следующее: дом Антиквара представлял из себя почти что крепость, а охраны, по словам соседей, там обреталось множество. Хм, а разве могло быть иначе? Красавчик едва ли жаждал драться со мной один на один… это же ведь я сделал его Одноглазым! Хотя давно и временно, но всё же!

План внутренних помещений мне не требовался – надеюсь, уважаемому читателю понятно, почему. Все опасные места в доме я и так знал от и до, и смог бы пройти по нему хоть с завязанными глазами. Только вот для того, чтобы пройти вовнутрь, мне нужно было сначала попасть во двор, а потом зайти через входную дверь, по прочности не уступавшей крепостным воротам. Грубо говоря, требовалось убедить охрану открыть две калитки, а уж какими словами убеждать – это, собственно, и был главный вопрос…

Проникнуть во двор – это не проблема: можно ведь через забор перескочить. Но даже с улицы сквозь частые прутья решётчатого забора было видно, что вокруг дома патрулирует недремлющая охрана, как и при Антикваре когда-то. Вот только количество патрульных явно превышало прежнее!

Как нетрудно догадаться, в одиночку провернуть такое авантюрное дело с проникновением никак невозможно. Помощники нужны. Ну, или хотя бы тот, кто подскажет, где тут можно прикупить подходящих помощников за приемлемую сумму. А кто в этом городе из моих знакомых самый ушлый?- вот к Штырю я и пошёл.

Мой старый знакомый вёл подвижный образ жизни, и мне пришлось очень долго его дожидаться, фланируя по ближайшим улицам. По ходу той вынужденной прогулки я наткнулся на его приёмную дочь.

Бывшая дворянка, не подозревающая о своём былом высоком происхождении, выглядела как откровенная уличная сорвиголова, не боявшаяся даже Нечистого. Она критически осмотрела моё небогатое одеяние, загоревшее, иссушенное лицо, и спросила:

- Вы к папе? И что Вам нужно?

- Сударыня, нельзя так со старшими разговаривать!- наставительно ответил я.- Ваш батюшка явно запустил Ваше воспитание… небось, и ремнём ни разу не бил?

Заржали уличные пацаны, слышавшие наш разговор. Она сердито на них глянула и нахмурилась – те мигом заткнулись.

- Вы ведь были в джунглях?- спросила она.

- Работа такая,..- я пожал плечами.

- Я бы тоже хотела на них посмотреть…

- Даже не думай!- ужаснулся я.- Там эти… болотные ящерицы, да! Одна такая тварь на моих глазах человека схарчила за один раз и не поперхнулась!

- Говорят, там можно найти много золота… разбогатеть!

- Я вот не разбогател! Еле ноги унёс! Это всё сказки – забудь про них! Много золота будет лишь у тех, кто умеет притягивать золото, а не у дураков, которые лезут в дикие леса!

- Я хочу стать богатой. Я бы тогда купила папе хороший дом, со слугами…

Мда, подобралась семейка! Отец мечтает для дочери накопить на приданое, а дочь мечтает купить отцу приличный дом…

- Ты хочешь стать богатой? Да не вопрос! Когда вырастешь, то выйдешь замуж за богатого человека – и будешь жить в огромном доме. Слуги у вас будут, шикарная карета, все дела…

- Богачи нас презирают,- серьёзно, по-взрослому сказала девчонка.- Я читала сказку про одну падчерицу, жившую с богатой мачехой. Мачеха с дочерями поехали на королевский бал, а она получила от волшебницы платье и тоже на бал приехала. Познакомилась там с принцем, и они потом поженились.

- Ну, тоже вариант,- я согласно кивнул головой.

- Но она тоже была дворянкой, как и мачеха. Она имела право быть на том балу. И танцевать умела, а я – не умею… и манеры не знаю.

Меня пронзило острое чувство жалости. Я умею убивать людей, но не умею их утешать и жалеть, поэтому в той ситуации почувствовал себя не в своей тарелке. Что можно было сказать малявке, какую великую мудрость?

- Ну, э-э-э-э-э… поверь: многие богачи вообще танцевать не умеют. И про дворянские балы в здешних местах я не слышал. А, вот ещё что: тут очень много богатеев, которые раньше были простолюдинами – это не то, что на моей Родине! Так что просто верь. Верь в себя. И, главное: никогда не суйся в эти треклятые джунгли, чёрт бы их побрал!!! Даже если увидишь там вот такой агроменный мешок золота!- и я, изобразив руками колесо диаметром в полтора моих роста, погладил её по головке и потопал дальше.

Штырь как будто бы зная, о чём я беседовал с его дочкой, с порога задал мне ехидный вопрос:

- Ну, как, разбогател ты в этих джунглях? Много богатства притащил?

- Да чтоб тебя!.. тьфу ты! Ты, главное, дочурку свою туда не пускай! А то она аж прям грезит… Я к тебе почему зашёл-то? Вопрос есть…

Штырь, внимательно меня выслушав, поскрёб в затылке:

- Есть мыслишка… а ты пока домой ночевать не ходи – не надо…

- Я не маленький,- буркнул я.

Мы составили дерзкий план, в основу которого я заложил использование двух фактов: двор Антиквара был отделён от дворов соседей глухим каменным забором, и в одном соседнем дворе имелся флигелёк, стоявший почти вплотную к этому забору. Наверное, прежние хозяева пили там чай или держали летнюю кухню, но при мне это строение уже давно стояло закрытым и ненужным. Собственно, у Антиквара имелось такое же, и тоже стояло закрытым: с кем ему во дворе довелось бы чай хлебать или хотя бы даже кофий откушать – с нами, что ли? Или с теми ханыгами, что с ним якшались?

Ещё имелось и другое удачное обстоятельство: на этой улице не держали сторожевых собак. А зачем? Район сформировался благополучный, и никто не полезет в твой двор, чтобы стащить бельё, висящее на просушке. От голода тут никто не страдал, и поэтому лазать на чужие грядки местные обыватели тоже привычки не имели. Да и не держали они грядок: лишь декоративные кусты да цветы, а ими сыт не будешь.

А по ночам тут безбоязненно гуляла городская стража, так что уличным ворам и разбойникам здесь ничего лёгкого не светило…

Я когда-то говорил Антиквару про этот подозрительный флигель, но он лишь пожал плечами и сказал, что это наша работа – замечать подобные пустяки, а не его проблемы. И вот теперь я сам влез глухой ночью во двор к соседям, легко сломал хлипкий замочек и затаился в этом заброшенном домике, дожидаясь утра. Правда, пришлось долго повозиться ножом с его оконной рамой: её от времени заклинило, и она ни в какую