полку — на будущее. Да и по-хорошему, в команде при выходе в междумирье точно должен быть менталист. Это Юрию Олеговичу повезло, менталист у него приписан сразу. А вот нам такие выходы точно выйдут боком. Хотя… с учетом костяной плашки-якоря уже появляются варианты.

— Так что планируете на вечер? — снова спрашивает Марина, когда за столом возникает небольшая заминка.

— Мы пойдём гулять, — быстрее меня отвечает Олеся. И, кажется, понимаю, зачем она так делает — чтобы не дать Аглае возможность продолжить допрос. Идея хорошая — пусть пройдет немного времени, вдруг, менталистка переключится на какую-то более интересную для неё тему. Но галочку по поводу меня она себе поставила — это факт.

— Мне нужно поговорить с Юрием Олеговичем, — говорю чуть тише, чтобы слышала только Олеся. — Так что предлагаю пойти в сад целителей. Немного прийти в себя точно не помешает.

— Ммм… — довольно произносит Аглая. — Пока Орлов ходит по свиданиям, предлагаю всем остальным потренироваться на полигоне. По поводу места можно не переживать, я вчера вечером спрашивала — всё свободно.

— А мы возьмём кофе и пойдем смотреть на рыбок, — обращается ко мне Олеся и выглядит уже не такой смущенной.

— Ну да, — парирует менталистка. — Вам же можно сдавать все зачеты без подготовки. Хорошо, когда есть правильные знакомства…

— Или нужные знания, — отвечает на выпад Олеся, но я сжимаю её руку под столом, чтобы она не отвечала на провокации Аглаи. Менталистка постоянно всех прощупывает в грубой форме.

Заканчиваем обед и выходим вместе с Олесей на улицу. Направляемся в сторону посёлка. Захожу в лавку и беру два кофе. Под легкую беседу доходим до сада целителей. После обеда тут пока что никого нет — сад совсем пустой.

— Не могу поверить, ни одного человека, — удивляюсь.

— Я уже несколько раз приходила сюда в это время, — говорит Олеся. — А вот вечером настоящий аншлаг. Тебе нужно было связаться с имперским магом?

— Да, — киваю. — Давай, пока здесь никого нет, ты пойдешь к пруду, а я поговорю с Юрием Олеговичем? Хорошо? — Отдаю девушке стаканы.

Олеся соглашается и отходит в беседку. Сразу вызываю имперского мага.

— Юрий Олегович, вам удобно говорить? — уточняю.

— Да, студент, я уже освободился. — Пауза. — Что на этот раз будешь врать?

— Зачем врать? — удивляюсь. — Я звоню поделиться идеей. У меня всего лишь есть подозрение, что смысл прорыва — не в охоте монстров на людей, не в их побеге из мира и не в атаке как таковой.

— Так. Продолжай, Орлов. — Имперский маг внимательно слушает.

— Смысл прорыва — перенести в наш мир ментально активных существ, — озвучиваю предположение. — И как раз с этим у меня проблема. Я не могу этого доказать — точнее, не знаю как это сделать. Но вы же сами видели: когда мы выходили к любому из порталов, монстры стояли под контролем.

— Да, Орлов, видел, — подтверждает маг.

— Поэтому у меня появилось подозрение, что маленькие отряды монстров не могут перенести это существо, — продолжаю. — А само оно не может переместиться незаметно. Возможно, существуют ещё какие-то ограничения, о которых мы не знаем. Но проблема в том, что большой отряд с большой вероятностью сможет перенести контролёра к нам в мир.

— И на основании чего ты сделал такие выводы? — интересуется имперский маг.

Юрий Олегович не торопится рассказывать про прорывы. Да, определенную информацию он периодически даёт, но не более того. Им движет не только секретность и боязнь, что журналисты пронюхают то, о чем им не нужно знать. Имперский маг осторожничает по своим внутренним соображениям. Но меня слушает с явным интересом.

— Сейчас объясню, — хочу попробовать совершить обмен информацией. — Я уверен, что Кольцов уже не был человеком. — Приоткрываю немного неочевидный момент. — То существо, которое представлялось имперским следователем Кольцовым, на самом деле таковым не являлось. Да, тело осталось его, он разговаривал и жил так, как Кольцов, но разумом владел кто-то другой.

— Тело мы нашли, — подтверждает Юрий Олегович. — И оно было далеко не первой свежести. — О чём я, кстати, тоже догадывался благодаря запаху и виду. — Правда, мы предполагали, что Кольцов был личем, контролируемым несколько странным образом.

— Не думаю, — отвечаю. — Он же вроде был нормальным…

— Да, — соглашается имперский маг. — Вроде. Но труп, когда мы его нашли, был недельной свежести. В теле Кольцова на тот момент остановились все процессы. Но ты продолжай, Орлов, продолжай. Учитывая твои таланты, предполагаю, ты тогда не упустил шанс сходить в междумирье?

— Да, всё так, — говорю. — Собственно, это и было моим открытием таланта. Но при этом мало что могу рассказать про тот день.

— Кроме того, что в тот же день обычная девочка Ариадна стала менталистом — пусть и относительно слабым, — продолжает проводить параллели имперский маг.

— И это тоже, — не вижу смысла спорить. — Может быть, у неё и раньше были зачатки, но не хватало одного шага, который ей помог сделать этот следователь. Правда, насколько я знаю, она абсолютно ничего не помнит — память стёрта.

— Да, мы знаем, проверяли, — отвечает Юрий Олегович.

И тут понимаю, что имперский маг знает не просто больше, чем показывает — он видит всю картину намного шире, чем я. И странно, что он не поднимал тему про Ариадну и лже-Кольцова раньше. Если разобраться, поводов, чтобы начать разговор хватало — даже если взять наш последний совместный выход.

— Вы проверяли? — переспрашиваю.

— Понятно, что не лично я, — поясняет имперский маг. — Но я курирую это расследование.

— Значит, тело Кольцова осталось там, — делаю вывод и выдерживаю паузу. — И, получается, что исследовать, как именно влияет на него «наездник» не выйдет.

— Не совсем так, — не соглашается Юрий Олегович. — Все же в нашем мире недельные трупы нечасто разговаривают и ведут социальную жизнь. Поэтому весь путь следователя разобран по минутам. Сразу скажу: к тебе, если что, претензий нет. В общем, ты теперь подозреваешь, что-то существо, которое захватило тело Кольцова, хочет вернуться обратно в наш мир?

— Здесь всё немного интереснее, — рассказываю. — Почти уверен, что существо, которое подчинило себе тело Кольцова