годовалым ребёнком, женщина лет сорока и усталый мужчина неопределённого возраста.

   К загону подходили потенциальные покупатели, в основном демоны. Присматривались, читали информационную доску на заборе и отходили ждать торга.

   В полдень аукцион начался. Покупатели сели на заранее приготовленные лавки, а на небольшую сцену-платформу вышел орк в холщовых штанах и пиджаке.

   - Начнём! Первый лот - семейная пара. Женщина швея и искусная вышивальщица, мужчина прирождённый конюх. Ребёнок идёт дополнением. Покупая двух, получаете трёх!

   - А отдельно мужчину можно? - выкрикнул кто-то из зала.

   - Нет, только всех вместе, это условие продажи.

   Объявленную пару вывели на подиум. Сейчас не стеснялись осматривать вблизи. Некоторые просили мужчину показать руки - проверяли, если ли характерные для заявленного умения мозоли. Орк снова заговорил.

   - Здоровье всех лотов проверено целителем!

   Ну да, ну да. К нам точно никто не подходил, сразу с телеги из гарнизона в загон посадили.

   - Начальная цена шестьдесят тысяч!

   Ого! За двух с профессией столько! За меня одну Джуман немногим меньше выложил.

   - Шестьдесят пять! - поднял руку тот, кто спрашивал про возможность разделить лот.

   - Семьдесят!

   - Семьдесят пять!

   Цена дошла до сотни, но темп торга не снизился, хотя большинство отступилось.

   - Сто двадцать! - этот орк постоянно поднимал цену, чем-то ему семья приглянулась.

   - Сто