class="p1">— Привет, милая, — тепло говорит Слейт, и Пенни тут же заводит свой моторчик. Он присаживается на корточки перед этим рыжим пушистым комочком и протягивает тыльную сторону ладони, о которую она сразу начинает тереться.

Я наблюдаю за этим в немом изумлении.

Предательница. Посмотрим, как он тебя кормить будет.

— Надо же, какая ты ласковая, — приговаривает он.

К моему удивлению, Пенни переворачивается на спину, подставляя пузо. Он мягко проводит одной из своих красивых ладоней по ее пушистому меху, и кошка довольно мурчит.

— Что это за магия вуду? — бормочу я. — Ты что, заклинатель кошек? Мне она никогда такого не позволяет.

— Вовсе нет. — Он ухмыляется. — Просто Пенни знает, у кого здесь волшебные руки.

— Волшебные руки? — Я закатываю глаза.

Слейт пожимает плечом.

— Все вопросы к Пенни.

На несколько мгновений мы оба замолкаем. Я не могу перестать думать о том, каким волшебным было прикосновение его губ к моим. На кончике моего языка вертится шутка — я подумываю спросить Слейта, действует ли его магия только на домашних животных или на их сексуально неудовлетворенных хозяев тоже?

Вместо этого я прочищаю горло.

— Надо покормить это чудовище. А то она скоро твою руку сожрет.

— Я помогу, — отзывается он.

Я веду его на кухню, где накладываю Пенни корм — совсем немного, потому что уже поздно, да и она и так уже растолстела. Пенни набрасывается на еду, и кусочки влажного корма прилипают к ее усам.

— И куда только делась вся твоя нежность? — говорю я, глядя на ее манеры перед гостем.

Слейт смеется. Обожаю звук его смеха. Он такой бархатистый, глубокий, и мне хочется слушать его еще и еще.

— Будешь пиво? — спрашиваю я после минутной уютной паузы между нами.

— Да, давай, — соглашается он.

Затем прислоняется к холодильнику в невероятно сексуальной позе, лениво перекинув одну ногу на другую. Я не могу оторвать взгляд от его рук, скрещенных на широкой груди, что выгодно подчеркивает размер его бицепсов. Они всегда были такими рельефными?

Я делаю шаг к нему. Слейт не двигается, ему комфортно там, где он стоит, комфортно от того, что я нарушаю его личное пространство.

— Вообще-то, пиво принято держать охлажденным в холодильнике, — тихо говорю я, мягко намекая, чтобы он отошел и дал мне открыть дверцу.

— Я тоже об этом слышал, — отзывается он, и его улыбка становится дерзкой.

Между нами считаные сантиметры. Моя ладонь ложится на ручку холодильника, пальцы слегка задевают край его рукава.

— Так, может, отойдешь? — Я легонько тяну его за рукав.

Слейт с улыбкой косится на мои пальцы.

— А ты заставь меня, Китон, — говорит он, и мое сердце начинает стучать быстрее.

В том, как мои губы снова находят его в голодном поиске ответов, нет ничего будничного или случайного. Его рот приоткрывается навстречу моему, и это ощущается настолько же правильно, насколько ощущалось там, на улице.

Я никогда не позволяла себе фантазировать о том, как целуется Слейт, и, наверное, это к лучшему, потому что происходящее сейчас идет вразрез со всей логикой. Его губы требовательные, но одновременно мягкие, и когда его язык сплетается с моим, мне становится трудно удерживать равновесие.

Его горячие ладони ложатся мне на талию, притягивая вплотную к себе. Я подаюсь вперед, желая большего. Меня так давно не обнимали с такой интимной нежностью, и внизу живота разливается приятная тяжесть.

— Извини, — говорю я с нервным смешком, когда мы наконец отрываемся друг от друга, тяжело дыша.

— Не извиняйся, — бормочет Слейт низким, чувственным голосом.

Его руки по-прежнему обнимают меня за талию, и я поражаюсь тому, какие они большие и уверенные — раньше я этого не замечала. Мы стоим, не произнося ни слова, тесно прижавшись друг к другу.

Я ловлю себя на том, что мои руки лежат на его плечах. Я уже прикасалась к ним раньше, когда делала ему совершенно невинный массаж. Но сейчас все совсем иначе. Он такой крепкий, надежный, что мне хочется просто растаять в его объятиях.

— Китон… — Слейт смотрит на мой рот.

— Да? — Теперь и я гипнотизирую взглядом его губы.

— Это происходит, — говорит он, уверенно глядя мне в глаза. — Ты не против?

Я перевожу взгляд с его губ на глаза. На меня смотрят потрясающие золотисто-карие омуты.

— Я не понимаю, что это значит. Может, просто забудем про эту идею с напарником и… попробуем? — Когда он медлит с ответом, я слегка отстраняюсь, внезапно зажавшись. — Что?

Он чувствует мою неловкость и целует меня в лоб. От этого поцелуя по всему телу разливается волна тепла.

— Давай-ка откроем пиво, — говорит Слейт с успокаивающей улыбкой.

Мы открываем по бутылке пива, и каждый делает по глотку. Я отодвигаюсь от него и сажусь на столешницу. Слейт устраивается на одном из моих металлических барных стульев, задумчиво обхватив руками свой напиток.

— Если я помогу тебе с… — Он осекается, подбирая слова.

— С моим сексуальным обучением? — подсказываю я.

— Пожалуйста, не называй это так, — хмурится он. — Звучит так, будто я твой школьный учитель биологии.

— С моими сексуальными исследованиями? — предпринимаю я вторую попытку, кокетливо хлопая ресницами. Мне нравится, как он смотрит на мои губы, когда я делаю очередной глоток из бутылки.

— Уже лучше. С твоими сексуальными исследованиями. Нам нужно убедиться, что это все не испортит между нами отношения.

— Испортит? Это как?

— Мне дорога наша дружба, Китон. Я не хочу, чтобы что-то изменилось.

Я не совсем понимаю, что Слейт имеет в виду. Это он так намекает, что у нас не должно возникнуть чувств друг к другу? Мне не хочется заглядывать так далеко вперед. Я хочу остаться здесь, на этой кухне, с ним, пойманная в ловушку его глубоких, выразительных глаз. Поэтому вместо того, чтобы допытываться, я просто говорю: — Конечно, Слейт. Между нами ничего и никогда не изменится.

— Я знаю, что ты хотела найти какого-нибудь случайного парня для экспериментов. Но давай начистоту: те придурки в баре были просто отстойными. А мне ты не безразлична, как и то, чего ты хочешь.

— Я знаю. — Я наклоняю голову, изучая его. — Знаю, что я тебе дорога. И я хочу сделать это именно с тобой. Тебе не нужно меня убеждать.

Он смотрит на меня какое-то время, явно о чем-то размышляя. Боже, как бы мне хотелось схватить его за эти сексуальные плечи и хорошенько встряхнуть, чтобы выбить из его головы все эти лишние мысли.

— Ладно, — наконец говорит Слейт и ставит пиво.

— Ладно, — повторяю я, копируя его жест.

Между нами повисают четыре долгие, мучительные секунды тишины… А затем мы почти одновременно