банданы на роскошных волосах. Завершал картину толстый слой косметики на, в общем-то, симпатичных мордашках разбитных девиц: пудра, белила, яркая помада, тени для век и краска для бровей – все пошло в ход, чтобы создать образ роковых женщин, достойных таких «уважаемых» людей, что топали следом за ними. Справедливости ради надо сказать, что образ роковой женщины, как Натка ни старалась, а дамой с собачкой, естественно, была она, все-таки не получился ни у нее, ни у Элениэль. Девчонки больше напоминали лихих байкерш-оторв. Под их упругими попками не хватало только сидений мотоциклов, но до материализации таких сложных технических устройств леди Натали еще не доросла. Добило охранника то, что на плече у конопатой байкерши сидел воробей, воинственно чирикая с плеча своей хозяйки.

Охранник покрутил на всякий случай головой в поисках камер и софитов, но, не найдя таковых, понял, что это не съемки фильма про лихие девяностые, а какое-то другое костюмированное шоу. «Розыгрыш! Скрытой камерой снимают», – сообразил охранник и приосанился, готовясь достойно встретить приколистов, если жертвой шутки выбрали именно его. Не выйдет! Он мужик тертый, его на мякине не проведешь. Главное, не поддаваться на развод и выглядеть попредставительней. Вован поправил на поясе кобуру с травматикой и напряг слух. Слух у него хороший, но в данном случае толку от него был полный ноль. В костюмированном шоу участвовали одни иностранцы, а иностранных языков Вован не знал. Впрочем, если бы и знал, все равно б ничего не понял, так как на этом языке, кроме Натки, ни один землянин не говорил.

– Создатель, какая срамота! – на ходу стонала эльфа.

– Терпи, Элька, шмары самых уважаемых людей всегда так одеваются.

– Шмары? А кто такие шмары? – слабым голосом спросил Темлан, с ужасом глядя на бритый затылок и малиновый пиджак Корониуса Мудрого, маячивший перед ним. Жених Натки замыкал процессию. – Создатель, неужели и я так дико выгляжу?

– Еще красивей, – обрадовала его Наталка. – А шмары – это… – девица замялась, – ну, скажем так – подруги жизни на ночку или две. Теперь понятно?

– Тихий ужас! – простонал Корониус.

– Громкий ужас, – возразила Натка. – Уважаемые люди теперь в России тихо не живут.

– Это я уже заметил. Вон как народ на нас пялится, – пробормотал мидорский вор. – И обрати внимание: так, как мы, не одет никто.

– Разговорчики в строю! – Натка и сама чувствовала, что что-то здесь не так: народ в стороны шарахается, старушки вслед крестятся, но, чтобы подбодрить команду, старательно делала вид, что все идет по плану, разработанному их гениальным шефом.

Главное, чтобы Крош не подвел. Как ни пыталась она сделать из него пуделя, морок на дракончика отказывался ложиться. Чтоб не выбиваться из графика (срок пребывания ее команды на Земле должен быть минимальным), Натке пришлось назначить Кроша таксой и надеяться, что он не будет чересчур усердно махать крыльями, которые она на всякий случай прикрыла рукой. Однако ладошка у девицы была маленькая, и краешки чешуйчатых перепонок крыльев Кроша постоянно выползали из-под нее.

– Ух ты!

– Натка, что это?

Их группа затормозила буквально в двух шагах от охранника и уставилась на внезапно включившуюся панель электронной рекламы на противоположной стороне улицы рядом с магазином «Антиквариатъ». К шумным самодвижущимся повозкам, которые нескончаемым потоком мчались по улицам города, они уже приноровились, а такое чудо видели впервые. На огромном экране роскошная девица в пляжном «костюме», состоящем из узкой полоски ткани, едва прикрывающей высокую грудь, и довольно откровенных стрингах стояла под пальмой, демонстрируя горожанам свои прелести, а за ее спиной плескалось море. Знойная красавица одной рукой подносила к алым губкам не до конца очищенный банан, а другой, призывно подмигивая, манила к себе офигевшую опергруппу. Бегущая строка внизу экрана сообщала, что турагентство «Лазурные берега» объявляет о сезонных скидках, предлагая туры по Европе и отдых на курортах Турции и Египта по смешным ценам.

– Я знаю, – радостно сказал Корониус, – это постоянно действующий портал! Попробуй теперь только мне сказать, негодница, что у вас здесь магией не пахнет.

Картинка на панели изменилась. Теперь другая, не менее роскошная, но уже абсолютно голая девица, рекламировала крем-гель для душа Dove, смывая с себя пену ласковыми струями воды. Это было так эротично, что кадыки на шеях мужской части опергруппы начали ходить как поршни, и Натке это не понравилось.

– Так, всем слюни подобрать и быстро отвернуться! – скомандовала она.

Ее команда начала отворачиваться всем телом, исключая головы. Головы не могли оторваться от бесплатного эротического шоу. К счастью, картинка опять сменилась, и началась реклама туалетного утенка, что спасло их шеи от разворота на сто восемьдесят градусов.

– Он прав? Это портал? – с трудом переведя дух, спросил Темлан.

– Однако здорово здесь все изменилось, – пробормотала девушка, – а ведь всего три года прошло. – Натка сразу поняла, что это что-то вроде гигантского телевизора с назойливой рекламой, но как объяснить своей технически неграмотной команде, что такое телевизор, не знала. Да и не до того было сейчас. – Так, дамы и господа, мы сюда не на прогулку прибыли. Ликбезом займемся потом. Пора браться за дело. Действуем, как договаривались. Рот на замок, старайтесь чего-нибудь лишнего не ляпнуть. Общаться с местными аборигенами буду только я. Все ясно?

– Все ясно, – дружно проскандировала ее команда.

– Молодцы. Так держать.

План дальнейших действий разработан был заранее. Девица сразу сообразила, что в обменном пункте золото на деньги им не поменяют. Паспорт нужен. Без бумажки ты букашка, а с бумажкой человек. А вот ломбард – это то, что надо. Там, правда, тоже паспорт требуется, но она надеялась обойти этот скользкий момент. Четыре года назад Натка подслушала случайно, как один детдомовский внушал другому: «Пуфик – барыга надежный. У него всегда и товар пристроить можно, и за хорошее бабло он тебе черта с рогами из-под земли достанет. Главное, не забудь сказать, что ты от Кабана. Без этого он дел с тобой иметь не будет». Натка прекрасно знала, о ком идет речь, а потому и притащила свою команду к Натану Моисеевичу, хозяину ломбарда «Золотая рыбка», который в лихие девяностые, пользуясь полным правовым беспределом тех времен, не брезговал ничем, и одной из немаловажных статей его дохода была скупка краденого. Следующим пунктом ее программы было посещение книжного развала. Сейчас, объясняла она друзьям накануне, в России настали такие времена, что за хорошие деньги не только спецлитературу по криминалистике можно купить, но заодно и правосудие со всеми потрохами.

– За мной!

Натка двинулась прямиком к входу в ломбард, но дорогу ей преградил охранник.

– В чем дело? – строго спросила Натка.

И тут, как назло, дракончик в ее руках зашевелился. Как ни было Крошу уютно на руках у «мамы», ему, как всякому нормальному ребенку, внезапно захотелось поиграть. Он приподнялся на лапках и встряхнулся как собачка, только что вылезшая из воды. Ладошка Натки невольно соскользнула с его спинки. Дракончик радостно захлопал крыльями, игриво помахивая черным, чешуйчатым хвостом.

«Крош, заразочка, – мысленно простонала Натка, – что ж ты делаешь? Замри!»

Крош похлопал глазками и послушно замер на полном размахе крыльев. Охранник потряс головой, подобрал рукой в очередной раз челюсть, поставил ее на место и уставился на странную таксу в костюмчике дракона. А до Натки наконец дошло, что чешуйчатый малыш способен мысленно воспринимать ее команды. «Крош, крылышки хотя бы подожми, не позорь меня». Крош послушно сложил крылья и начал озираться. Охранник еще раз потряс головой, еще раз посмотрел на сложенные крылья, которые превратились в уродливый горбатый ком на спине странной таксы.

– Так в чем дело? – повторила вопрос Натка.

– Вы не ошиблись адресом?

– Если Пуфик здесь еще работает, то нет, – решительно ответила девица.

Вован при этом имени невольно вздрогнул. Когда-то он состоял в Дольцевской группировке, ликвидированной в две тысячи втором, и сам не раз скидывал Пуфику левый товар. С тех пор много воды утекло. Пуфик из скупщика краденого превратился в Натана Моисеевича, почтенного, благообразного, законопослушного члена общества, исправно платящего налоги, а Вован устроился к нему охранником. Те из его друзей, что так же, как и он, сумели выскользнуть из лап коррумпированной, продажной фемиды тех времен, предпочли устроиться в охранную фирму «Страж», под прикрытием которой теперь легально крышевали бизнесменов, попутно подрабатывая мелким бандитизмом. Вован же решил полностью с этим делом завязать, а потому такой привет из прошлого ему не понравился. Однако… нет, это точно розыгрыш. Малиновые пиджаки, развязные девицы, странная собака… В таком случае надо доиграть роль до конца.

– И что вам от него надо?

– Ну разумеется, не шоколада! – фыркнула девица, подкинула в воздух золотую