вместе вывороченными с корнями деревьями лежали поверх целой горы обугленных трупов, коим не посчастливилось оказаться посреди битвы практиков.

Пожарные команды, отряды городской стражи не спешили проникать в уничтоженные районы, так как прекрасно понимали, что помогать там уже некому. А рисковать ради мародёрства там, никто так и не решился.

Над руинами города повисла тишина, редко нарушаемая лишь осыпающимися стенами домов и последними стонами жителей. Даже солнце с трудом пробивалось сквозь поднятую пелену пыли, окрашивая всю округу в болезненный оранжевый цвет. Он ещё больше придавал руинам города сюрреалистический, можно даже сказать, постапокалептический вид, от которого буквально веяло классическими сюжетами прошлого.

Мастер Чэн сидел на обломке колонны, когда-то украшавшей вход в богатый особняк, и смотрел на результаты недавней битвы. Его одежда была разорвана в нескольких местах, оголяя рельефные мышцы тела, а на руках и лице темнели запёкшиеся пятна крови. Рядом, опираясь спиной о покосившуюся стену, стоял мастер Ши. Он разглядывал свои ногти и о чём-то думал.

Вдруг Чэн встал и носком сапога поддел каменную плиту, валявшуюся у его ног. Та взлетела в воздух, перевернулась и с глухим стуком опустилась прямо перед ним, превратившись в подобие низкого стола. Мужчина лёгким движением запястья коснулся перстня на пальце и в воздухе материализовался небольшой глиняный чайник, две пиалы и жестяная коробочка с заваркой.

Он, не глядя, отсыпал щепотку в каждую пиалу, залил кипятком, подождал несколько секунд и протянул одну из них Ши.

— Держи.

Ши сел напротив, сделал глоток и тут же поморщился.

— Слабоват. — буркнул он.

— Недостаточно настоялся, хочешь новый заварю?

Бритоголовый магистр, оставшийся голым по пояс, недовольно фыркнул, красуясь огромными мышцами и ответил:

— Сойдёт. Чай, как чай…

Чэн улыбнулся и поднял голову к небу, будто старался найти там сбежавшего противника.

— Упустили…

— Ты упустил! — Вновь недовольно бросил Шу. — Я говорил тебе, нечего было путаться у меня под ногами. Я бы его сам завалил, если бы не твоя техника.

Магистр Чэн улыбнулся и поднял руку в примирительном жесте.

— Я всего лишь спасал моего ученика, кстати, а где он?

Шу покрутил головой по сторонам, всё ещё держа пиалу с чаем.

— Неужели сдох? — Произнёс он безразличным голосом.

— Не думаю… он малец живучий, особенно после того, как ты его натаскал, причём без моего согласия. — Всё так же спокойно сказал Чэн, но на последний словах его тембр голоса изменился, что вызвало издевательскую улыбку на губах Шу.

— Что, понравилось? Если хочешь, я и тебя могу так же отметелить, ты ведь не думаешь, что на этом всё закончится⁈

— Не думаю. — Вернулся к спокойной речи Чэн. — мой ученик настоящий талант. Такие, как он, рожаются раз в тысячи лет, и я не собираюсь упускать такой случай и отдавать его какому-то безумному психу на растерзания.

— О, благонравный, Чэн… — Издевательский протянул мужчина. — Все его любят, все его в жопу целуют. О, магистр Чэн, о мастер… какой же вы заботливый, какой же вы великий и мудрый, тьфу! — Шу демонстративно сплюнул и вытер рот тыльной стороной ладони, — мне-то не заливай! Когда ты собирался его переработать?

Лицо магистра изменилось. Он медленно поставил пиалу с недопитым чаем на шершавую поверхность и зло оскалился.

— А ты когда?

Они оба замолчали и некоторое время молча смотрели друг на друга.

— Мы оба знаем, что всё к этому и шло, Шу, — начал первым мужчина, — Так же, как и оба понимаем, что на данной этапе своего развития, Ян слишком слаб и из него выйдет пилюля максимум второго ранга, даже несмотря на все его таланты.

— И что ты предлагаешь? — Злобно оскалился Ши и подался вперёд.

— То же, что и с остальными, — пожал плечами Чэн, словно обсуждал летний засев полей, — Дать ему хорошенько настояться. Каждодневные тренировки под тщательным присмотром, поглощение пилюль, закалка тела, формирование сети меридианов и основание озера ци. Думаю, лет за пятьдесят его можно будет откормить и превратить в приличный материал для пилюли.

— Намекаешь на четвёртый ранг? — Улыбнулся Ши, — Неплохо… только твоими бабскими способами, он будет культивировать не пятьдесят, а лет сто! Нет, так долго я не буду ждать. Мелкого засранца нужно бросать на арену и каждый день избивать до потери сознания. Я буду лично его тренировать, и если понадобится, насильно запихивать в пасть пилюли… ты ведь не забыл, что у него усиленная регенерация?

— Не забыл, Ши, — спокойно ответил Чэн, потеряв вкус к чаю, — Просто не хочу, чтобы от постоянных повреждений его ци, пилюля потом горчила.

— А что насчёт его девки? Она тоже талант или так, прицеп?

Чэн непонимающе нахмурил брови.

— Какой девки?

— Ну той, которая за ним таскается повсюду.

— Чжоу? — Задумчиво протянул Чэн, — Ты про Чжоу Сай? Нет, она не обладает талантом. Просто смышлёная малолетка, взял её по просьбе Яна. Пусть… Иногда надо выполнять прихоти, чтобы потом получить большее.

— Странно, — почесал шершавый и небритый подбородок Ши, — впрочем плевать… Так что, договорились?

Магистр Чэн сел ровно, и выпрямив спину, протянул ему руку.

— Будем тренировать ученика, откармливать как следует, а через пятьдесят лет сразимся за право обладания его энергией, по рукам?

Ши Гань коротко кивнул и пожал в ответ.

— По рукам… вот только для начала, надо его отыскать. Ты ведь не хочешь, чтобы так любимый нами талант сбежал⁈

* * *

Я пришёл в себя от того, что резко заболело в груди.

Ощущение было такое, будто меня пронзило холодным клинком и именно в этот момент завибрировал браслет Кодекса. Я резко развернулся, услышав за спиной хриплый, прокуренный голос и разом схватился за рукоять меча.

— Живой?

Голос принадлежал старику с морщинистым, залитым кровью и пылью лицом, который старался удержаться на единственной ноге. Вторую ему оторвало и он перетянул её куском ткани, но было видно, что это ему мало чем помогло. Кровь хоть и не хлестала из артерии, но выливалась толчками. А попутно кругом царил настоящий ад. Дым и огонь заполняли всю улицу, а горячий воздух обжигал лёгкие так, что кашель вырывался сухим и обжигающим.

— Живой, — сипло прохрипел я, дым драл горло.

— Тогда спасайся, юноша! — Пробубнил старик и свалился на заваленную трупами дорогу, — спасайся, пока можешь.

Я попытался ему помочь, схватить прежде, чем он упадёт, но было уже поздно. Старик умер ещё до того, как произнёс последнее слово и его изношенное жизнью тело попросту не выдержало. Оказавшись на ногах у меня закружилась голова, и пускай перед глазами всё ещё расплывалось, незнакомец был прав. Это мой шанс! Я побежал…

Дома, в которых ещё