с Александрой. Парни едут в другом купе. Лёва, Иван, Костик и наш технический гений Павел. Он давно уже стал членом команды.

До Чимкента ехать почти сутки. Самое ценное мы везём с собой, это гитары и синтезатор. Тяжёлое едет в багажном вагоне. Сашка с Верой умотали играть в карты к пацанам, не захотели смотреть на наши постные рожи.

- Ну Дмитрий, предлагаю за знакомство, - мы выложили свои припасы, варёные яйца и жаренную курицу, мама дала мне в дорогу ещё и пирожки с кислой капустой. А представитель филармонии вытащил полулитровку беленькой.

Не люблю я это дело, но мне кажется, что с этим парнем нужно дружить. Я пока как кутёнок во взрослом мире. Даже понятия не имею, как там всё крутится на гастролях.

- Ты Дима не переживай, вся организация и работа с местными будет на мне. Я постараюсь избавить вас от ненужных беспокойств, - Аркадий уже захмелел и мы перешли на более доверительный тон.

- Ты лучше мне скажи, вы собираетесь подзаработать или вам хватит официального концерта.

- Поясни.

- Ну, в Чимкенте и Караганде у нас по два дня, два концерта. Можно организовать время так, чтобы вы успели дать по дополнительному концерту. Но это уже по серой схеме. Я знаю, где с удовольствием вас примут.

- Так, слушаю с большим вниманием.

- Ну, первый концерт у нас во Дворце культуры металлургов, на следующий в ДК фосфорного завода. Допустим время выберем 18.00. Пускаем без перерыва, в 19.30 заканчиваем, полчаса на цветы и всё-такое. А в 21.00 уже начало дискотеки, именно дискотеки.

До меня начинает доходить и в принципе отторжения нет. Концерт и дискотека абсолютно разные вещи. На последней не стоит исполнять «Элис» Криса Нормана. Люди туда идут отвести душу и напрыгаться до потолка. А вот на концерте уже не покатят наши танцевалки. Зажатый в тесном ряду зритель не оценит зажигательной мелодии без слов. В этом плане Аркадий прав.

- Интересно, а какова цена вопроса? За что нам рисковать на левой дискотеке.

- Ну смотри Дима, я не связываюсь с сомнительными людьми. Но многие большие предприятия спокойно соберут по 600–800 человек, может и поболее. Вход зарядим по рублю. Вы уже достаточно прозвенели в республике. И пойдут не просто подрыгать ногами, пойдут на «Резонанс», на группу, которую показывают по первому каналу.

- А не получится, что нами заинтересуются?

- Менты? Нет, сами пойдут и подруг поведут, будут ещё билетики клянчить. Пойми Дима, ваш приезд в их глушь – это событие, которое будут вспоминать. Администрация завода или учебного заведения проведёт концерт как желание трепетной заботы о коллективе. И получат уважение с кучей попутных пряников.

- Сколько нам реально удастся заработать?

- Ну прикинь сам, я возьму свою долю. Нужно нанять двух-трёх крепких парней, чтобы аппаратуру таскали и охраняли нас от всяких неприятностей. Твоим ребятам гарантирую по 35–40 рублей, может чуть больше. Ну и нам по стольнику. И не забывай, надо будет ещё подмазать принимающую сторону. Там тоже кто-то будет собирать деньги и разводить деликатные моменты.

Не став сразу отвечать, я решил переспать с этой идеей.

Чимкент встретил нас кисловатым запахом химии, от чего сразу запершило горло. Аркадий, который неоднократно здесь бывал, поведал, что в тридцати километрах от города расположился старинный городок Сайрам. Когда-то в нём жили люди, сейчас остались только тени. Сам Чимкент стоит так, что ветра сдувают ядовитое облако от фосфорного завода в сторону. Прямо на многострадальный Сайрам. Жители повымерли или удрали от этого экологического ужаса. Но стране нужен фосфор, поэтому про городок благополучно забыли.

Время выбрано так, чтобы мы успели немного отдохнуть и подготовиться. Сейчас 12.00, а в 18.00 уже начало концерта

- Народ, мы с Аркадием и Павлом по делам, вы пока отдыхайте. Можно перекусить в столовой. Но в полпятого чтобы ждали меня в вестибюле, - нас поселили в общежитии местного техникума, благо в этом крыле пусто и нам никто не мешает.

После вокзала, где мы погрузили наше оборудование в автобус, предоставленный местной филармонией, наша троица отправилась в ДК металлургов. Собственно привычных металлургов как таковых тут нет, но крупнейший в Союзе свинцовый завод входит структурно в металлургическую промышленность.

Паша с работниками принялся переносить аппаратуру и сразу подключать её к сети. Мы же пообщались с местным начальством и не отказались пообедать в компании вполне приличных людей. Вот только от спиртного я категорически отказался, за меня отдувается наш администратор Аркадий.

Позже автобус подвёз наших и за полчаса до начала ребята уже собрались в комнате отдыха. Они не новички, но это наш первый концерт в ранге профессионалов.

- Дим, может ты начнёшь? – Лёва должен идти первым номером со своим «Город золотой», но он дрейфит. Пришлось перестраиваться на «Машину». А Аркадий гаденько посмеялся над моим представлением об авторских правах.

- Чудак человек, если репертуар утверждён и вы исполняете песни других советских исполнителей, то и разбираться с ними и с ВААП будет ваш работодатель. То есть филармония. Если они допустили эти песни, им и отвечать.

Логика странная, в духе советской действительности. Здесь никто не подаёт в суд и не дерётся за права своих текстов и мелодии.

Конферансье сказал пару слов о нас, перечислив пока куцые регалии, но сам факт появления в «Утренней почте» говорит лучше любых слов.

Занавес разъехался неохотно, словно у сцены тоже было своё настроение. Свет в зале ещё не погас – а кто-то уже захлопал, засвистели с галёрки, раздался смех, но всё это моментально утонуло, когда «бас» тихо нащупал первую линию.

Ай, Александра, красава! Она вышла немного вперёд под яркий свет, элегантно качнув гитарой. Я стою как бы в тени у стойки микрофона, прижимая гитару к себе. Она как живая, вибрация от тёплого дерева корпуса отдаёт в рёбра.

А вот и Ваня подключился, пошла ритм-гитара. Сухими ударами она будто рубит шаг, пальцы гитариста уверенно работают как молоточки. Чётко, без показухи, но сразу понятно, это не песня про танцы. Это про то, как человек срывается и с трудом удерживается на бешенной скорости.

Пошёл ударник, задавая ритм и сейчас очередь моей партия. Я подошёл к микрофону и ударил по струнам:

Мы себе давали слово

Не сходить с пути прямого

Но, так уж суждено

И уж если откровенно

Всех пугают перемены

Но, тут уж всё равно