девочек будет то же самое. Только ты им ещё и сердце разбиваешь — здесь ты им скидку на возраст, Миша, почему-то не делаешь.

Я уже было открыл рот, чтобы возразить, чтобы ответить хоть что-нибудь!..

Но не нашёл что.

— Ты красивый, сильный и харизматичный мальчик. Ты покоряешь сердца, Мишенька. И у них покорил. И это твоя ответственность — не только безопасность, но и все их маленькие, пока ещё целые и счастливые сердца.

Я просто опустил протянутую мной руку и сел обратно в кресло, с которого в порыве эмоций чуть привстал.

А ведь правда. Что ответить?..

Сколько не пытаюсь сейчас найти логическое возражение, но я просто понимаю, что… да, мама права. Двулично и трусливо. А переживал и загонялся я так весь месяц, потому что понимал, что это именно трусливо и двулично, просто прикрывался ещё и благими намерениями.

Они ведь правда дети. Что они там решат⁈ Но отобрать этот выбор… это пойти против всего, что я отвоёвывал у Судьбы и души.

У меня отбирали, и я был недоволен. И что, просто сам начну так же отбирать?

Да ну что я буду тогда за ничтожество.

*Т-тик. Т-тик. Т-т-тик*

— Нет. Не буду так поступать, — снова хмурюсь, сжимая кулак, но теперь уже без дрожи Земли.

— Поговоришь? — спрашивает мама.

— Нет. Просто похороню эту мысль и всё, — выдыхаю, — Дал слабину от всего этого… хаоса и сумбура вокруг. Всё как-то резко стало серьёзно. Надо просто собраться! Вху! Собраться! Да!

— Похоже даже для тебя есть предел сумбуру, — хихикнула моя милая мать, приставив ладошку ко рту, а затем подошла, села рядом и обняла, — Я уже не лезу в твои решения, Мишенька. Ты… эх… ты слишком быстро вырос. Да ты сразу был умный. Судьба такая. Всё что я могу — просто тебе помогать.

— Помогла, — киваю я, чувствуя буквально теплоту искренней Любви.

— Ну вот и славно, — улыбается Анна, — Тебе бы отдохнуть. Устала тыковка твоя. Скоро задымится!

— Надо бы… — бормочу, — Давно никого не убивал, уже руки чешутся… только за книжками сижу дурацкими…

— Ну-у… ам… парочку каких-то злодеев и можно… наверное… — искренне растерялась мать.

Я встал, разрывая объятья, протяжно выдохнул и потянулся, разминая мышцы. Ощущение, будто затёк весь! Аж… аж вон, какие-то трусливые мысли допустил!

Пха!

Да ни в жизнь!

— Я — не сдамся! А всё почему⁈ — сжимаю я кулак, — Потому что Любовь — не сдаётся! А значит…

*Бабах*!

Грохот, удары, взрывы! Потолок проломило! Бам!

Я абсолютно честно чуть какнул от неожиданности, пригнулся и прикрыл голову, потому что прекрасно услышал, что это где-то сверху! Бомбят? Нас бомбят⁈

Я быстро осматриваюсь, и вижу что пыль поднимается возле камина. Выдыхаю — не со стороны мамы, в неё не попало. Да ни в кого не попало! Ведь стоило поднять голову, увидеть обвалившийся кусок потолка, а затем опустить на сам объект падения, как я понял…

— Бингус, сука! — тычу я в него пальцем.

— Муа-а-а! — мяукнул он, пронёсся мимо моих ног словно общипанный цыплёнок под стимуляторами, и запрыгнул на диван рядом с мамой!

Честно? Уже хотел схватить за хвост прямо в полёте! Ну какой-то он бешенный в последние дни! Мало ли что найдёт? Но… нет. Я перед ним извинюсь позже за свои скверные мысли.

Он просто прыгнул поближе к Анне. А она же… не дёрнулась от страха, как обычно. Она и на грохот почти не среагировала.

Её лицо побледнело, а рука, лежащая на животе, дрогнула. Сама же мама стояла.

Она медленно переводит на меня взгляд и…

— С-срочно зови папу.

— Х-ха? — тупенький мозг соображает не сразу, — Ты о…

— МИИИЯУ! — заорал кошак.

— Срочно зови отца, Миша! — жмурится она.

— Д-да! Сейчас!

— МУИИИИЯИЯИЯИЯИЯИЯИУИУИУИУИУИУУУУУУ!!!!!!!!!! — вопило лысое воплощение адской бездны.

— Зови быстрее! Миша, зови отца! М-м-м! — жмурится она.

— Да, я бегу! Уа-а-а, я бегу! — заверещал я на пару с Бингусом.

— МРРРЯУ Ш̴̺̆Ш̧̭̽Ш͕̃͞Ш̶̩̂!̠ͪ́

И лысая тварь со всей силы вцепилась мне в жопу для ускорения, начиная на ней висеть!

Схватки. Начало схваток.

* * *

В то же время. Космос. Нигде и всюду.

Концепций нельзя назвать друзьями. Их нельзя назвать личностями в целом. То, что видел Михаэль — не более чем интерпретация его человеческого разума перед явлением столь масштабным, что никакой мозг не способен его осознать в принципе.

Муравей, птица, паук, человек, дельфин — все увидят Концепцию по-своему, ибо мозг разный у всех.

Именно поэтому друзьями их и не назвать — пусть оно так и не кажется, но личностей у них нет. Это силы мироздания, сформированные для поддержания бесконечного цикла. Цикла существования, зарождения и разрушения.

Бесконечного цикла жизни.

Однако, всё же, некоторые концепции со стороны могут показаться достаточно близки. Например: Порядок и Знание. Наверное потому, что оба они тяготеют к предсказаниям и логическим цепочкам, и оба воплощают собой инфрмацию в том или ином роде.

И порой они между собой говорят.

— Ребёнок. Терра. Запечатанный. Разрывает последние предписанные характеристики, — механический глаз Знания горел алым, собирая всю информацию вселенной по невидимым проводам и каналам.

— Он не должен. Его судьба не должна меняться. Я не просто её предписал — я слежу. Но с каждым разом… всё что предписано — рушится. Я теряю над ним власть. Я теряю контроль над его тюрьмой. Судьба — его клетка. И я перестаю быть в ней хозяином, — Порядок, собирающий из Судьбы целых миров, смотрел на один конкретный.

Сама концепция… сам вселенский Порядок…

Боялся.

Не того, что вырвется, не своего «собрата». А того, что кто-то смог перекроить выстроенную им прочнейшую судьбу.

— Ты ведь знаешь в чём причина? — обратилась концепция Порядка.

— Пытаюсь понять. Данных мало. Вероятность нахождения истины — высока. Предугадываю скорое обращение к моим знаниям. Обменяю на кусочек пазла. Рекомендация — наблюдение, — его алый глаз сузился и сфокусировался на бегущем ребёнке, — Но понимаю беспокойство. Вижу боль в его ягодицах. Не вижу причины. Нужно больше данных. Не понимаю. Мы не способны видеть факты. Причины неизвестны. Есть нечто выше нас? Неизвестно. Вопрос. Ошибка. Ответа нет.

— Думаю, скоро всё станет очевидно, — существо с осколками Судеб на руках так же всмотрелось на открывшуюся картину.

Они оба знали этот сценарий. Этот исход. Эти двое — главные составители плана по запечатыванию того, что сидит глубоко в Михаэле. Бесконечность испытаний. Бесконечность симуляций. Бесконечность предсказаний.

Они знают, что будет далее. Вот только сейчас… они не знают исход всего этого.

— Скоро появится его антипод. И если мы ошиблись и здесь…, — сущности пропадали, — То значит одна