Клиппста уставился на свои ноги, но все равно сказал:

– Ничего. Послушай, нас впереди ждет чудесное путешествие, особенно если заберемся повыше. Наверняка увидим замечательных животных. Я видел по дороге сюда несколько медведиц с медвежатами. Гораздо разумнее идти при свете дня.

Сассу Губожуйку разбудила Гуннхильд Кристолюбка, тронув за плечо.

– Быстрее, быстрее. Мы выходим прямо сейчас.

– Что, гибельные идут? – спросила Сасса.

– Нет. По всей видимости, самые прекрасные пейзажи надо смотреть перед рассветом.

Сасса улыбнулась.

– Наконец-то достойная причина для спешки.

– «Постоянные тревоги губительны, но излишняя беспечность – признак слабоумия».

Когда Волк вернулся из короткого похода на реку, подошла Софи Торнадо, выглядевшая непростительно безупречно и свежо для человека, проспавшего ночь в лесу.

– Волк? – окликнула она.

– Да?

– Клиппста из зеленого племени, – она кивнула головой на чужака. Человек в зеленых одеждах топтался на месте, словно готов был уйти уже давно. – Это такое местное племя. Ситси не знает причин их бояться. Зато что-то опасное скрывается в лесу. Клиппста знает, что это, но нам не говорит.

– Есть соображения, что это может быть? – Волк зевнул. Сасса знала, что зевок должен был показать, как мало тревожит его вероятная опасность.

Софи покачала головой.

– Клиппста хочет, чтобы мы пошли в главное поселение их племени, день пути на северо-запад. Ему не терпится оказаться там до наступления темноты, чтобы спастись от того, что обитает в лесу. Мне кажется, стоит пойти с ним. Как считаешь?

Сасса решила, что ее муж прекрасно справился с изумлением, услышав, как Софи Торнадо спрашивает его мнения. Когда его брови вернулись в нормальное положение, он сказал:

– А какие у нас варианты?

– Остаться здесь навсегда, вернуться в Гибельные Земли, пересечь Черные горы, не заходя в гости к зеленому племени, или зайти к зеленому племени.

– Пошли к зеленому племени. Хочется на пару дней пристроить молот на отдых где-нибудь среди друзей, и я уверен, что не один такой.

– И еще нам надо найти дом для Кальниана, – заметила Сасса.

Софи кивнула.

– Верно.

– Вута! Что еще может пойти не так? – Волк улыбнулся, когда Сасса вздрогнула.

Глава шестая

Отдых

Шагать вверх по склону ногами было куда менее утомительно, чем хлопать крыльями как голубь. Судя по пружинистому шагу остальных, все они чувствовали себя гораздо бодрее, чем накануне вечером.

Финнбоги Хлюпик шел в середине отряда, позади Бодил Гусыни с Кифом Берсеркером. С другой стороны тропы до них долетали брызги водопада, купы деревьев с серебристыми стволами блестели в утреннем свете, и вокруг было как никогда много жизнерадостных и непуганых птиц и животных, которые порхали и скакали повсюду.

Несмотря на красоты, внутри Финнбоги ворочался и рос ноющий ком беспокойства. Вокруг него просто недостаточно много людей. Совсем мало. Кого не хватает? Он сосчитал всех. Все здесь, кроме Паломы Антилопы, которая умчалась на разведку. Но ведь наверняка должно быть больше, гораздо, гораздо больше? Он был готов удариться в панику. Нас должно быть больше! – завывал его разум.

Он сосредоточился на Бодил и Кифе впереди, пытаясь успокоиться. Он ощущал некоторые угрызения совести из-за Бодил. Ведь он так и не поговорил с ней после того, как они перепихнулись, а ведь Сасса взяла с него слово, что поговорит. Если подумать, его тактика избегать упоминаний о том случае у Скалистой реки, похоже, сработала не хуже, если не лучше, и уж точно помогла всем избежать неловкости. Бодил перестала донимать Финнбоги и сосредоточила внимание на Кифе. Может, Сасса вовсе не такая мудрая, какой себя считает.

Интересно, захочет Бодил стать с Кифом больше, чем друзьями? Наверняка, нет. Финнбоги не мог представить себе, чтобы она сочла одноглазого, одноухого мужчину с маленькой головой привлекательным. Но что, если они все же сойдутся, у них родится ребенок и унаследует его внешность и ее мозги?

– О чем думаешь? – спросила Тайри, появляясь сбоку.

– Гм… – Он огляделся по сторонам. Палома Антилопа скакала по валунам впереди. Палома, от которой пахло медом, Палома, с таким прекрасным, одухотворенным лицом, осиной талией, дышащими силой конечностями, словно отлитыми из темного магического золота, была единственной женщиной в мире, казавшейся ему привлекательнее Тайри. Финнбоги, разумеется, не был влюблен в нее так же, потому что женщины вроде Паломы никогда не удостаивают парней вроде него хотя бы взглядом, не то что двумя, но это все равно не мешает ему думать… Он взял себя в руки. Не может же он рассказать Тайри о своей сомнительной страсти к Паломе. Он старался прочистить мозги, придумать что-нибудь, о чем ей можно сказать, выдав за свои раздумья, но его снова придавило жуткое одиночество. Почему же нас так мало?

– Все еще не в себе после вчерашнего, да? – мягко спросила Тайри, вместо того чтобы заорать на него, требуя ответа.

– Это было нелегко, и я рад, что все кончилось. – «Фью!» – подумал он. Вероятно, человек достигает нового уровня уважения, когда героически спасает чужие жизни, и уже не обязан отвечать на вопросы? Софи Торнадо отвечала примерно на один вопрос из пяти, какие задавали ей вута, и все считали ее изумительной.

Да, подумал он, стоило спасти всех их, чтобы перейти на новую ступень развития. Прощай, мальчик Финнбоги, здравствуй, мужчина Финн!

– А ты знаешь, что идешь как голубь? – поинтересовалась Тайри.

– В самом деле?

– Ага. Вот так. – Тайри выкатила грудь, отставила ягодицы и тяжело зашагала на носочках, подергивая подбородком взад и вперед. Финнбоги с радостью воспользовался приглашением оглядеть ее с головы до ног – мошонка Тора, Палома, конечно, восхитительна, но и от Тайри все равно захватывает дух, – хотя и не был уверен, что она не разозлится на него, пусть даже он всех спас.

– Но не переживай, думаю, это пройдет, – она улыбнулась. Первый раз она улыбнулась ему с тех пор, как они пересекли Матерь Вод. – Мы благодарны тебе за то, что ты сделал, Финн. Я благодарна.

Финн! Не Финнбоги и не Хлюпик, она назвала его Финном!

– Я просто некоторое время притворялся птицей.

Тайри рассмеялась.

– Согласна, не сказать, что ты победил ледяного великана, зато ты сделал нечто такое, чего больше не мог сделать никто, и всех нас поубивали бы или захватили в плен, если бы не ты.

– Я спас не всех. – Финнбоги вспомнил лицо Софи у погребального костра Люби днем раньше.

– Ну, да. Айянна и Люби принесли величайшую жертву, и мы будем их помнить, но и ты сыграл важную роль, Финн, и это не будет забыто.

– Спасибо.

Они шли дальше, прислушиваясь к шуму ветра, животных