мешочек на поясе, я концами пальцев правой руки нанес на Лью науглан, Священную Девятку: на подошвы каждой ноги, поперек живота, над животом, пометил сердце, горло, лоб, позвоночник и каждое запястье.

Ллвидди озадаченно наблюдали. Я украдкой взглянул на принца и увидел, что его надменная ухмылка исчезла, и теперь он выглядел слегка обеспокоенным. Сион Хай смотрел с холодной угрозой в полуприкрытых глазах.

Закончив процедуру, я скомандовал Лью.

— Говори! Скажи своему народу: кому ты служишь?

Он ответил так, как мы договорились:

— Я служу народу!

— В чем твоя жизнь?

— Жизнь народа — вот моя жизнь!

— Как ты будешь жить?

— По воле народа!

— Как ты будешь править?

— Мудростью народа!

— Что ты получишь взамен?

— Я получу свой народ!

Я выставил поднятые руки ладонями наружу.

— Я услышал твои слова, — крикнул я громким голосом, чтобы все могли слышать. — Пусть они подтвердятся!

С этими словами я повернулся и забрал головни. Быстро, чтобы он не успел подумать о происходящем, я сунул Лью в каждую руку по горящему полену так, что горящей частью они были направлены вниз. Огонь быстро поднялся по всей длине полена, и руки Лью погрузились в пламя. Оно лизало его плоть, а он бестрепетно сносил эту ужасную процедуру, даже не пытаясь отбросить горящие поленья.

Люди ахнули. Принц Мелдрин и его приспешники тупо разинули рты.

— Огонь подтвердил твои слова, — торжественно произнес я. — Ты говорил правду.

Лью поднял горящие головни над головой и медленно повернулся вокруг себя, чтобы все могли видеть: огонь не обжигает его.

Пока все смотрели на чудо: человек голой рукой держит горящее полено, никто не обратил на меня внимания. Я достал из-под плаща золотой торк и, пока Лью высоко поднимал головни, я встал за его спиной и надел на шею золотой торк. Воздев руки у него над головой, я отчетливо проскандировал:

— Властью Тан н'Риг объявляю тебя королем! — Я повернулся к людям и громко запел:

Властью ветра, летящего над морем, ты — король.

Властью солнца, изгоняющего темную ночь, ты — король.

Властью дождя, когда он пробуждает траву на холмах, ты — король.

Властью земли, вздымающей высокие горы, ты — король.

Властью камня, рождающего блестящее железо, ты — король.

Властью быка, орла, лосося и всех плавающих, летающих, ходящих по тайным тропам земли, неба и моря, ты — король.

Властью Добромудрого, который своей Быстрой и Твердой Рукой держит все сущее в этом мире, ты — король.

Песнь закончилась; Я поднял посох и возгласил:

— Люди Придейна, вот ваш король! Воздайте ему почести!

Некоторые уже успели опуститься на колени, когда принц заверещал дурным голосом:

— Нет! Нет! Это не ваш король!

Прежде чем кто-либо успел поднять руку, чтобы помешать ему, Сион Хай ударил копьем. Он целил Лью под ребра, но попал в поленья, которыми тот успел закрыться, и выбил их у него из рук. Сион плюнул и заорал во все горло:

— Мелдрин — король! Мелдрин — король!

Сион ткнул пальцем в одного из воинов. Тот вышел к костру, нервно оглядываясь на собравшихся вокруг людей и стараясь не встретиться со мной глазами.

Мелдрин поднял золотой торк отца над головой и объявил себя королем.

— Слушайте меня все! У меня в руках торк королей Ллвидди! Королевство моего отца мое по праву!

— Нет у тебя никакого права! — громко возразил я. — Только бард может даровать королевскую власть. И я у всех на глазах наделил властью Лью!

— А ты вообще тут ни причем! — взвизгнул принц.

— Я истинный бард нашего народа, — спокойно ответил я. — Я один владею суверенитетом. Только я могу даровать королевскую власть.

— Ты вообще ничто! — взревел принц, размахивая у меня перед носом золотым торком. — Вот знак власти моего отца. Значит, король — я!

— Я вижу, что торк у тебя, но это еще не делает тебя королем, так же как пребывание в лесу не сделает тебя деревом!

По толпе прокатились смешки. От этого принц совсем озверел. А я безрассудно продолжал.

— Никто не мешает тебе носить этот торк и командовать воинами. Оденешь себя покрасивее, одаришь золотом и серебром свою свору, если у тебя есть золото и серебро. Короче, ты волен делать что пожелаешь, но запомни: суверенитет не в торке, не в троне, не даже в быстром мече. — Я повернулся к людям. Пришло время действовать, и раз и навсегда убрать принца со сцены.

— Слушайте меня, люди! Мелдрин не король. Вы только что видели вашего нового короля. Лью — избранный король по заветам предков. Не слушайте Мелдрина! У него здесь нет власти. Он не может…

Чего именно не может Мелдрин, я сказать не успел. Принц приказал своей волчьей стае:

— Хватайте их! Взять обоих!

Глава 4. ЯМА

— Мне жаль, брат.

С таким же успехом я мог бы говорить с грязью на дне. Лью сидел, подтянув колени к груди, положив голову на руки. В тусклом свете ямы он смотрелся тенью, угрюмой и несчастной тенью.

После семи ночей и дней, проведенных в яме в качестве пленников Мелдрина, я его не винил. Моя вина. Я недооценил Мелдрина и его готовность пойти против традиций нашего народа. А еще я неверно оценил готовность Волчьей стаи стать на сторону принца в борьбе со своими сородичами. А еще я переоценил степень уважения людей к Лью. Они могли превозносить Ллеу, но Мелдрина они давно знали, он был одним из них. А Лью — чужак, незнакомец.

И все же я надеялся, — нет, я верил, — что люди не останутся в стороне, не позволят Мелдрину поднять руку на последнего оставшегося барда. Король — это король, но бард — сердце и душа народа; он — их жизнь в песне и светильник, ведущий народ путями судьбы. Бард — главный дух клана; он — связующее звено, золотая нить, связывающая прошлое со всем, что еще предстоит.

Но страх ослепляет, он делает людей глупыми. А еще — смутные времена. Я не понял, что люди не захотят бросать вызов Мелдрину, особенно если это грозит кровью.