Только услышав имя того, кто отправил мне письмо с предложением встречи, Кимира, Горланд и Рита предположили, что Гвягз Рюпин скорей всего гоблин. Потом моя телохранитель объяснила мне, как определить, использует ли разумный кольцо-хуманизатор. Для Учителя это, оказывается, не составляет особых проблем – достаточно лишь подойти поближе и попытаться прочувствовать прану собеседника. Обычно она движется естественным образом, у тех же, кто нацепил кольцо, потоки энергии слегка смещены. Я не вижу этого, но ощущаю слабое постороннее вмешательство в потоки праны Гвягза и черноволосого «мужика с обложки».

— Приветствую тебя, Ильяриз, — продолжил говорить гоблин.

— Здравствуйте, — хмуро ответил я.

— Прежде чем начать, хотел бы отметить, что твоего Стража никто не пытал и не мучал, как ты, скорей всего, подумал. Она достойно сражалась и была ранена в бою. Серьезные раны Герда, мой целитель, — он махнул рукой в сторону светловолосой девушки, вместе с пятью Дружинниками оставшейся возле повозки, — закрыла, но после этого твой Страж пришла в себя и самыми бранными словами, от которых смутились даже гномы, обругала Герду. Жизни твоего Стража ничего не угрожало, и мы не стали исцелять ее насильно. Правда, мелкие ссадины самостоятельно зажить не успели. Сам понимаешь, в целях безопасности мы были вынуждены заблокировать твоему Стражу прану.

Самое удивительное, что я верю гоблину. От Инси вполне можно было ожидать подобной выходки. Вон, теперь, перестав лить слезы, она стоит, гордо задрав голову, и с презрением смотрит на врагов. А глядя на худобу волшебницы, можно предположить, что отказывалась она не только от услуг целителей, но и от еды.

— Что ж… — протянул я, — благодарю за разъяснения.

Говорить спасибо за то, что подлатали моего Стража, я не стал. Глупо это. Не могу быть уверенным, что двигала гоблином именно воинская честь. Скорей уж нужно было держать предмет переговоров в удобоваримом состоянии. Ибо кто знает, что бы я учудил, если бы Инси сейчас была при смерти.

— Не стоит, — Гвягз одарил меня равнодушной улыбкой. — Раз уж с этим мы разобрались, перейдем к основному вопросу, — гоблин взял паузу, склонил голову набок и приоткрыл рот, с интересом уставившись на меня. Гвягз располагался чуть ниже относительно меня и смотрел снизу вверх, что придавало еще большую комичность его образу.

Но мне было не до смеха.

— Слушаю, — произнес я.

Гоблин вновь выпрямил шею и проговорил:

— Я уже писал, что ты оскорбил Мадтеона Вязия – главу нашего клана и Владетеля этой части Верлиона. И единственный способ искупить свою вину для тебя – перед своими воинами признать свою слабость, воздать хвалу Создателю и вспороть себе брюхо, предварительно отдав нам меч с драконом. В таком случае, если твои Стражи откажутся от мести, мы пощадим их. Более того, может быть, даже предложим новую работу.

Гвягз всем своим видом и голосом насмехался надо мной. А ведь сперва мне показалось, что имею дело с утонченным аристократом. Но теперь действительно вижу гоблина, пусть внешне и выглядящего как человек. Есть что-то общее между главой рода Рюпин и другим моим знакомым зеленокожим – Оглоблиным.

Однако я не позволил эмоциям вмешиваться в переговоры. Как можно равнодушнее ответил:

— Извините, но такой вариант мне не подходит.

Гвягз Рюпин театрально вздохнул и покачал круглой головой:

— Жаль. Было бы очень эффектно.

— Не спорю, — отозвался я. — Есть другие варианты? Что вы хотите за Инси?

— Твой меч, — спокойно произнес гоблин. И почему я не удивлен…

— Где гарантии того, что, отдав вам меч, я получу своего Стража и возможность спокойно вернутся в Куинз?

— Нет гарантий, — усмехнулся Гвягз. — Почему я должен что-то подобное тебе гарантировать? Ты же не думаешь, что лишь одним артефактом сможешь купить себе и своей Дружине право творить непотребства в землях Господина Вязия?

Меня начинала откровенно раздражать складывающаяся ситуация. Чего хочет этот мелкий уродец? Наслаждается своим превосходством в численности и силе? Или все-таки пытается расшатать меня, прежде чем озвучить свои настоящие требования в полном объеме? Ведь слова про публичное харакири, судя по его реакции, явный бред. Или нет?

— Господин Рюпин, — холодно произнес я, — давайте не будем ходить вокруг да около. Мне не хотелось бы продолжать играть с вами в угадайку.

Гоблин расплылся в довольной улыбке:

— Мне нравится твой подход, безродный демон. Однако про меч я не врал. Сперва отдай мне его, а затем поговорим, — он требовательно протянул руку. Я медленно перевел взгляд с аристократа на двух его сопровождающих, посмотрел на остальную группу поддержки, готовую сорваться с места и вцепиться мне в глотку по первому требованию, повернулся к Инси. Волшебница виновато потупила взор. Думает, из-за нее я попал в неприятности и теперь вынужден вести переговоры с такими мерзкими типами? Хах… Наивная.

Я материализовал портупею и достал катану в черных лакированных ножнах, на которых красовался серебристый дракон.

— Нет, Господин! Пожалуйста, не надо! — выпалила Страж, схватилась за металлические прутья и начала раскачивать телегу. Однако почти сразу Инси отпустила их, обмякла и бухнулась на пол своей передвижной темницы. Спустя секунду приподнялась на локтях, обессиленно уставилась на меня. Я улыбнулся ей и подъехал к гоблину.

— Отпустите моего Стража и получите катану, — проговорил я, глядя в карие глаза Гвягза.

На несколько секунд тот задумался, а затем размашисто кивнул, едва сам себя не ударив подбородком в грудь:

— Идет. Но ты должен лучше нас понимать, что, если мы выпустим девушку, она никуда не уйдет. Даже если ты ей прикажешь это сделать.

— Верно, — нехотя согласился я.

— Поэтому Герда погрузит ее в сон, прежде чем вытащить из клетки. А после мы оставим ее здесь, на холме. Вскоре твой Страж придет в себя. Уверен, найти дорогу к Куинзу она сможет.

Я позволил себе поморщиться, продемонстрировав гоблину все, что думаю о его предложении. Даже если они действительно оставят Инси здесь, судя по его словам, для меня не предусмотрена возможность вернуться к остальным вместе с волшебницей. Какая участь в его планах уготовлена мне? И где гарантии того, что девушку действительно освободят, если я решу плясать под их дудку?

— Даю слово Осевого аристократа, — неожиданно голос гоблина прозвучал величественно, словно раскат майского грома. — Если я велю выпустить твоего Стража, ни я, ни мои люди не станут препятствовать ее