но это неправильно! Как же вы их между собой тогда отличаете, если всех называете одним словом?

Хелен с недоумением посмотрела на Шелли. "Отличать между собой этих Халков?! Как?! Они же на одно лицо!". Сколько же на нее зараз обрушилось новой информации о голинах!

– Отобрали свой первый топор? В смысле сходили на рынок и там выбрали? – спросила Хелен первое попавшееся, чтобы еще чего более глупого не ляпнуть.

Но Шелли опять рассмеялась.

– В смысле отобрали у других! – сквозь заливистый смех пыталась объяснить шитера человечке порядки голинов.

– У кого отобрали? – тихо ахнула Хелен.

Она уже опять представила – вот выходят такие горы мышц на рынок и там, круша всё на своем пути, отбирают у торговцев товары, в том числе и топоры. И попробуй таким возразить, даже если у них еще топора нет в ручищах.

Шелли уже и слезы вытерла, выступившие от смеха.

– Баронесска, ты что же, совсем ничего не знаешь о голинах?

Хелен покачала головой. И тогда шитера стала рассказывать. Что для своей молодежи кланы голинов устраивают особые ритуалы. Выносят несколько "взрослых" топоров на толпу подростков, и кто сможет их в итоге отобрать, то есть отбить у других "товарищей", тот этот "экзамен на взросление" прошел. Оставшиеся без "приза" будут биться за свой топор в следующий раз. И как живут кланы голинов, поделив свои степи на территории, рассказывала шитера, как они постоянно меж собой воюют. Дай только повод. Хотя не всегда даже повод нужен, просто голины сами по себе такие, что не могут не воевать. У них, мол, даже младенцы, лежа в соседних переносках из шкур, могут друг друга лупасить грызунками, заверяла Шелли, кивая для солидности.

– Грызунками? – шокировано переспросила Хелен.

Уже страшно представлять, что это может быть.

– Это мослы, которые специально для детишек оставляют, им же надо как-то зубы чесать. Зубы у голинов постоянно растут, взрослые их потом подпиливают, могут даже затачивать, – поясняла Шелли. – Но младенцам не точат резцы для остроты, они же еще не умеют сдерживаться, кусаются. Поэтому им дают стесывать зубы об кости.

У Хелен, кажется, нервный тик на глазу начался.

– У этих Халк... э-э, голинов зубы растут всю жизнь?! Как у кроликов?! Вот у этих здоровяков?! – едва слышно выдохнула человечка.

Да это не супергерои из комиксов, а супер... монстры. Настоящие машины для убийств, у которых еще и арсенал в виде зубов постоянно отрастает заново.

– Ну да. – Пожала плечами Шелли и продолжила рассказ.

Молодые голины, заполучив свой первый топор, считаются "мужчинами" и могут уже приглядывать себе самок. Но в поисках добычи, которую надо накопить для свадебных калымов и для повышения своего статуса в клане, изредка выходят из своих степей в земли других народов, чаще к людям. Хелен уже приготовилась слушать, как голины занимаются разбоем на дорогах, но в Осебрутаже эти здоровяки, как оказалось, всего лишь нанимаются в охрану торговых караванов или еще куда. Вот и Ргол с Торком опять приехали на заработки, останавливаясь как обычно в "Синем пескаре", пока не найдут к кому наняться.

Девушка в который раз удивилась, почему в том краю, где она жила ранее, не видела ранее голинов.

Шелли ей ответила на этот вопрос. Не все люди и не во всех провинциях терпимо относятся к инорасникам, особенно таким, как голины. Та часть Осебрутажа, которая ближе к Котрону, считается самой нетерпимой. Поэтому инорасники туда сами стараются не ездить, и торговцы, ведущие туда свои караваны, не будут нанимать в охрану голинов или шитеров. Шитеров, которые также сильнее людей, как оказалось, тоже часто нанимают в охрану, причем в гораздо больше мест, нежели голинов, которых многие люди попросту не желают видеть.

– Ну это и понятно, – рассуждала Шелли. – Ведь если мы хотя бы можем спокойно носить такую же одежду, как у вас, человеков, можем сдерживаться и даже соблюдать ваш этикет, то попробуй на голина натянуть "лишнюю" одежду.

О правилах поведения у голинов, конечно же, тоже были свои оригинальные понятия. Например, после еды надо обязательно рыгнуть, и чем громче, тем, мол, вкуснее было.

– Такая вот похвала повару, – смущенно говорила Шелли, поглядывая на человечку, как та отреагирует. – Но поэтому мы их сами в нашу столовую не пустим, ты не переживай! Тебе такое не придется видеть.

"Да уж, если у этих Халков такие манеры, то неудивительно, что прежняя изнеженная Хелен даже знать ничего о них не хотела" – фыркнула про себя девушка.

В тот вечер человечка узнала много нового об одной из рас ее нового мира.

– Но ты ведь не съедешь, да? – переспрашивала Шелли, с волнением ожидая ответа. – Из-за голинов?

– Нет, конечно! – ответила Хелен. Вернее, в ней сейчас говорила иномирная Елена, которая не видела ничего зазорного жить в одной гостинице с орками, то есть голинами. – Если от их храпа не будут дрожать стены моей комнаты, то зачем мне съезжать.

– Ты самая невероятная эйра, которую я знаю! – Радостно всплескивала мускулистыми руками шитера.

– Ты же говорила, что только одну эйру и знаешь лично, – не удержалась от подначки человечка. – Разве тебе есть с кем сравнивать?

– О-о! Зато я наслушалась о других эйрах от других гевайн! Говорят, они бывают такими ужасными! Хотя такие красивенькие снаружи, – делилась откровениями Шелли, а человечка с нее посмеивалась.

"Гевайн", как тут же узнала Хелен, это общее название всех нелюдей в человеческих землях, причем из общего жаргона самих же инорасников. Как сами инорасники называют за глаза людей, пока не стала спрашивать.

– Неужели мы, благородные эйры, кусаемся? – похихикивая, интересовалась эйра.

– Хуже! – Усердно кивала шитера, тоже не пряча улыбки. – Но ты не такая!

"Да уж! – мигом испарялось веселье у Хелен. – Я совсем не такая, как местные эйры. Только местные люди не должны этого знать! Чтобы не заподозрили во мне иномирянку. Подозреваю, что настолько чужачку люди точно невзлюбят".

– Да и куда я съеду? – честно признавалась Хелен. – У меня практически не осталось денег. Если я срочно не найду работу, то... как бы мне потом не пришлось съезжать на улицу, ведь я не смогу платить... Если только вы сами меня выгоните.

– Ты что, баронессочка! – возмущено взмахивала руками Шелли, треся головой. – Даже не думай! Никто