ее воспитанию. Город отбросов, как говорят в столице, а дети здесь невероятно смышленые. Я смотрела на личико Лайи и чувствовала, как рвется сердце. Все это слишком страшно, чтобы успокоиться так сразу, но мне, взрослому человеку, было стыдно плакать перед дитем, которая смотрела на меня спокойно, с улыбкой. Она верила, что мама просто потерялась и скоро за ней придет. А может так и есть?

— Лайя, мы с моим другом сейчас будем помогать всем людям идти в новый город, в новый дом. Пойдем со мной, может найдем твою маму там?

— Хорошо, — она радостно закивала и схватила меня за руку.

Не успели мы двинуться в сторону площади, где собрались все, кто решился на переезд, как из-за угла внезапно выскочил Барт, напугав нас обеих.

— Вот ты где! — и затормозил, увидев, что я не одна. — А ты кто, малыш?

— Лайя, мне три! — доверчиво помахала ему рукой, в которой сжимала куклу.

Барт кинул на меня быстрый, обеспокоенный взгляд и все понял. Растянул губы в подобие улыбки и взял Лайю за запястье, так мы держали ее с двух сторон и она весело подпрыгивала, шагая.

— А… — начал было мужчина, но я его тут же оборвала.

— Не спрашивай ничего.

— Понял.

На площади собралось немало народу. Они растерянно озирались по сторонам, словно потерянные дети, но завидев нас, кто-то крикнул:

— Вернулся!

Надежда у них была только на Барта. Я выхватила взглядом в толпе ту компанию, с которой познакомилась на второй день моего пребывания в Исмантуре. Девушка, у которой на запястье поблескивали мои часы, вышла вперед и расстегнув ремешок, протянула их мне.

— Простите, миледи, — она прятала взгляд.

— Оставь себе, — я качнула головой. Мне те часы больше не нужны, они лишь горькое напоминание о другой жизни.

— Дамы и господа, — начал говорить Барт громким голосом, и все замолкли. — То, что случилось сегодня — никогда не забудется, и безусловно, мы сделаем все возможное, чтобы… — тут он тихо выдохнул, устало потер глаза. — Мы постараемся достать тела, если глубина разлома не слишком большая. Обещать не могу, но…

— Тогда не обещай, — шепнула я, стискивая зубы.

— Сейчас перед нами стоит задача в целости дойти до другого города. Там у вас будет еда и крыша над головой. Знаю, многие из вас не желают покидать Шаерор, но у меня есть опасения, что вскоре оставшиеся дома тоже начнут разрушаться. Повреждения слишком велики, здания и без того не были крепкими.

— Здесь наш дом! Как мы можем верить, что нас не прогонят оттуда, куда вы нас приведете?

— И куда вообще мы пойдем?

Первый вопрос задал кто-то из мужчин, рядом стоящая старушка подхватила и начался гул голосов. Мой уставший мозг зазвенел, захотелось прикрикнуть, чтобы все замолчали, но это сделал Барт.

— Прошу вас! Сейчас нужно сохранять спокойствие! Наступила ночь, и проводить ее прямо здесь, на площади, не лучшая идея. Мы все идем в Хельер, доберемся к утру, и днем сможете отдохнуть.

— В Хельер?!

— Это сумасшествие!

— А как же наши дети? Жить рядом с преступниками?!

— Барт, сделай что-нибудь, — зашипела я, чувствуя, как накаляюсь. Из головы не выходил Нэт и крошечная Оди. Их не было нигде, и прошло уже много времени, чтобы решить, что они просто пережидают хаос где-то в городе.

— Переубеждать вас я не имею права. Но если вы доверитесь мне сейчас — не пожалеете. От имени лорда Льдов и всего Исмантура, великого Льера Энз Товели, я обещаю, что вы и ваши дети будете в безопасности. Хельер лишь частично населен преступниками, самые опасные из них находятся под стражей в Особой башне. Мелкие воришки и мошенники вам не причинят вреда, постарайтесь найти с ними общий язык. Умоляю, решитесь на этот шаг! Здесь вы голодаете, не имеете возможности лечиться и хоть что-то заработать, в Хельере же жизнь отличается.

Барт выдохнул. Кажется, он потратил последние силы на эту речь, и к счастью, люди еще немного пошумев, успокоились. Вперед вышел мужчина, лунный свет выхватил его из темноты. Пожилой, в лохмотьях, с торчащими, обтянутыми кожей ключицами. Он походил на скелет, но при этом двигался и говорил.

— Драконы никогда не подводили… Я верю вам, пойду за вами.

Он сделал еще несколько шагов вперед и остановился в стороне от нас. Следом за ним потянулись остальные, на месте остались стоять всего несколько человек. Мой помощник взглянул на них, и еле заметно покачал головой.

— Постройтесь по три человека в ряд, и идите за мной и Анной. До Хельера дорога всего одна, но если кто-то отстанет, в темноте это будет сложно понять. Сделаем остановку через несколько часов, а сейчас нужно идти. Все, кто остался… Я надеюсь, вы понимаете, что делаете. Через два дня прилечу сюда вновь, если к тому времени передумаете, помогу с переездом. Если же нет, решим что делать дальше.

Путь длинной в несколько часов, а мне еще предстояло сходить за Каей с матерью. На это ушло еще какое-то время, которое для меня уже казалось бесконечным. Я так устала за этот день, что боюсь, не дойду до Хельера. Вот только выбора не было, и Барт взяв меня под руку, вышел с площади.

Первый час позади нас было шумно, люди переговаривались, обсуждали произошедшее. Женщины перестали рыдать, но нет-нет да слышались всхлипы. Завтра нужно будет всех расселить по домам, обеспечить едой и необходимыми вещами, и только потом я смогу поспать.

Ближе к рассвету, когда воздух стал холоднее, а трава покрылась крупными каплями росы, мы остановились посреди поля. Барт, под всеобщие восторженные вздохи, обернулся в дракона, дыхнул огнем на заранее приготовленную кучу веток и бревен, и под визги детей снова стал человеком. Никто из присутствующих никогда не видел смены ипостаси, да и почти никто вовсе не видел драконов. Это небольшое представление позволило отвлечь людей, стало веселее и спокойнее, все разбрелись вокруг огромного костра, чтобы переждать короткое утреннее похолодание. Вскоре воздух нагрелся первыми лучами восходящего солнца, огонь потушили и мы двинулись дальше. Вдалеке уже виднелась пика на Особой башне, мерцала, словно мираж, городская стена.

За все это время мы с Бартом не разговаривали, разве что он иногда спрашивал:

— Как ты себя чувствуешь?

— Нормально, — каждый раз лгала я.

Ног я почти не ощущала, двигалась на автомате. От пережитого волнения появилась тошнота, и даже давно забытая боль в раненом бедре вернулась. Ступни придется долго отмачивать в горячей ванне, а потом чистить грубой щеткой, а спине, которая никогда не болела, сейчас очень нужен