воплощенной волей богини. Разумеется, допускать такое дитя до коварных уст бывшего святого было решительно невозможно, здесь Лонкабль приняла меры, но она сейчас видела! Видела! Видела совершенно полное отсутствие восторга на смуглом лице Джо Тервинтера, глядящего на саму Саломею — как на мокрую надоедливую мышь!

Она ему не интересна! Одна из прекраснейших женщин мира не вызывает у этого Джо ни малейшего интереса, так же, как и Эпплблум!…или кто-то другой! Странность? Да плевать! Главное, что эта золотоволосая негодяйка, решившая начудить на своей, весьма ответственной миссии, столкнулась с тем, кто ни в грош не ставит любые её слова! А что есть у Саломеи? Только это!

Хе-хе…

Тиара довольно улыбнулась, отхлебывая кофе. Из окна кабинета Боливиуса Вирта было видно сидящую на берегу пруда девушку в белом, уставившуюся в воду. За ней исподтишка наблюдали гоблины этого Джо, но мимоходом, занятые своими делами.

— Я тебе сразу сказал, что будет именно так, — проговорил хозяин кабинета, звучно отхлебывая свой горячий напиток, — Можешь за неё не волноваться, Тиара. Джо её не обидит, но и спуску не даст.

— Хотелось бы… только она в него вцепилась, не успели твои ученики разойтись по домам… — проворчала волшебница.

— Конечно, вцепилась, — добродушно заметил ректор, — Если ты не заметила, он единственный молодой человек здесь. Девушка просто делает то, что ей велят чувства.

— Даже думать на эту тему не смей! — сделала страшные глаза водительница Младенческого Фургона, развернувшись к старому другу, — Она не девушка! Она верховная жри…

— А вот зря, Тиара! — строго оборвал её магистр, — Как бы тебе не желалось на все развесить ярлыки, которые ты вешаешь на младенцев, мир не настолько прост и податлив! Каждый из моих воспитанников, а ты знаешь, как их было много, каждый является в первую очередь человеком, и лишь во вторую волшебником! Ты же, прямо как твое Перо, норовишь всех причесать под одну гребенку. Даже знак твоей собственной богини тебя не остановил. Одумайся, взгляни беспристрастно…

— Саломея… — упрямо выпятила губу Лонкабль, — Явилась сюда, чтобы быть свидетелем деяниям своей богини… а не развлекаться со всякими мальчишками! Ей не положе…

— Тиара, ты хочешь быть святее своей богини? — неожиданно помягчевший голос ректора, выдавший такое, заставил женщину поперхнуться.

— Нет! — тут же гневно встопорщилась она, а затем разулыбалась, — Это мое мнение и у меня есть союзники! Джо!

— Джо? — настал черед Боливиусу удивиться.

— Изначально я боялась, что красота Саломеи покорит его, и он будет вокруг неё увиваться, а она поддастся его хитрости, — ухмыльнулась Лонкабль, — Но нет, парень оказался куда как непрост! Куда как! Девочку ждут тяжелые времена, хоть научится принимать отказы! Я использую этого еретика как меч, что отсечет лишнее от нашей девочки!

— Так вот чего ты боялась на самом деле… — понял её старый друг, горестно вздохнув, — Ох, Тиара… зря ты это затеяла. Надо было слушать Крэйвена. Никто, кто пытался использовать Джо, не оставался безнаказанным! Ты что, не слышала, что они вдвоем, пьяные вусмерть, учудили над его пра-пра-пра-правнучкой⁈

— Аа-а⁈

Глава 6

Калейдоскоп превратностей

— Двадцать плакатов готовы и еще сотня на подходе!

— Хорошо! Что насчет канделябров?

— Все распределены и установлены в… «стратегически важных…»

— Молодцы! Хвалю! Так держать! — излучал довольствие я гремлинам, получая два коротких зеленых кивка от высунувшейся из-за угла Араньи, сигнализирующей об окончании заготовки закладок.

— Тревога! — неожиданно буркнул докладывающий мне гремлин, — На вас наводится объект «блондилище»!

— Атас, тикаем! — обнаружив выруливающую из башни Исследователей Саломею, берущую курс на меня, я тут же драпанул в сторону Библиотеки, вызывая из грудей преследовательницы протестующий вопль. Однако, это был обманный маневр — блондинке было сподручно бежать по дорожке мне наперехват, так что она тут же засеменила в нужном направлении. А вот я своё резко сменил на портал. Почему бы и нет?

Моя работа здесь сегодня закончена!

Уже прошла неделя с тех пор, как мое поколение магов отчалило, вернувшись в свою прекрасную и насыщенную приключениями жизнь полностью аттестованными. Теперь мы готовились принимать следующих, проводя дни в трудах и раздумьях, а заодно борясь с Саломеей Дитрих Ассоль ди Кастроидес, бывшей ярой противницей что трудов, что раздумий. Зато целеполагания и упорства у прекрасной блондинки было просто какое-то невнятное количество. Если бы мы не догадались заколдовать вход в Библиотеку…

— Дорогая, я дома! — оповестил я любимую башню, стоя в телепортационном зале. «Дорогая» мне, конечно же, не ответила, но молчание — знак согласия, а чего еще нужно от женщины? Покоя? Уюта? Вкусно покушать? Неги и ласки? Удивительно, но это все у меня есть тут! Гм, насчет ласки, это, конечно, к Игорю, но у нас всё очень… очень… точно вам говорю, очень…целомудренно!

Во всяком случае, я его бью по щупальцам, если вдруг что.

Пока что.

Нет, нужно, нужно придумать, как достать книгу! Срочно. Пока есть силы бить. Я не железный!

К несчастью, если ваша башня служит не просто вашим домом, но и транспортным узлом, то иногда вы обнаруживаете рядом с ней разумных, которых совершенно не звали в гости. Пусть и не самых противных.

— Джо! — взбудораженный, нервный и встрепанный Гомкворт Сорквурст, мой личный куратор от Гильдии Магов, нарезал круги по телепортационному залу, пока не увидел меня, а затем кинулся ко мне едва ли не с объятиями, что было очень сложно ожидать от этого почтенного гоблина, — Джо!!

— Что-то случилось? — аккуратно поинтересовался я, даже не собираясь шутить. У меня с этим очень достойным джентльменом потихоньку выстраивались доверительные отношения, так что обижать его не было никакого смысла.

— Где пугнус, Джо⁈ — в третий раз повторил моё имя Сорквурст, подбегая вплотную с задранной головой и делая страшные глаза, — Где он⁈

— Какой, в жопу, пугнус? — посмурнел я, опасаясь за психику знакомого, — У меня сроду не было их!

— Да не твой! А… — судорожно вздохнув, Гомкворт шмякнулся задом о камень и начал торопливо и сбиваясь, рассказывать причину, из-за которой он примчался сюда из Мифкреста.

По мере говорения моя челюсть отвисала всё ниже и ниже.

Оказывается, далеко не все представители волшебных рас довольны тем, что являются, по своей сути, паразитами, точнее симбионтами, во всем зависящими от разумных, способных к