— Хотя что я говорю! Ты же уже сдохнешь, когда я прикончу его.

— Умоляю, не делайте глупостей, которые могут кому-то навредить… Не надо больше ничьих смертей!

— Не переживай, милая моя девочка, очень скоро ты и твой бывший встретитесь на небесах, а он познакомится с твоими мамашей и папашей. — Саймон хитро улыбается и слабо прикусывает губу. — Правда для начала я хочу немножко помучить тебя. Воспользоваться помощью своих верных людей, у которых уже все давно готово.

— Я же сказал, ТОЛЬКО ЧЕРЕЗ МОЙ ТРУП! — со злостью во взгляде вскрикивает Терренс, сжимая руки в кулаки. — Ты тронешь ее только после того как разберешься СО МНОЙ!

Однако Саймон не слушает Терренса и с хитрой, широкой улыбкой продолжает смотреть Ракель, одной рукой держа пистолет у виска девушки, а другой – медленно проводя рукой по ее волосам. А в какой-то момент у него голове что-то щелкает, и он начинает все больше и больше присматриваться к бледной, до смерти напуганной девушке, которую он сравнивает с ее матерью в ее нынешнем возрасте.

— Черт, девочка… — более низким голосом произносит Саймон. — Как же ты похожа на свою маму… Похожа как две капли воды…

— Хватит, Саймон, пожалуйста… — со слезами на глазах жалобно произносит Ракель.

— Только жаль, что твои волосы не черные, а каштановые. Зря ты их перекрасила… Я ведь так люблю черный цвет волос… Он такой сексуальный и притягательный …

Саймон начинает очень внимательно всматриваться в лицо Ракель, которая смотрит на него широко распахнутыми глазами и иногда предпринимает безуспешные попытки вырваться из рук человека с пистолетом в руках.

— Зато глаза у тебя точно материнские… — тошнотворным голосом говорит Саймон. — Очень красивые… Я бы в них не прочь утонуть.

Саймон еще больше прижимает Ракель к себе и хочет осторожно поцеловать ее в шею, кажется, начиная забывать, кого он сейчас держит в своей крепкой хватке и принимая ее за кого-то другого, что так сильно привлекает его. Однако еще более испуганная девушка начинает резко уворачиваться.

— Вы в своем уме? — громко ужасается Ракель. — Что вы делайте?

— Вот уж точно – мамина дочка, — широко, похотливо улыбается Саймон. — Мамина …

Чем больше Терренс наблюдает за этой картиной, тем больше он приходит в ярость. Он испытывает сильное желание схватить какой-нибудь тяжелый предмет и прицелится им прямо в голову Саймона. В какой-то момент мужчина не выдерживает эту пытку, что заставляет его гореть от не только от злости, но еще и от ревности, что мгновенно одолевает его в тот момент, когда Рингер пытается оставить на шее Ракель поцелуй.

Терренс сдвигается с места и хочет наброситься на Саймона, но тот делает резкий шаг назад и направляет пистолет уже на него, а не Ракель, как это было ранее. Мужчина тут же замирает на месте и поднимает руки на уровне плеч, так или иначе понимая, что ему лучше не нарываться на неприятности.

— Еще один шаг – и ты получишь свою бывшую по мелким частям, — крепко прижимая к себе Ракель и держа пистолет в направлении Терренса, холодным тоном заявляет Саймон.

— Отпусти ее, Саймон, — как можно спокойнее требует Терренс, с приподнятыми руками продолжая стоять на том месте, где он и стоит и изо всех сдерживая злость и ревность, которыми он одержим. — Просто отпусти ее и никто не пострадает. Я тебе обещаю.

— Не будь маленьким наивным мальчиком, Терренс, — грубо бросает Саймон. — Неужели, ты и правда думаешь, что я так просто сдамся и оставлю все свои планы, которые столько лет мечтал осуществить? Нет уж! Даже не мечтай! Я пойду до самого конца!

— Сейчас же отпусти ее!

— Лучше заткни свой рот и помалкивай! Вот разберусь с этой девчонкой, так и до тебя очередь дойдет.

— Нет! — со слезами на глазах отчаянно вскрикивает Ракель. — Нет, Саймон! Не делайте этого!

— Что, девочка, боишься?

— Я умоляю вас… Не трогайте его… Не причиняйте ему вред! Пожалуйста…

— А ты тоже такая наивная и думаешь, что сможешь уговорить меня сдаться?

— Вы можете убить меня, если очень уж хочется. Но ради бога, не трогайте Терренса. Он совершенно не причем. Не имеет никакого отношения к этой ситуации.

— О, еще как имеет…

— Я не хочу, чтобы вы убили еще одного моего близкого человека. — Ракель издает тихий всхлип. — Вы уже и так лишили меня моих родителей! Не хватало, чтобы вы и его убили!

— О, боже мой! — Саймон истерически смеется с широко раскрытым ртом. — Какая драма! Как же яростно ты защищаешь своего бывшего… Как умоляешь меня не убивать его…

— Я не хочу, чтобы кто-то еще пострадал по моей вине, — отчаянно говорит Ракель. — Не хочу, чтобы вы кого-то убили.

— М-м-м, надо же, какой поворот… Кажется, еще недавно ты его терпеть не могла и буквально плясала от радости, что вы наконец-то расстались. А что сейчас, дорогая моя?

— Просто не смейте причинить вред этому человеку.

— Какая ты у меня переменчивая девочка. Какая переменчивая…

С этими словами Саймон носом щекочется об изгиб шеи Ракель, которая в этот момент слегка морщится из-за того, что ей неприятны действия этого человека.

— Да и твой бывший очень быстро поменял свое мнение, — задумчиво отмечает Саймон. — Верно, Терренс?

Саймон переводит взгляд на тяжело дышащего Терренса и направляет на него свой пистолет.

— Ты ведь тоже хотел навсегда забыть эту девчонку, — напоминает Саймон. — Эту неблагодарную свинью, которая не оценила того подарка, что ей был дан.

— Ты долго еще будешь отнимать у нас время? — сухо спрашивает Терренс. — Когда ты, твою мать, отпустишь ее?

— Слушай, а зачем ты вообще сюда приперся? Зачем? Шел бы лучше к своей подружке, с которой ты начал обниматься и целоваться после расставания с Кэмерон!

— Эта девчонка уже в прошлом, если тебе так хочется знать.

— Да неужели? Неужели ваш роман продлился недолго? Хотя кажется, еще недавно эта