— Их заметили?

— Кто? На реке постоянно шныряют лодки. Рыбаки там… и не рыбаки.

Контрабандисты.

Да, после первой войны отношения с Королевством Танер оставались довольно напряжёнными, но торговле это не мешало. Особенно той, которая в принципе плевать хотела на закон.

— Да и вообще, что стоило заплатить и их бы довезли хоть до дороги, хоть до столицы.

В этом тоже был смысл.

Не стоит ждать от людей, которые живут контрабандой, а порой не только ею, патриотизма и гражданской осознанности. Верю, что довезли бы. Может, не до столицы, но побережье здесь такое, что хватает тихих заливов и тайных пещер, из которых берут начало тайные же тропы.

— В любом случае, они могли высадиться выше, — отец повернулся к карте, что занимала всю стену. — Там даже удобнее. Места пустынные, живут рыбаки, с которыми договориться куда проще, чем с некромантами. А они полезли сюда. Причём в поместье.

Безумие?

И отец, видя моё недоумение, продолжил.

— Мой отец был умным человеком, да и брат не глупее. Из всего рода именно я отличался… несдержанностью. И в целом… — он махнул рукой, прерывая перечисление собственных недостатков. — Но и самый умный человек порой допускает ошибки. Они уверились, что славы рода Каэр и силы хватит, чтобы защититься от врага.

И теперь я вижу, что её должно было бы хватить.

— Те, кто шёл сюда, явно знал, с кем будет иметь дело. Я не знаю, как, но им удалось блокировать силу. Возможно, был использован сонный газ или какое-то алхимическое зелье…

Он замолчал, так и глядя в окно.

— Но у тебя другая версия? — я уже достаточно хорошо умела читать отца.

— Да.

— И?

— И, — передразнил он меня. — Научись уже нормально говорить, наследница…

Это папенька произнёс обычным своим раздражённым тоном, но я же говорю, успела изучить, поэтому и не купилась.

— Подумай сама, — он щёлкнул по лбу. — Или в этой голове одни кружева?

— С кружевами — не ко мне, — лоб я потёрла. — Зелье нужно подлить и всем. Магов много, следовательно, и артефакты они будут использовать. Разные. У кого-то может оказаться такой, который определит наличие примесей. Да и подлить… это пробраться на кухню. Сговориться со слугами. Нужно время. Сообщник.

— Именно.

— А будь такой, можно было бы просто яду плеснуть. Нет… сонный газ? Поместье большое. Его понадобились бы бочки и бочки, а как их незаметно пронести? Хотя… можно взять с собой, скажем, на ужин… тогда напроситься надо. И опять же. Те же личные артефакты. Могли и нейтрализовать отраву, и тревогу поднять.

— Хорошо, — кивнул отец с одобрением.

— Да и, что зелья, что газ, что яд — в нашем случае ненадёжно. Некроманты славятся своей невосприимчивостью.

— Надо же, ты и думать умеешь.

— Блокирующие амулеты? Нацепить быстро и на каждого не получится. Тогда… артефакт? — я перебирала варианты. — Если логически думать. Что-то, что можно пронести, скажем, спрятав один функционал под другим. Или вовсе сказав, что это… целительский там. Или усиливающий. Защитный. Артефактов много. А когда их много, то энергетические поля накладывались бы друг на друга. И в результате сложно было бы определить, что это за артефакт.

— Именно.

— Но я не слышала, чтобы существовали такие, которые могли бы… это ведь какая сила воздействия должна быть! — я опять задумалась, пытаясь хотя бы в теории представить совокупную мощь некромантов и ту силу, которая могла бы ей противостоять. И по всему выходило, что одних накопителей понадобилась бы та же бочка.

Или…

— Это артефакт из Древних? — произнесла я шёпотом, потому что предположение было совсем уж дикое. Но иначе не складывалось.

Как ни складывай, а оно не складывалось.

— Если вовсе не из числа Великих, но… — я тряхнула головой. — Зачем? Если у них… такой… на дворец не хватило бы, но… они бы могли… как-то иначе… с большим толком использовать?

Потому что это напрочь лишено смысла.

Вот категорически.

Да, допустим, в сокровищницу танерийцев попал артефакт из числа Великих. Допустим, даже тот, о котором никто иной не знает. Допустим, этот артефакт мог как-то повлиять на магов, лишив их силы, усыпив или сделав ещё что-то этакое. Возникает один вопрос — зачем?

Зачем его использовать здесь?

Против Каэр?

Куда проще действительно было бы высадиться малой группой чуть дальше. Нанять проводника, пробраться по болотам к тракту, а там — и до столицы. И во дворец попасть они смогли бы.

Или не во дворец.

В общем, с Великим артефактом в руках много шуму наделать легко. В том числе и покушение на короля устроить. В том числе и удачное.

Чтоб.

А они вот…

Тут?

— Не поверишь, дорогая, сам пытаюсь понять, — сказал отец и подошёл к окну.

Голос братца набрал мощь. И печальное повествование о неразделённой любви слышали все. Чувствую, закрывать окна смысла нет.

— Опять влюбился? — устало спросил отец.

— Ага.

— В кого на этот раз?

— В прекрасную Агнес…

— А где у нас тут прекрасная Агнес? — отец оживился.

— Маккрохан.

— Погоди… это… это та…

— Гувернантка их детей. Мы в прошлый раз с ней в церкви столкнулись. Вот Киньяр и впечатлился.

— Ей же почти сорок. Она тощая. Мрачная. И нос огромный, — отец даже показал, насколько он огромный. И, говоря по правде, если и преувеличил, то немного.

Ещё у Агнес Маккрохан имелись усики и три родинки, одна другой больше.

— А ещё смотрит так, будто ты её у алтаря бросил, — отец поёжился. — И он действительно… хотя, чего уж тут.

Он махнул рукой, понимая, что озвучивать очевидное смысла нет.

Всё равно не услышат. А вот окно он прикрыл и пробормотал:

— Пить надо было меньше… но кто ж знал. Кто ж в самом деле знал, что оно так получится… — он потряс головой, потом вздохнул и добавил. — Ну, хотя бы долго это не продержится.

И да, это радовало.

Ни одна из влюблённостей брата не длилась дольше недели. Они вообще проходили, как простуда. С лихорадкой и смятением в глазах, когда даже обычная робость Киньяра почти исчезала. С бредом в виде очередной поэмы, достигавшим пика на третий день, когда вдохновение находило выход в исполнении этой поэмы, ибо восторг должны были разделить все, кому не посчастливилось оказаться в зоне слышимости.

— Надо будет сказать, чтоб в саду пел, — отец вовремя вспомнил. — Хоть дроздов попугает, а то всю вишню склевали, заразы…

И резко, без перехода, как он это умел, продолжил:

— Я не знаю, что именно им понадобилось в поместье, но сомневаюсь, что они получили желаемое.

— … люби-и-ить… как мне жи-и-ить… — стёкла задребезжали. — Без