подростком, а Лука выбрал его из-за того, что по размерам он меньше остальных. Княжич, продолжая удерживать монстра телекинезом, положил руку ему на лоб и применил «Очищение», влив побольше магической силы и используя слияние с духом жизни. Он почти мгновенно потратил почти весь запас своей энергии, заклинание сработало, но не смогло вернуть этому заражённому его человеческий облик. Это привело Луку к неутешительным выводам, а дух жизни подтвердила его опасения, напомнив, что именно об этом ему и говорила, при первой встрече с этими монстрами.

- Им уже не поможешь. Остаётся только подарить им быструю смерть. – с тяжёлым вздохом констатировал Лука.

- Понятно. Мы займёмся этим, а вы пока отдыхайте. – с печалью в голосе ответил ему Леон.

- Хорошо. Благодарю. – сказал Лука и направился к тому же месту, где они сидели изначально.

- Лорд Голдхарт, я присоединюсь к вам, как только смогу привести в чувства брата. Прошу прощения за мою слабость и незрелость. – добавил Иона извиняющимся тоном.

- Не переживайте, главнокомандующий. Вам сейчас нужно сосредоточиться на семье. Дальше мы и сами справимся. – тепло улыбнувшись внуку, ответил Леон.

- Благодарю за заботу. – ответил Иона и направился вслед за Лукой.

Вскоре косвенно подтвердилась смерть великого князя, хотя её никто и не видел. Единственное, что смогли найти на вершине оплавленной башни – почти потерявшие форму оружия великого князя. Но любой из его детей уже знал, что их отец погиб. Дин проплакал почти полтора часа, а потом уснул, выбившись из сил. Милослав так и не пришёл в себя, пока не уснул от истощения, а Амр так и не проснулся до вечера следующего дня. Иона и Лука постоянно находились около спящих братьев, а вскоре к ним присоединились и Курата с Римани.

Обе двушки обняли старших сыновей, позволив обоим ненадолго отбросить свои статусы и ещё немного побыть детьми, чтобы оплакать смерть отца. Римани прижимала к себе Иону, который хоть и пытался сдержаться всеми силами, но стоило ему оказаться в объятиях матери, он уже не смог сдержаться и разрыдался настолько сильно, что Римани никогда подобного поведения от Ионы не видела. Пока девушка с ним сидела, у неё самой потекли слёзы, от осознания потери мужа и того, что она наконец-то поняла, что имел ввиду Габриэль, когда говорил про тепло и любовь ко всем детям, даже подросшим, как Иона и Лука.

Курата одной рукой прижала к себе Луку, а второй рукой гладила Амра. В отличии от Ионы, Лука уже не мог плакать как маленький ребёнок. У него просто лились безмолвные слёзы, которым он не противился. Переглянувшись с Римани, орчиха тоже вспомнила последнюю ссору с Габриэлем и пообещала себе пересмотреть свои взгляды на воспитание детей, если сможет.

Ближе к полуночи, когда все парни уснули, к ним в комнату вошла Кассандра. Её лицо было опухшим, а глаза красными от слёз. Она молча подошла к Римани и Курате и протянула к ним руки, а те обняли её. Следующие несколько дней семья Золотая Молния почти не выходила из своих покоев, если не было крайнего случая, требовавшего чьего-либо присутствия.

Весь вечер и половину следующего дня столицу очищали от заражённых магией людей. Также, в течение трёх дней были подсчитаны невозвратные потери войск вторжения: Эрания потеряла шесть сотен человек из сборного войска, Светлоград потерял десять воинов и Джикума, воительницы империи потеряли пятьдесят человек, Союз Племён потерял две тысячи воинов, войска королевства потеряли три сотни воинов. Кто-то мог бы сказать, что победа далась слишком легко, но подобные слова ни разу не сорвались с губ присутствовавших во время штурма. Все понимали и то, насколько им повезло, и то, насколько чудовищным был их враг. Но в то же время, они знали, что большая часть заслуги в том, что потерь было так мало, лежала на лекарях, кузнецах и магических инженерах, которые обеспечили войска наилучшим снаряжением и поддержкой, а также на великом князе, который всё это организовал.

Все тела, которые возможно было вернуть, были собраны в магические сумки и будут доставлены на родину для проведения прощальных церемоний, а в захваченной столице через неделю пройдёт назначенная коронация и победный пир. Как ни отказывались от этого Иона и семья великого князя, но их не отпустили. Более того, пусть семья Голдхарт и обязана была заняться всеми приготовлениями, но каждый из них посетил покои, в которых скорбела семья Золотая Молния, чтобы выразить свои соболезнования.

Но это только для того, чтобы никто ничего не заподозрил. Сами Голдхарты скорбели не меньше, вновь потеряв едва обретённого сына своей семьи. И для многих это было ещё тяжелее, чем в первый раз, ведь в этот раз не было ни прощального письма, ни осознания, что когда-нибудь виновного можно наказать. Сам Антреас уже разобрался с тем, что привело его к гибели и тем самым защитил обе свои семьи.

К удивлению всех, внутри зданий церкви и Бирюзовой Башни нашлись живые люди. Там оказались те, кто изначально отказался участвовать в том, что творил Уильям и те, кого им удалось спрятать, когда началось массовое изменение людей магией. Всего церкви и башне удалось спасти около двадцати тысяч человек, которых спрятали в подвальных помещениях.

За неделю после победы над королём Уильямом в опустевшей столице собрали представителей всего выжившего высшего дворянства. Для этого Иона попросил птиц рока и виверн о помощи, и Жиманоа с Шширазом согласились помочь. Перед началом пира все собрались в тронном зале, где Адам был коронован своим отцом и при поддержке церкви Всевышнего. После чего всем кратко рассказали, что призвал Уильям и к чему это привело. А после, все приглашённые включая верхушку командования армии Эрании, отправились на бал в большой бальный зал, который пострадал меньше всего во время взрыва над замком.

Пока длился пир, к Адаму поочерёдно подошли все новые графы и присягнули на верность, не смотря на всё, что с ними произошло. Так же Ионе пришлось ответить на множество вопросов, прикрыв тем самым младших братьев, позволив им побыть в стороне от суеты и расспросов об отце. Римани и Курата занимались тем же, разговаривая с дамами, при этом у них как раз получилось удивить всех присутствующих идеальными манерами, которых от явных варварш никто не ожидал.

Поздней ночью, когда продолжающие праздновать уже распределились по группам по интересу, Иона и Лука сидели около окна за одним из столов. Младших они уже отправили спать, в