территории сами идут в руки, грех отказываться, — вздыхаю. — Проблема, конечно, есть. Ланг, по сути, некому охранять, как и Шпиль Теней. Маленькие гарнизоны не в счет. А ведь это стратегически важные объекты.

— Впервые слышу, шеф, — замечает Студень.

— Ну не в плане безопасности рода, а для моего обогащения, — поясняю на удивленные взгляды вассалов. — Один Ланг приносит… кхм, очень много денег.

— Спасибо, что доверяете нам важную информацию, милорд, — серьезно кивает Гереса. А Студень посмотрел на богатыршу как на подлизу.

Ну а я продолжаю мысль:

— Слушайте, а почему бы нам не организовать своё училище? Академию нам, конечно, никто не разрешит открыть без лицензии, это ясно, но училище — другое дело.

— А где именно? — спрашивает Студень.

— Да рядом где-нибудь. В Невинске полно молодых, амбициозных парней, которые сейчас просто слоняются без дела. Если ничего не предпринять, они рано или поздно окажутся в криминале. Да, сейчас преступность у нас под контролем, но она всё ещё не искоренена полностью. И вместо того, чтобы потерять этих ребят, почему бы нам не дать им шанс стать гвардейцами? Даже если далеко не все станут магами.

Гереса оживляется, словно её только что осенило:

— Да! Это отличная идея! Я бы с удовольствием преподавала рукопашный бой. Время пришло!

Студень тоже явно впечатлился предложением:

— Шеф, это просто гениально. Мы могли бы воспитать новое поколение бойцов с самых яслей.

Киваю, обдумывая детали, и бросаю Студню:

— Тогда так: среди своих предприятий или в конторах вассалов поищи подходящее здание. Нам нужно место, где можно организовать всё с нуля. И давай начнём мутить что-то толковое.

Гереса, похоже, загорелась сильнее всех:

— Милорд, милорд, послушайте…Я, конечно, мало смыслю в хозяйственной деятельности, но отлично умею строить людей! Девочки в борделе ходят у меня как шелковые! — приводит она неоспоримое доказательство своих организационных навыков. — Я пока накидаю идеи для учебной программы и подумаю, где взять наставников. У меня есть пара знакомых наемников в Заиписе, да и мои сынки те ещё крепкие бойцы. У каждого по отряду наемников! Думаю, они с радостью помогут!

Вообще, если говорить без шуток, богатырша в прошлом командовала армиями наёмников. Так что ее помощь актуальна.

— Меня это устраивает, — говорю. — Тогда так: у вас есть неделя, чтобы подготовить полный план. Где именно разместим училище, какие помещения нужно будет доработать, и кто станет наставниками по каждой дисциплине. Разложите всё по полочкам, чтобы мы могли сразу приступить к делу без проволочек.

Вассалы отправляются по делам, а я, зайдя на склад с артефактами, направляюсь дальше в отсек Гумалина. В руках держу большую коробку, которую несу с особой осторожностью — содержимое всё-таки специфическое.

Подхожу к казиду, который сидит, увлечённо крутя ручку старого радиоприёмника, издающего хриплые звуки и едва различимую музыку. Ставлю коробку перед ним на старый стол.

— Вот тебе подарок.

Гумалин, подняв кустистые брови, уставился на коробку. Внутри раздается тихое шебаршение. Но любопытство всё же берёт верх, и он медленно открывает крышку. Изнутри тут же показываются крупные жуки, их хитиновые панцири блестят в свете лампы, будто отполированные.

— Мать-гора! Шеф, нахрен они мне нужны? — выпаливает он, хмурясь и подозрительно глядя на ползущих созданий. — Это что, на закусь, что ли? К «пьяной ухе»?

— Всё тебе только бухать, — хмыкаю. — Но, вообще да, это действительно связано с твоими пьянками. Только с другой стороны. Эти жуки — лекарство от похмелья. Геноманты придумали.

Гумалин, прищурившись, снова заглядывает в коробку.

— То есть их надо жрать?

— Можно и жрать, если тебе так больше нравится, — усмехаюсь. — Но лучше просто сжать в руке. Жук растворится, а вещество из их панциря впитывается через кожу, и тебе сразу станет легче. А то ты уже задолбал бегать к Камиле и ныть про свои головные боли после каждой твоей буйной ночи.

Гумалин хмыкает, берёт коробку в руки и начинает задумчиво вертеть её.

— Ну, спасибо, что ли, шеф, — бурчит он с сомнением, затем убирает коробку под стол.

— Ну и как там наш «волшебный горшочек»? — спрашиваю, лениво облокотившись на край стола.

Казид широким жестом оглаживает бороду.

— Как сказала графиня Лакомка, получается отличный скорпионий яд. Правда, готовится только раз в месяц, амфора не делает большего количества, но, говорят, что стоит он кучу денег, так что выхлоп приличный. Да и в её друидских разработках этот яд очень полезен. Она очень радовалась.

— А что с моторным маслом?

— Не выходило, и я забил.

Смотрю на него задумчиво.

— Понятно. Вернемся к ядам. Значит, теоретически можно делать любой яд? —во мне разгорается нешуточный интерес.

Гумалин начинает задумчиво мять свою густую бороду, словно пытаясь выудить из неё ответ.

— В принципе, да, — протягивает он. — Но без подготовки тут не обойтись. Сначала нужно просканировать яд, разобраться в его составе. Потом — подобрать подходящие руны. К каждому составу — свои руны.

Он делает паузу, будто мысленно уже рисует рунические формулы, и продолжает:

— Когда руны будут готовы, их нужно будет нанести на амфору. Тогда она сможет производить новый яд, причём в больших объёмах.

Киваю, а в голове уже выстраиваются возможные варианты применения.

— Звучит перспективно. Значит, будет тебе новый яд, Хмельной, — улыбаюсь.

— Опять работать, — вздыхает Гумалин.

— А как ты хотел? Труд сделал из обезьяны человека, а из пивного бочонка — казида.

Возвращаюсь в кабинет, на ходу прикидывая возможные варианты. Помните, «горшочек, не вари»? Вот то-то же, у меня сейчас есть тот самый горшочек братьев Гримм, только вместо каши он варит скорпионий яд, но и это не предел, как оказалось.

Едва сажусь за стол, как мысленно переключаюсь на сознание Бесчлина. Этот дроу не просто маг-кровник — он ходячая энциклопедия ядов. Особенно ему нравилось подмешивать свои смертельные смеси в кровь жертв, превращая их тела в поле экспериментов. Жуткий типа, ага. Его знания нельзя назвать поверхностными — это истинный мастер отравлений, холодный и методичный, травивший сотни людей. В его сознании сокрыта целая библиотека алхимических рецептов, сложнейших формул и хитросплетений ядовитых веществ. Кажется, нет такого яда, о котором он бы не знал — будь то экзотическая экстракция или редчайшее сочетание компонентов.

Погружаясь глубже, натыкаюсь на интересную деталь. «Синяя зявка». Это редкое насекомое, производящее всего одну крупицу ядовитого вещества