службе. Светлячки хотят, чтобы ты в центральном блоке компьютерной системы одного из кораблей покопалась.

Створка отъехала, Прокси в обычных штанах и майке хмуро смотрела на меня.

— Ладно, это моя работа. Ещё скажут мол ничего не сделала.

— Вот уж не ожидал, что ты обидишься.

— Мне руку отстрелили! — пожаловалась она.

— И ты сама шутила над этим. И вообще, вы через такое вместе прошли! Уж Шериф тебе всегда руку помощи протянет!

Шатенка прищурилась, смотря на меня. Анна ждала вне её поля зрения.

— Так… два шутника хреновых. Но кажется, меня просто препараты пробрали.

— Во-от! Возьми себя в руки и иди помогай! Грустного Шерифа я долго на борту не вынесу!

— Можно я тебя тресну?

— Я раненый, меня бить нельзя!

Она ещё раз выдохнула и потёрла перевязанную рану.

— Я от него никаких слов поддержки не услышала. Это ему, может, привычно… и вообще он бабник.

— Он просто не знает, как это выражать! На самом деле вон уже руку и сердце готов просить! Мля… это я фигурально! Давай без рукоприкладства.

Уже разминавшая кулак Прокси выдохнула и покачала головой, а после усмехнулась.

— Мужланы. Но меня похоже реально чисто препараты торкнули.

— Я заставлю его быть романтичнее! — сказала Анна. — И не волнуйся, сделаем мы тебе руку! Хочешь даже со встроенной пушкой! Или с маленьким экскаваторным ковшиком.

— Очень жестоко шутить над увечьями!

— Было жестоко десять веков назад, когда тебе не могли пришить что-то получше! Вон Шарда вообще по кускам разбирали и собирали!

— И в начале службы мне довелось пару раз терять конечности, — кивнул я. — Командир как-то после выздоровления притащил мне старую правую кисть, законсервированную в банке. На стекле была надпись: «Первая любовь» и годы с моего рождения по дату утраты.

Прокси заржала, так что оперлась на стену. Анна увела этих двоих мириться, а я заглянул в мастерскую. Боря уже научился обслуживать броню. Парень вообще толковый, а вот Тимур…

— Ты ведь говорил, что не знаешь, как обойти блокировку этой пушки.

Учёный за оружейным верстаком что-то химичил ещё с одним «пистолетом». Вроде как некой формой импульсника.

— И это правда. Но плазменных пушек в хорошем состоянии больше нет, а одну мы сегодня утратили. Если разберусь — будет неплохое достижение. Не мешай.

Он даже не повернулся, продолжая что-то тыкать щупами сенсоров и поглядывая в пустоту около себя. То есть на виртуальные экраны.

— Надеюсь, ты её хоть разрядил? Чего она светится?

— Без понятия.

— Ты ксеноинженер или чисто методом тыка делаешь? Хоть не целься ею в дорогие станки!

Около места стояла как машина для лазерного снятия слоёв материалов, так и миниатюрная фреза и шлифмашинка, позволяющая изготавливать цельные прочные детали, которые плохо печатаются. Мелкие детали механизмов или шарниры.

— Она не выстрелит.

— Уверен?

— … Так, попроси Бэна какой-нибудь лист стали от броневика притащить.

— Ты шутишь⁈ — уже честно офигел я, при этом оглядывая помещение на предмет наличия новых отверстий в стенах.

— Я всегда серьёзен за работой.

На всякий случай из мастерской я выбежал и домчал до склада, растолкав недоумевающих техников, которые грузили в трюм… ланса. Гравилёт в четыре метра длиной занимал солидный кусок пространства трюма, и дали мне не пострадавший в бою.

— Капитан Шард… по приказу передали этот груз вам в целях облегчения… корвета, — сказал техник чуть неуверенно. — Система разблокирована, опасности активации автоматизированных боевых режимов нет.

Я кивнул, разглядывая серый аппарат с символикой атланта. Из открытой кабины как раз вылезал один из техников. По посадке это тот же гравибайк, только сверху тебя накрывает бронированным колпаком с экранами. И движка три для надёжности.

— Так, хорошо, мне нужен какой-то лист брони. Во!

Я нашёл ящик со стальными пластинами, когда-то нарезанными из корпуса Палицы для латок, и под недоумевающими взглядами скрылся в недрах Банши. Благо я всё ещё в скафе — без проблем утащил сразу две штуки. Когда пробегал кают-компанию, Прокси уже сидела на коленях Бэна, приобняв его. А Анна поинтересовалась, что я делаю.

— Да там псих с древней пушкой играет. Не хочу узнавать, способна ли она пробить переборки корабля. И кстати, про Авангард слышала?

— Его уничтожили? — расстроилась девушка.

— О, нет, он почти целый! Кроме левого среднего двигателя.

Анна стала громко ржать, аж в кресло села. А я занёс железяки в мастерскую и установил их напротив пушки. Надеюсь, их хватит. Только после этого я всё же добрался до душа, где засунул комбез в стирку и смыл остатки крови с тела.

Когда вышел, Анна давала указания присланным на помощь техникам, что залатать в первую очередь. Прокси ушла в работу. На мостике дежурила София, отдыхая после приключений. Я же ещё раз учёл, что у нас по остатку: пару хороших стволов потеряли, два отличных боевых скафа в утиль, разве что шлемы сохранились. Мой усиленный прыжковый модуль в том числе. И минус одна наплечная турель для штурмовика.

Об остальном старался просто не думать и только надеялся, что Роман исполнит обещание, и Банши отремонтируют качественно.

Ночь прошла спокойно. Сил на интим не было, однако Анна вцепилась в меня и просто прижималась ко мне. Она-то выспалась, а вот меня срубило. Впрочем, утром меня разбудил стук в дверь и звонок через консоль.

— Кто мля… Банши, есть приоритетные сообщения?

— Отрицательно, — прозвучал механический голос.

— Кто за дверью моей каюты? — мне было лень подключаться и смотреть самому.

— Член экипажа Тимур.

Я посмотрел на Анну, укрытую простынёй и выдохнул.

— Открой дверь моей каюты.

Створка отпёрлась и отъехала. К нам влетел взъерошенный Тимур с красными глазами. Разглядел это даже в полумраке.

— Док, что случилось?

— Ха-ха, я гений! Работает!

— Оно живое? — сонно спросила блондинка, открыв один глаз.

— Что работает? Погоди, та пушка? Ты всю ночь над ней сидел?

— Да, вставайте скорее! Очень необычное оружие!

— А… как ты узнал, как оно стреляет? Всё же пальнуло? — осведомился я.

— Да по переборке на технической палубе!

Я моргнул, молча смотря на него.

— Это шутка! Включил щиты Авангарда и пальнул по ним!

— Ну… уже лучше! Хорошо сейчас встанем. Ты из каюты выйдешь?

— А-а! Да, жду вас!

Он выскочил наружу и дверь закрылась. Анна встала и