Теперь по гребным колёсам.

Тут уж капитан знал решительно всё. Оказывается, они переживают второе рождение. К началу двадцатого века колесные пароходы стали вымирать, особенно после того, как в 1843 году Британское адмиралтейство провело сравнительные испытания однотипных пароходов «Раттлер» и «Алекто»: с винтом и колесами. Классический чёрный пиар. Винтовой «Раттлер» перетянул колёсный «Алекто». Дело было сделано, тема умерла. Но сама идея не забыта. Дело в том, что и гребному винту свойственны недостатки. На мелководье от поверхности к лопастям начинает подсасываться воздух, что приводит к снижению КПД. А заглубление винта невозможно без увеличения осадки – мелководные реки становятся недоступными. Водомёты же и суда на воздушной подушке дороги и не приспособлены для перевозки грузов, экономика начинает сбоить. Кроме того, как только винтовое судно влетает на мелководье, возникает просадка, винты как бы выгоняют воду из-под корпуса, и корабль тут же оседает на корму. Капитан сбрасывает обороты, чтобы винты и руль не ударились о грунт. Однако, теряя скорость, корабль становится плохо управляемым. Вот и начали инженеры вспоминать о колёсниках, на которые действие закона Бернулли не распространяется.

Время шло к ужину, и я, с пониманием пожав руку капитану, вышел из рубки.

Вдогон судну подул северный ветер, который уже не компенсировался скоростью судна, на палубе стало холодно. За время беседы два раза принимался дождь, и я ни разу не пожалел, что накинул куртку.

На блеклом фоне полуденного северного неба был ясно виден небольшой самолет. Он шел совсем низко прямым курсом навстречу нам. «Ан-3» работает, геологи куда-то пошли. Не успел я проводить его взглядом, как пароход задрожал от напряжения, прозвучали какие-то команды по громкой связи, которые я не расслышал, а точнее прощёлкал, тявкнул ревун, и звуки движения радикально изменились. Где-то гулко застучали шатуны, по бокам в коробчатых нишах плеснули по воде и с шелестом залопотали широкими лопастями-плицами громадные гребные колеса, «Темза» вздрогнула, словно задумавшись, притормозила и вновь рванулась вперед против течения, но уже как-то радостней, живей.

Есть переключение, мы гребём! Выдыхайте, бобры, рыбы и все встречные сухогрузы, пароход идёт колёсный!

Как в старину…

Погода тем временем окончательно испортилась.

Сильный ветер развеял почти тёплую дневную благодать, и к вечеру нас обступил довольно густой туман с противным моросящим дождём. Стало быстро темнеть. На палубе находиться было невыносимо, в каютах вечером решительно скучно – народ собрался в ресторанчике. На ужине почти все столики ресторана были заняты, и я, наконец, получил возможность первично познакомиться с остальными пассажирами «Темзы». Тихо и уютно. Небольшая плазма показывала какие-то клипы, приглушённый свет был к месту и в тон, набегающая вода мягко плескала в борта. Цены, кстати, вполне божеские для среднего кошелька.

– Карточки принимаете? – на всякий случай поинтересовался я у стюардессы Оли, в данный момент времени выполняющей обязанности официантки.

– Конечно, господин Ростоцкий, любые, но только в местах связи. Обычно же мы записываем в кредит с расчётом в конце пути. Вас это устроит?

Ожидая заказ, я на всякий случай глянул в «рабочий» айфон.

Сотовая связь во время пути практически всегда будет отсутствовать, собственно, потому и взял с собой спутниковый аппарат. Однако с ним не так удобно, да и возможности совсем другие. Сигналы «Билайна» и «МТС» по всему пути следования появятся лишь считаные разы в крупных посёлках, а вот владельцы симок с «ЕТК» станут просто счастливчиками, который год одно и то же. Связь у «Енисейтелекома» на реке всегда более стабильна. Помню, как год назад абоненты остальных операторов истошно орали в свои трубы у каждого мало-мальски обласканного цивилизацией населённого пункта. Особенно раздражала горластая тётка, которая ехала, как с ходу успела рассказать всей палубе, до Енисейска. Теплоход шёл с опозданием, у бабищи возникли конкретные проблемы с теми, кто должен был её встретить, а орала она настолько истошно, что практически весь корабль был в курсе её житейских и нравственных проблем.

«Скажи этой сучке Тамаре… Вечером… да везу, везу!!!», «Мы опаздываем… А она знает, где! Вовке звони, у него машина!», «Ах ты, скот… Я тебе… Я… что ли когда-то давала тебе повод?!»

Памятуя ту кошмарную поездку, решил на этот раз опробовать новомодный стартап.

Почему не самолётом, «два часа и в дамки»? Потому что просто люблю плыть рекой. Вот и вся причина.

Оля посоветовала взять фирменной ухи, я отказался. Вообще не люблю рыбу и крайне редко её употребляю. Мясо – наше всё. Ещё лет десять назад один из приятелей поведал мне истину, якобы известную ещё со времён построения империи Карла Великого: народы-рыбоеды неизбежно ленивы, безынициативны и капризны. Судя по контурам той «империи пороха и стали», давшей толчок всему техническому прогрессу человечества, что-то исторически справедливое в этом тезисе определённо есть.

Поданная солянка оказалась приличной, мясо условно приемлемым, а вот пирожки и расстегаи, которые я взял вместо хлеба, просто отменными! Красная икра порадовала, а осетровую не брал, отчего-то на Енисее не умеют её правильно готовить, постоянно ощущается посторонний привкус. Попыхивая электронной сигаретой – уже полгода без особого успеха пытаюсь отвыкнуть от чистого табака, – я поглядывал по сторонам.

Рядом со мной расположилась дружная команда победителей детского конкурса знатоков локальной истории, группа учеников восьмого класса в сопровождении старшей, три девочки и три мальчика. Как сообщил капитан, поощрительную экскурсию на ретросудне каждый раз оплачивает краевое министерство, выгодное дело, постоянная бронь. Командовала шумной неугомонной сворой пожилая дама, невероятно увлечённая этим самым краеведением и путешествиями. Причём не только по Сибири, но и по всей России, география её поездок впечатлила даже меня. Резкий командный голос сопровождающей постоянно слышен с главной палубы. Она с жаром рассказывала детям о маршрутах по Красноярскому краю, Якутии, Хакасии, заставляя победителей записывать всё в маленькие карманные блокнотики. Звали её Галина Ивановна, как мимоходом она представилась на палубе, пролетая мимо со свитой. При этом начальствующая дама исхитрилась моментально переключиться и торопливо бросить за спину:

– А это, дети, известный сибирский миллионер – товарищ Ростоцкий! Вы его могли видеть в телевизоре!

Дети послушно зафиксировали очередную достопримечательность реки в блокнотах.

Едва остановившись на палубе, она, успевая устраивать опросы, викторины и мгновенные конкурсы по знанию этих мест, взахлеб рассказывала им ещё и про Байкал с Амуром, про водопады Бразилии и свою прошлогоднюю поездку дикарём в Иран. Стоя в стороне, я и сам поддался её чарам и даже послушал кусок скоротечной лекции. Если отбросить в сторону некоторую взбалмошность, то Галина Ивановна оказалась приятным грамотным рассказчиком, человеком любознательным, хотя её повествования о своих путешествиях порой отдавали авантюризмом, чего деткам вбивать в голову пока не следовало