В зале вновь зашумели. Чиновники перешептывались, в их глазах читался ужас.

– Князь Бай Ю осмелился сфабриковать императорский указ? Это… это тянет на измену!

– Если бы не господин Се, эта подделка могла бы сработать…

– Возможно, подобные подделки использовались и раньше. Кто знает, какие еще приказы фальсифицировали?

Император нахмурился. Он вновь перевел взгляд на свиток в руках евнуха, потом на меня.

– Это весьма серьезное обвинение. Подделка императорского указа – преступление, караемое смертью. Узнав вскрывшиеся подробности этого дела, я не могу больше обвинять генерала Се в убийстве…

– Ваше Величество! – второй принц внезапно заговорил. – Князи Бай всегда были нашими верными вассалами и союзниками. Сняв обвинения с генерала Се, используя в качестве оправдания поддельный приказ и непроверенные показания, мы можем допустить несправедливость! – Он говорил громко и уверенно, бросая на меня оценивающий взгляд. – Даже если князь Бай Ю действительно совершил преступление, кто нам докажет, что это не ловко подстроенная западня? Разве не выгодно генералу Се убрать с дороги столь влиятельного человека?

Зал наполнился тревожным гулом. Чиновники заговорили между собой, некоторые кивали, соглашаясь с его словами.

Я же лишь усмехнулся. Вот второй принц и начал свою игру.

– Ваше Высочество, выходит, вы считаете, что я не только подстроил похищение собственной жены, но и изготовил поддельный указ, чтобы избежать наказания?

– Я лишь указываю на вероятность обмана, – невозмутимо парировал он. – Вам ли не знать, генерал, как легко можно подделать печати и подкупить свидетелей?

– Ваше Высочество… – я собирался ответить ему и воспользоваться ситуацией, чтобы раскрыть его дела, но вдруг раздался гул гонга.

Чиновники вновь заголосили.

– Что происходит?

– Что случилось?

Двери Зала высшей справедливости открылись, и к императору засеменил евнух. Он склонился перед повелителем и что-то тихо ему сказал. Тот несколько раз кивнул и дал отмашку.

– Впусти.

Двери вновь распахнулись, и на пороге появились А-Нян и моя мать. Я не мог оторвать от них глаз. А-Нян шла медленно, с небольшими передышками, моя мать помогала ей идти. Та мерзость, которой ее опоил Бай Ю, все еще действовала на нее, но она пришла. Сама явилась во дворец, хотя я не хотел, чтобы она во все это вмешивалась.

Жена и мать подошли ко мне и обе поприветствовали императора, опустившись перед ним на колени.

– Приветствуем Великого Сына Неба! Да будут ваши дни благословленными, а здоровье крепким!

Император довольно кивнул.

А-Нян глянула на меня и улыбнулась. Ее лицо было таким бледным. Зачем же она мучает себя? Почему не осталась отдыхать? И моя мать… она здесь зачем?

– Ваше Величество, – голос А-Нян прозвучал звонко. – Я Хун Нян, дочь Хун Ши с Лисьей горы, пришла, чтобы подтвердить слова моего мужа.

Чиновники зашептались.

– Так вот как выглядит та, что вскружила головы этим молодым людям…

Я хотел вырвать им глаза и языки. Чтобы они не смели смотреть на мою жену и обсуждать ее.

– Говори, – велел император, внимательно наблюдая за ней.

Я помог А-Нян и матери подняться на ноги.

– Два дня назад на наш дом напали люди князя Бай Ю. Меня усыпили и похитили. Когда я очнулась, то находилась в его резиденции. Он явился ко мне с поддельным императорским указом и заявил, что теперь я его невеста.

Чиновники загудели.

– Он хотел, чтобы я расторгла брак с Се Юнем. Принуждал подписать документы на развод, – продолжила она. – И все потому, что у него была конкретная цель.

Император нахмурился.

– Какая же?

– Как вы знаете, у моей семьи на Лисьей горе с позволения императора есть собственное войско. Мы используем его лишь для охраны наших земель от врагов с севера. Князь Бай Ю долгое время пытался наладить отношения с моей матерью и предлагал мне замужество еще до того, как я стала женой генерала Се. Если бы он женился на мне, он смог бы получить нашу армию под свой контроль. Это было основной причиной его желания заключить между нами союз.

– Зачем князю Бай Ю армия Лисьей горы? – спросил император.

– На этот вопрос могу ответить я. – Пришло мое время все рассказать. Теперь ни у кого не будет дороги назад. – Но сначала прошу императора ознакомиться с некоторыми документами.

Ли Шию передал второй короб евнуху, и его доставили императору. Теперь я мог говорить.

– Мой дядя Се Чжэньи стоит в сговоре со вторым принцем. Они объединились с еще несколькими аристократами и чиновниками с целью сместить наследного принца.

– Что? Это ложь! – завопил дядя. Военный министр был в ярости. – Как смеешь клеветать на меня?

– Ваше Величество, прошу наказать меня! – Я упал на колени. – Дядя использовал меня и армию семьи Се в своих интересах. Он готовился с моей помощью устроить переворот. В документах, которые я предоставил, находится вся информация о готовящемся заговоре.

Шок и панику в Зале высшей справедливости невозможно было остановить. Чиновники, министры, слуги – все были потрясены. Шепот перерос в шумное обсуждение, а затем вновь стих под тяжестью осознания.

Император развернул один из свитков, пробежал по нему взглядом, и его лицо потемнело.

– Это твои подписи, Се Чжэньи? – его голос прозвучал холодно и властно.

Военный министр побледнел, но вскоре его привычное выражение высокомерия вернулось.

– Это подделка! – заявил он, вскакивая. – Это заговор против меня!

Я склонил голову.

– Ваше Величество, если вы позволите, пусть приближенные мастера-каллиграфы проверят эти документы. Они подтвердят, что все подписи подлинные.

Император жестом велел евнуху передать свитки в руки проверяющих. Затем он посмотрел на второго принца.

– И ты ничего не хочешь сказать?

Тот выпрямился, пытаясь сохранить спокойствие, но я видел, как его пальцы судорожно сжались в кулаки.

– Отец, прошу вас, не слушайте лживого генерала! Он просто пытается снять с себя вину за убийство князя Бай Ю!

– Я не снимаю вины, – твердо сказал я. – Я прошу лишь справедливости.

В этот момент в зал вернулись каллиграфы, их лица были напряженными.

– Ваше Величество. – Один из них поклонился. – Мы проверили документы. Все подписи принадлежат Се Чжэньи.

Зал взорвался криками:

– Это измена!

– Министр и второй принц пытались устроить переворот!

– Что за безумие!

Се Чжэньи резко развернулся и схватился за рукоять меча.

– Достаточно! – взревел он. – Я не позволю уничтожить все, чего добивался!

Стражники уже двинулись к нему, но он выхватил клинок и направил его на меня.

– Ты всегда был упрямым щенком, – прорычал он. – Я должен был избавиться от тебя еще в детстве!

Я лишь спокойно посмотрел на него.

– Но ты этого не сделал.

Се Чжэньи бросился вперед, намереваясь нанести удар, но его перехватили императорские гвардейцы. Он бился отчаянно, как зверь, загнанный в угол, но вскоре его скрутили и поставили на колени.

– Негодяй! – вдруг моя мать подала голос. –