Вечером набрала себе ванную с ароматной пеной. Забралась в неё в надежде, что вода приведёт в порядок мою нервную систему. И наконец напряжение начинает потихоньку отпускать. Но, как по закону подлости, и тут мне не дают спокойно отдохнуть. Слышу настойчивую трель дверного звонка.

Наверное, соседка по лестничной клетке опять припёрлась, больше некому. Последнее время с завидной регулярностью наведывается то за солью, то за сахаром, то за картофелиной, как будто у меня тут благотворительный пункт «Выручай-ка». А я никак не могу отказать в помощи человеку. Наверное, гормоны начинают шалить.

Со вздохом вылезаю из ванны, наспех обтираюсь и заматываю тело полотенцем. Мокрые волосы укутываю другим полотенцем, соорудив из него на голове «тюрбан». И шлепаю босиком в прихожую, оставляя за собой на полу влажные следы.

Не знаю, почему не посмотрела в глазок. Обычно всегда смотрю, а тут…

Начиная покрываться мурашками от прохладного воздуха по сравнению с тем, который был в горячей ванной, торопливо распахиваю входную дверь. И замираю на месте как вкопанная. Сердце ухает куда-то в пятки.

За порогом стоит Стрелец.

Глава 11

Тут же захлопнула дверь перед самым носом Стрельца. Надеясь, что если и нанесла вред здоровью, то несильный.

— Шишкина, я уже всё успел рассмотреть. Откройте дверь, — раздаётся по ту сторону голос босса. И я не могу сообразить, он злится или веселится.

— Что это вы успели рассмотреть за полторы секунды? — Складываю руки на груди, прислонившись влажной спиной к двери.

— Достаточно, — лаконично заявляет, а ты догадывайся, что там попало под его меткий взгляд. — Откройте дверь и поговорим, как цивилизованные люди.

Фыркаю себе под нос, жалея, что он не расслышит этот пренебрежительный к его речам звук.

— У нас с вами не те отношения, чтобы я впускала вас, будучи в неглиже, — упрямо заявляю, не понимая, с чего он вдруг решил, что я исполню его просьбу, когда на мне нет трусов.

Ну, предположим, я уже была перед ним без трусов, но, учитывая его амнезию, все мои грехи и похождения остались исключительно на моей совести.

— А какие у нас отношения, Шишкина?

И вновь бархатный голос Стрельца задевает тонкие струны моей души, словно точно зная мелодию, которую следует проиграть.

Вот же паршивец.

— Больше никаких. Если вы ещё не поняли, я уволилась. Уходите.

— Накиньте на себя что-нибудь приличное, и поговорим, — заявляет тоном, с которым сложно спорить. — Или мне придётся вас выкуривать из квартиры. Поверьте, я упрямее вас.

Со стоном выдыхаю. Меньше всего на свете мне хочется сейчас тяжёлых разговоров. Выяснений отношений. Кто в чём виноват. Ненавижу это с детства. Проще всегда было уйти от конфликта, чем погружаться в него с головой. Особенно если разборки ни к чему не приведут.

— Раз вы такой упрямый, тогда подождёте, пока я высушу волосы. Ну или можете уйти добровольно, — ехидно сообщаю в надежде, что какая-нибудь их моих соседок, бабушек из отдела нравов, вызовет полицию.

Сушила волосы тщательнее обычного и не могла найти в себе сил сдержать улыбку. Видела её в зеркале и злилась. Вот же дурёха, Шишкина. Сейчас нафантазируешь себе невесть чего. Только что-то я сомневалась, что эта сказка закончится словами: и жили они долго и счастливо. И умерли в один день. Разве что от рук друг друга.

Не будь я беременной, могла бы поругать себя за то, что мысленно придумываю имена нашим детям. Но сейчас как раз самое время подумать о том, как назову своего первенца.

Долго выбирала наряд, в котором появлюсь перед шефом. Желание понравиться ему никуда не делось. Пускай оно и совершенно глупое.

Краситься не стала. Намазала губы гигиенической помадой цвета вишни. Натянула джинсы «мамс» и белую майку-алкоголичку. Вполне себе пристойный, но не вычурный вид.

Через мутный дверной глазок сложно что-то рассмотреть. Может, он всё же не вытерпел и ушёл?

Распахнула дверь. Выглянула за неё, не находя Стрельца. Нахмурилась, испытывая жуткое разочарование.

— Не меня ли ищите, Шишкина? — раздаётся голос шефа откуда-то из ниоткуда. Магия вне Хогвартса какая-то. Даже круче. Потому что он, как чёрт из табакерки, появился из квартиры моей соседки, которая всё время зло шипела, глядя на меня. И скорее всего насылала проклятия.

— Георгий, сыночек, заходи ко мне ещё на чай, — воркующим голосом провожала его из своей квартиры соседка.

Я же смотрела на Стрельца, изумлённо изогнув бровь. Всем своим видом показывая, что о нём думаю.

И почему меня вдруг удивляет, что он способен очаровать даже самую злобную мегеру из всего шабаша этого подъезда?

— А вы, я смотрю, время зря не теряли. Искали себе нового кондитера? — интересуюсь, с трудом сдерживая яд.

— Пустите в гости? — кивает на мою входную дверь.

Откровенно говоря, съёмная квартирка, в которой я жила после расставания с Пряниковым, требовала ремонта. И приглашать в неё гостей мне хотелось меньше всего на свете. С другой стороны, откуда во мне это дурацкое желание казаться шефу круче, чем я есть?

— Даже не знаю. Вдруг Алла Ивановна заревнует. А мне проблемы не нужны, — пожимаю плечами.

— Можете не переживать на этот счёт. У вас перед ней нет шансов, — в своей обычной серьёзной манере произносит. Так, что определить, шутит ли он, невозможно.

Геронтофил недоделанный.

— Ну проходите, — пропускаю босса в свою обитель, наблюдая за его реакцией.

Стрелец с интересом рассматривал моё жильё, но по его лицу сложно было прочитать, какие у него в голове мысли. И почему повар, нашедший деньги на обучение в лучшей во Франции школе кондитеров, вдруг живёт в таком месте.

Девушка, у которой я снимала жильё, фанат антикварной мебели. Да и сама квартира в своём роде тоже антикварная. Но такая же, как и все предметы в ней, ветхие, трухлявые. Источающие специфический запах старых вещей.

— Интересная квартира, — задумчиво протягивает Стрелец, — а почему вы не живёте в той, которую купили вместе со своим молодым человеком?

Шеф поднимает на меня внимательный взгляд серых глаз. Такой острый, что может оставить во мне ножевое ранение.

— Откуда вы это знаете? — Возникает неприятное ощущение, что коллеги обсуждали меня за моей спиной. Ненавижу сплетни. Они всегда обрастают уродливыми лживыми подробностями.

— Сорока на хвосте принесла, — Георгий пожимает плечами.

Начинаю заводиться. Что же получается, он разнюхивал обо мне информацию? И зачем ему это понадобилось?

— Вам не кажется, что это не ваше дело? — Подхожу к нему ближе, словно намереваясь силой выпроводить его вон.

— Может быть, пока не моё дело, Шишкина, — неопределённо заявляет, — предлагаю вам сегодня поужинать