— И недостаточно, чтобы выйти.

— Ты сам говорил, что мы теперь отдельные.

— Не для машины.

Исходный Сергей шагнул к карте.

— Я пойду с Михаилом.

— Нет, — сказал Сергей.

— Сердечный узел признает меня последним носителем.

— И ты захватишь его.

— Если бы хотел, уже соединился бы с капсулой.

— Тебя остановили.

— Проводник ослабил, но не лишил права.

Михаил посмотрел на исходное тело.

— Пойдёт.

— Миша.

— Если предаст, уничтожу обоих.

— Очень семейное решение, — сказала Варвара.

— Учусь.

Александр подошёл к сыну.

— Я тоже.

— Ты едва существуешь в нулевом поле.

— За его пределами стану плотнее.

— И Ланская сможет войти.

— Я двадцать лет удерживал Нижний источник. Смогу удержать дверь.

Елена Павловна услышала.

— Ты обещал остаться.

— Я вернусь.

— Второе обещание не исправляет первое.

— Что тогда сказать?

Она подошла и коснулась его прозрачного лица.

— Правду.

— Я могу не вернуться.

— Ещё.

— Я боюсь, что снова выберу машину вместо сына.

— Тогда иди ради сына, а не машины.

Александр кивнул.

— Иду ради него.

— Теперь верю.

Группы готовились.

Зорич и Эва оставались в архиве. С ними — Игнат, Нина, раненые Берестов и Арсеньев, Елена Павловна, Воронцов и молодой Молчанов. Проводник должен был открыть две двери, после чего его новый носитель распадался.

— А Сергей? — спросила Варвара.

— Останусь у сердца.

— Один?

— С ними.

Он указал на механизм, исходный архив и чёрные нити Ланской.

— Это не успокаивает.

— Кто-то должен отделить канцлера и Алексея, когда откроем лепесток.

— Я могу остаться.

— Тебе нужно в кольцо.

— Мария может без меня.

Девочка покачала головой.

— Не могу.

— Почему?

— Ланская покажет маму. Настоящую, будущую, любую. Я не пойму.

Варвара присела рядом.

— И думаешь, я пойму?

— Ты выстрелишь.

— Патронов нет.

— Тогда придумаешь что-нибудь хуже.

— Убедительно.

Проводник открыл первую дверь — к вокзалу.

За ней бушевала белая вода. Под разбитыми платформами билось огромное чёрно-золотое сердце, выращенное из рельсов и человеческих тел.

Михаил, Александр и исходный Сергей шагнули к двери.

Живой Сергей схватил Михаила за руку.

Связь между ними вспыхнула.

— Если он предложит тело…

— У меня уже есть.

— Если предложит вернуть время до пруда…

Михаил замер.

— Не соглашусь.

— Уверен?

— Нет.

— Хорошо.

— Ненавидишь честные ответы?

— Уже привык.

Михаил сжал его ладонь.

— Если не вернусь, не позволяй им назвать меня функцией.

— Вернёшься.

— Это обещание?

Сергей вспомнил все обещания, сломавшие линии.

— Это приказ.

Михаил улыбнулся.

— Так лучше.

Они ушли.

Проводник открыл вторую дверь в золотое кольцо.

Варвара, Мария и сам проводник встали у порога.

— Ты идёшь? — спросила девочка.

— Дверь закроется, когда я пройду.

— Значит, успей.

Молодая Варвара посмотрела на Сергея.

— Не открывай сердце до нашего сигнала.

— Какого?

— Поймёшь.

— Очень точная инструкция.

— Учусь у тебя.

Она поцеловала его.

Коротко.

Зло.

Так, будто спор продолжался даже в этом.

Потом шагнула в золотой свет.

Мария за ней.

Проводник задержался.

— Если архив предложит «Дом», не смотри.

— Уже смотрел.

— Теперь он покажет не мать. Покажет жизнь, в которой ты сделал всё правильно.

— Такой не существует.

— Поэтому трудно отказаться.

Он вошёл.

Дверь закрылась.

Сергей остался возле капсулы и целого сердца.

Эва подключала пневматические линии. Зорич собирал распределитель из латунных труб. По городу один за другим оживали переговорные аппараты, работавшие без электричества.

— Готово, — сказал инженер. — Но сердце нужно открыть.

Сергей вставил окровавленный нож версии между лепестками.

Лезвие треснуло ещё сильнее.

— Один лепесток.

— Один.

Он повернул нож.

Сердце раскрылось.

Изнутри вышла детская рука.

Алексей схватил Сергея за запястье.

— Нашёл.

— Кого?

— Того, кто прятался за Ланской.

Чёрные нити натянулись.

Софья Ланская закричала из труб.

Но из сердца поднялась не она.

В зале появилась женщина из исходного мира.

Пожилая.

С поседевшими волосами.

Сергей узнал мать.

Она посмотрела на него и заплакала.

— Серёжа.

Проводник предупреждал не смотреть.

Сергей всё равно сделал шаг.

— Мама?

Она коснулась его лица.

Ладонь была тёплой.

— Я ждала сто сорок лет.

— Ты не можешь.

— Время архива другое.

— Ты отпечаток.

— Сначала была.

— А теперь?

Её глаза стали чёрными.

— Теперь я человек, который отдал настоящую команду.

На карте инициатор изменился:

«ЕЛЕНА ВИКТОРОВНА ВОЛКОВА».

Сергей отступил.

— Моя мать не запускала переход.

— После твоей смерти я нашла программу. Сто сорок лет мир медленно умирал. Когда осталась последней, мне предложили отправить архив вслед за тобой.

— Ты нажала кнопку.

— Я отправила всех.

Миллиарды огней в сердце вспыхнули.

— Ланская не захватила исходный архив, — сказала Елена Викторовна. — Я впустила её.

— Зачем?

— Потому что государство умеет то, чего не умеет мать.

— Что?

— Возвращать детей любой ценой.

Она сжала его руку.