какие-то 15 минут, чтобы прийти в норму. А не страдать от наплыва людей и шума.

Шеф улыбнулся:

– Алина, а вам не кажется, что вы слишком много считаете для должности секретаря?

Я опустила глаза. А потом посмотрела прямо на него:

– Ну, я же не для себя стараюсь.

Шеф хохотнул.

– Ну да, тут вы правы. Ладно. Пусть подождут 15 минут.

***

Зам мялся перед кабинетом, а я с абсолютно независимым видом и полным спокойствием предлагала всем немного подождать. Когда раздался звонок от шефа мне на телефон, я распахнула двери в переговорную и впустила туда уставший от ожидания людской поток.

Шеф выглядел гораздо лучше и даже умудрился мне подмигнуть. Я внутренне возликовала. Хотя потом увидела зама и притихла.

Зам быстро и прицельно оценил, кому подмигивание предназначается, и поморщился, окинув меня взглядом, полным какого-то непонятного презрения. Неожиданно для себя я сконфузилась. Мне захотелось провалиться сквозь землю. Вот уж гадость!

Моментально в моей голове родилась мысль: а вдруг это Алексей Иванович стучит жене шефа про все похождения ее муженька? Тогда я нахожусь в миллиметре от полного провала, потому что этот засранец бдит не хуже степного орла.

Я пообещала себе быть аккуратнее, хозяйским взглядом окинула переговорную и вышла. Что-что, а уверенность в своих силах должна быть всегда, даже когда варишься на небольшом огне в горячем масле. А иначе как?

***

Через 30 минут двери распахнулись, и людской поток вырвался на свободу. Я зашла в кабинет, чтобы навести там порядок и наткнулась на шефа. Он стоял возле графинчика с кофе и явно ждал меня.

– Вы меня просто спасли, – улыбнулся он во весь рот.

Я хотела радостно улыбнуться ему в ответ, но увидела физиономию зама, который внимательно за нами наблюдал. Поэтому, не отрывая глаз от бутылок с водой, тихо пробормотала:

– Не за что. Это моя работа.

И отвернулась, продолжив убирать все лишнее со столов.

– Надо, чтобы вы позвонили моим партнерам и перенесли встречу. А потом сделали еще один звонок. Нашли для меня человечка.

– Конечно, – ответила я, отложила поднос и достала свой блокнот, в котором писала текущие задачи. Шеф продиктовал мне необходимые данные.

– Это нужно сделать срочно.

– Поняла, сделаю, – покорно сказала я и вышла.

Настроение было слегка подпорчено. Если бы не зам, вечно все вынюхивающий, у нас была бы прекрасная возможность с пользой для дела провести это время.

А так, мне пришлось полностью отстраниться от шефа, чтобы внимательный Алексей не заметил моих истинных желаний и не сдал меня с потрохами женушке начальника. Такой риск был мне не по карману.

Весь день я выполняла поручения Валерия Михайловича. Я старалась делать это максимально профессионально. Но при этом успевала и улыбнуться, и как бы невзначай дотронуться до Валерия хоть краем юбки или локтем. Я вычитала, что в искусстве обольщения это чуть ли не главное – контактировать с жертвой при помощи прикосновений. Я старалась изо всех сил. Посылала ему знаки внимания, но как только он давал мне обратную связь и улыбался, делала лицо «кирпичом» и усердно работала. Естественно, таким поведением я рассчитывала вызвать в нем чувство недоумения. Ведь больше всего хочется разглядывать то, что непонятно, что не укладывается ни в какие рамки. Вот я и старалась изо всех сил не укладываться. Ни во что.

Я точно знала: хочешь заинтересовать сложного мужчину, веди себя как человек с расстройством личности. Это был мой собственный девиз, не опробованный на практике. Я свято верила, что если мужчины хотят жену – идеальную хозяйку, гениальную любовницу и просто умную женщину, то они должны быть готовы к раздвоению, а то и растроению личности. Ибо совмещать все в одной личине не просто сложно, а невозможно с психологической точки зрения.

Еще я была уверена в том, что чем больше ты непонятна и нелогична, тем сильнее к тебе интерес. Но тут главное – не переиграть, иначе объект обожания может испугаться не на шутку. Или еще хуже – вызвать врачебную психиатрическую помощь. Рисковать своей репутацией мне не хотелось. Поэтому я вовсю использовала технику «горячо-холодно» и просто хорошо делала свою работу.

Так как шеф был известным бабником, он непременно должен был клюнуть. Ну хоть ради интереса, просто из-за инстинктов. И он таки клюнул.

Валера подошел ко мне ближе к концу рабочего дня и попросил немного задержаться, чтобы помочь распланировать неделю и разобрать кое-какие документы. Я, естественно, быстренько согласилась.

Офис начал пустеть. На мою большую радость, Алексей Иванович тоже засобирался домой. Я продолжала сидеть за своим рабочим столом, пока шеф не вызвал меня в свой кабинет.

– Спасибо, что остались.

– Это моя работа, – сказала я уже привычную фразу и душевно улыбнулась.

Шеф встал и начал прохаживаться по кабинету. Молча.

Я немного растерялась, потому что не понимала, что мне делать: продолжать стоять как истукан и ждать указаний или брать инициативу в свои руки. Я помялась еще минуту, а потом все-таки спросила:

– Приступим к работе?

– А? Да, давайте, – рассеянно ответил он.

Он начал сбивчиво диктовать мне список задач на предстоящую неделю. Я исправно записывала и изредка кивала головой.

Внезапно он остановился и подошел ко мне поближе. Настолько, что мое сердце сжалось и замерло.

– Вам очень идет эта прическа, – сказал он.

– Спасибо, – смущенно ответила я и покраснела. Кажется, это уже стало моей доброй привычкой. Краснеть не тогда, когда надо. Шеф внимательно посмотрел мне в глаза, а потом убрал непослушную прядь моих волос за ухо.

Я дернулась. Прикосновение его руки было неприятным, отталкивающим. Меня саму удивила такая реакция. Уж больно резко я отскочила от него. Валерий тоже застыл на месте.

– Если вы не против, я пойду разложу документы и поеду домой, – слова вылетали из меня невнятным набором звуков.

– Хорошо, – сказал шеф и отвернулся. – Идите куда хотите.

Я поняла, что все испортила своей резкой реакцией, поэтому решила взять реванш. Подошла к нему близко-близко, смахнула невидимую крошку с его плеча, провела рукой по рукаву дорогого костюма, потом по запястью, мизинцем дотронулась до внутренней стороны ладони. Он попытался ухватить мой палец, но я оказалась проворнее. Я развернулась и быстро вышла из кабинета. Перед тем как закрыть за собой дверь, словила его взгляд и хитро улыбнулась, даже подмигнула. Этот мой поступок его явно обескуражил. Он продолжал задумчиво смотреть мне вслед.

«Ну точно, думает, что я больная», – чертыхалась я, пока спускалась по лестнице. Я была уверена, что впечатление на него произвела. Вот только, какое именно, точно не знала.