Вилион остался позади. Охреневшая от победы локальная Система сделала так, что все участники боя получили масштабируемые предметы. Даже моя группа! Так что отныне кроме кольца и амулета у меня был ещё и масштабируемый нагрудный доспех. Мало того, все добытчики, сразившие Мировинга, получили разрешение покинуть мир тогда, когда они сами того захотят! Даже если получат 10-й уровень. Сказать, что Мирелла прыгала от счастья — ничего не сказать. Фелинирку занесло настолько, что она даже со мной обниматься полезла, нарвавшись на злую Лиру.

Легендарный Хозяин обрёл имя. Гоблин возглавил мир Вилион, как мы и договаривались и перед тем, как улететь в ВИП-зал, я решил, что негоже гоблину ходить без имени. Нарёк его Гарлимом. Просто буквы из головы, без какой-либо привязки. Всем понравилось, так что отныне Вилионом управляли двое. Гарлим, существо 12-го уровня, а также Нуф-Нуф, краснознамённый розовый гоблин, признанный героем мира. Тот, кто сумел уничтожить древнего паразита. Хрен знает, как они там будут распределять полномочия — меня это уже не касалось. Розовый заслужил такие почести.

Добыча… Её не было! Древний благополучно сдох, но из него не выпало ничего! Даже бластер, который он хотел зарядить, нам не достался! Локальная Система делала невинные глазки и заявляла, что ничего такого она не находила и вообще — мы и так получили слишком много. Если кому-то не нравится награда, он всегда может от неё отказаться. Учитывая, что Лира превратила свой нагрудник в красивое розовое платье, по которому вообще было не сказать, что оно способно остановить удар копья короля огров (специально проверили потом) — отказываться от награды никто не желал.

Что ещё… Жителей великого подземелья «Грёзы Мировинга» не стало. Древний паразит высосал их полностью, так что насладиться мудростью предков больше никто не мог. Плохо, конечно, но не критично.

Вот.

Через пару дней после победы Ворчунья заявила, что нам пора переходить в следующий мир. И пофиг, что мы всё ещё были 9-го уровня — такие мелочи материнскую систему не волновали. У нас были договорённости и их стоило соблюдать.

Пришлось договариваться и мне это удалось! Нас отправили в ВИП-зал внешней Системы, где мы торчим вот уже неделю и уходить отсюда совершенно нет ни малейшего желания. Тут хорошо. Тут не нужно никуда бегать. Тут есть прекрасная еда, великолепный отдых и моя Лира. Гор с моими питомцами тоже были где-то тут, но за неделю они нам на глаза попадались лишь пару раз. Каждый занимался собой.

И да! Нас, как группу, в следующий мир отправят всех вместе!

Я, Лира, Гор, Лысый, Тузик и Ворчунья — вот он, состав группы Избранные.

Стрелок-друид, являющийся Властелином растений.

Берсеркер-лекарь, сумевшая заполучить себе Тёмное лечение.

Диверсант-инженер, обучившийся изготовлению предметов следующего мира.

Разумный дракот, обладающий возможность превращаться в могучего дракона.

Обычный с виду пёс, без намордника являющийся трёхголовой адской псиной.

Отголосок внешней Системы, получивший полную независимость от своего родителя.

Отличная команда, как по мне, чтобы особо долго не задерживаться в следующем мире. Что там говорили проверяющие? Что переход в мир третьего уровня осуществляется по итогам поступков? Так будем поступать так, чтобы от нас хотели как можно скорей избавиться! Избранные мы или мимо проходили?

Илья Саган

Черный Камень

Пролог

Еще одно нажатие ломиком, и решетка поддалась. Теперь проще пойдет. Справа, слева, потом вот здесь… Через три минуты железная преграда оказалась у меня в руках. Я осторожно поставил ее на землю, прислонив к каменной стене, и оглядел окно. Тут проблем не будет, держится на честном слове. Аккуратно подцепил петли, снял раму со стеклом — и вход свободен.

Тихо, едва дыша, я проскользнул в темный проем. Беззвучно залезть через подвальное окно в полной темноте — задача непростая, но меня ведет путеводная звезда, сестра Арина. Ради нее я готов на все.

Внутри легкий запах сырости и чего–то еще. Не видно ни зги, тишина, лишь где–то снаружи слышится радостное повизгивание сторожевых собак. Если бы не бездомная сучка, прихваченная в подворотне (благо сейчас Питер ими просто кишит), то не прорваться бы мне мимо двух здоровенных ротвейлеров.

Я нервно перевел дыхание и включил припасенный фонарик. Темные каменные стены, низкий потолок, духота и затхлость. Стеллажи, словно в старой библиотеке, грубо сколоченные полки, заставленные коробками. Что ж, на то и склад. Неплохо запаслись гороховцы. Вот только как среди такой кучи ящиков найти заветные склянки?

Где–то наверху раздался взрыв хохота, и я невольно вздрогнул. Хмельные голоса протяжно завыли:

По набережной темно–ой мальчишка–хулиган

Девчонку, ту, что нравится, до дома провожа–ал…

Поющие старательно выводили каждое слово, пытаясь попасть в ноты. Странный народ бандиты — душа мрачнее, чем этот подвал, а песни любят душевные, сентиментальные. Но если поют, значит, я не ошибся: гуляет братва, празднует день рождения Витьки Горохова, главаря своего. Когда–то, говорят, он был нормальным парнем, но едва в стране катавасия началась, бригаду сколотил. И теперь весь район доит. В нашей части города едва ли найдется человек, который о нем не слышал. По мне, такая слава никому не нужна, но он, видимо, считает иначе.

Ладно, надо торопиться: не дай Бог, кому–нибудь из пьяных охранников придет в голову сюда спуститься. Я шагнул к ближайшей коробке, открыл ее и от неожиданности отшатнулся — из темной глубины на меня смотрели стеклянные глаза, чуть ниже виднелся хобот. Блин, противогазы. Так и заикой остаться недолго.

Следующий ящик. Попробовал открыть — не поддается, только занозу под ноготь поймал. Пришлось пустить в ход нож, доставшийся от отца. Хороший тесак, удобный. Он теперь всегда при мне: в наше время без такой игрушки даже днем на улицу глупо высовываться.

Мощным клинком я перебил проволоку и, стукнув кулаком по рукояти, загнал лезвие под дощатую крышку. Древесина скрипнула, выпуская из тесных объятий проржавевшие гвозди. Что тут? Хм, банки с тушенкой. В животе гулко заурчало. Неудивительно, с утра во рту маковой росинки не было. Заманчиво, но не ко времени. Моя цель — спасти Аринку, а не пузо набить.

Со следующим ящиком пришлось повозиться дольше, но отцовский нож и тут не подвел — минут через пять мне удалось снять тяжелую крышку болотного цвета. Я разворошил слой промасленной бумаги и уставился на содержимое. Калаши, трехсотая серия. Новенькие, поблескивают в свете фонаря. Провел рукой по гладкому металлу — вот от такой игрушки я бы не отказался. Даже если не