– Как грустно, – взбодрилась женщина, стараясь не выдавать охватившего ее удовлетворения. – Такая хорошая девочка, и без родителей. Ну ничего, ты еще молода и скоро создашь свою семью! Кстати, сколько тебе лет?

Нет, беру свои слова назад. Это не удочерение. Это сватовство какое-то.

Я тихо покосилась на мрачного парня напротив и вдруг почувствовала веселье. Не их, а мое. Боже, что это вообще за ситуация? Нет, я не спорю, парень красив, но он явно сидит тут против своей воли. Нас же не пытаются поженить? Хах. Кажется, этот завтрак становится интересным!

Решив поучаствовать в спектакле, я стала охотно сотрудничать с Лань Вэнь и ответила:

– Мне девятнадцать, тетушка Лань.

– Ах, совсем молоденькая! – искренне воскликнула она, бросив встревоженный взгляд на дизайнершу. Та в свою очередь посмотрела на задумчивую старуху.

Эта пожилая леди смягчила выражение своего лица и присоединилась к странному диалогу, вновь изменив мое имя на китайский манер:

– Сяо Янь, скажи бабушке, когда был твой день рождения?

Я опять ошиблась? Они хотят меня с днюхой поздравить или что? Блин, я теперь сама не уйду, пока не узнаю, что здесь происходит. Отложив тост в тарелку, сложила ладони на коленях и послушно ответила:

– Двадцать второго декабря.

Стоило сказать это, как все присутствующие ошеломленно выдохнули, а дизайнерша сказала:

– Дунчжи.

Понятия не имею, что это значит, но виду подавать не стала. Мой китайский и без того не особо хорош, так что просто не стала обращать на это внимания. В воздухе стало еще больше радости, а также усилилось какое-то тонкое чувство, которое я не смогла определить. Это не алчность, но какое-то предвкушение. Очень непонятно.

– Сяо Янь, – снова взяла меня за руку Лань Вэнь, а я вспомнила, что означает слово «сяо». Кажется, это что-то вроде «малышка». Так принято обращаться к младшим вроде бы. – Скажи, ты веришь в духов и призраков?

Глава 6. Ритуал первый: 纳采

[1]

Это очень странное ощущение. Вроде бы сижу в компании взрослых людей, тут каждый старше меня, а они еще про Деда Мороза спрашивать бы начали. В оленей верю, в Деда – нет. Мне девятнадцать, а не три, я точно знаю, кто существует, а кто нет. Верить в призраков? Пффф!

– Даже не знаю, тетушка Лань, – мило улыбнулась я, похлопав чужую руку в ответ. – А почему вы об этом спросили?

Был, конечно, еще вариант, что я неправильно поняла слова женщины, но вроде бы перевела верно. В любом случае, давайте будем вежливыми.

– Понимаешь, Сяо Янь, у нас есть определенные традиции и обычаи, – начала Лань Вэнь. Дизайнерша пристально смотрела на нас двоих, и это придавало хозяйке дома силы. Я чувствовала это. – Как ты знаешь, мы с Инь Яном родственники. Но, увы, этот парень умер таким молодым!

Немного забавно смотреть, как люди делают скорбные лица, транслируя в пространство лютое злорадство. Тут каждый был счастлив гибели Инь Яна, и моя улыбка стала самую каплю язвительнее. Актеры, блин.

– Это такая потеря, – в унисон их грустным лицам отозвалась я. – Еще раз примите соболезнования.

– Спасибо, Сяо Янь, – сердечно поблагодарила Лань Вэнь. – Ты очень хороший ребенок, такая добрая. И если бы могла помочь нам в одном деле…

Лань Вэнь многозначительно умолкла, трогательно заглядывая мне в глаза, а напряжение в комнате было такое, словно меня на спасение мира снарядить готовятся. Что ж там за дело такое?

Небольшое наблюдение: все присутствующие хотели, чтобы я согласилась помочь, и только сын хозяина стал еще злее. Казалось, он вот-вот взорвется и начнет все крушить. На что именно была направлена эта злость, я так и не смогла догадаться. Точно знаю только, что не на меня.

Участливо заглянув в черные глаза женщины, сказала:

– Тетушка Лань, в чем именно вы просите помочь?

– Ах, дитя, – театрально вздохнула она, вытирая уголок глаза неизвестно откуда взявшимся платочком. Если бы не чувствовала ее предвкушение, точно купилась бы на этот грустный образ. – Тебе наверняка будет сложно это понять, но видишь ли, какое дело. Мы – люди традиционных взглядов, и считаем, что все должно быть сделано, как полагается. Возможно, для тебя наши традиции покажутся странными, но я надеюсь, ты согласишься сотрудничать.

По коже пробежала стройная шеренга мурашек, когда со стороны господина Инь Чэна пришла волна легкой агрессии. Такое чувство, что, если я откажу помочь, меня могут заставить.

В общем, с каждой минутой я все меньше понимала, что здесь происходит.

– Сделаю все, что в моих силах, – уверила я женщину, а потом мимолетно добавила: – если это не займет много времени. Видите ли, у меня самолет скоро, так что приходится торопиться. Тетушка Лань, пожалуйста, скажите, что мне нужно сделать?

Муж и жена переглянулись. Им мои слова о скором отлете явно не понравились. И чтобы как-то справиться со мной, в диалог вступил глава семейства.

– Извини, Сяо Янь, – мягко улыбнулся мужчина. – Ты прилетела по работе, а мы тебя своими делами беспокоим. Если ты позавтракала, мы могли бы пройти в кабинет и обсудить контракт.

– Отлично! – обрадовалась я. – Спасибо, тетушка Лань. Я наелась. Все было очень вкусно.

– Ступай, – с улыбкой доброй матери вздохнула женщина, но от нее волнами расходилась тревога. По какой-то причине они были недовольны моим отлетом. Думаю, дело в том, что их «помощь» грозит растянуться на более долгий срок.

Мы с Инь Чэном вышли из-за стола и пошли в кабинет. Так как речь шла о контракте, я отправила его ему на почту, после чего уже можно было начинать более предметное обсуждение. Памятуя слова Алины о том, что Инь Чэна можно ободрать, как липку, я изменила в файле кое-какие цифры и отправила мужчине совсем не тот вариант, который сестра обсуждала с покойным президентом.

День близился к обеду. Лучи солнца проходили сквозь залепленное бумажками с красными иероглифами окно и падали на слегка пыльный стол. Слуга принес в кабинет две чашки кофе, и одну поставил передо мной. Я благодарно улыбнулась и сделала глоток, поглядывая сквозь ресницы на сосредоточенно смотрящего в монитор компьютера мужчину. Он старался выглядеть серьезным и деловым, но я чувствовала его замешательство, когда он читал текст договора поставки.

Пожевав губы, Инь Чэн перевел взгляд на меня