вопросы в очередной раз остались без ответов. Лично мне страшно будет тогда, когда нам начнут все четко и подробно объяснять. Вот где будет предвестник скорой бури.

Рассмеявшись, Грета подхватила подругу под руку и они покинули конференц-зал. Следом потянулись и остальные. Которые, как заметила внимательная эйта Краст, старались держаться единой кучкой и подозрительно присматривались к альковам.

— Получается, что мы даже не можем постоять за себя, — протянула Тирна.

— А если юбку задрать недостаточно быстро и без должного благоговения, то можно получить штраф, — мрачно пошутила Грета. — И что-то мне подсказывает, что мое замужество не станет защитой от таких дерров.

— Почему? — удивилась Тирна. — Знаешь, вряд ли кто-то захочет связаться с Алистером.

Кривовато улыбнувшись, Грета ускорила шаг и вполголоса принялась объяснять:

— Я мыслю так, имея власть и деньги только полный идиот будет насиловать королевских служащих. Потому что в мире огромное количество красивых женщин желающих вести праздную и роскошную жизнь за счет богатых покровителей. Так что отсюда можно сделать два вывода. Один оптимистичный — нам ничего не угрожает и это все сказано ради какой-то неясной цели. Второй трагичный — при дворе есть тупоголовый идиот от которого можно ожидать чего угодно, в том числе и этого. И если это так, то хотелось бы знать имя.

— А лучше знать морду, чтобы вовремя сбежать, — хмыкнула Тирна. — Но звучит разумно. Действительно, готовых на все женщин, молодых и красивых…

— Куда более красивых и ухоженных чем мы, — многозначительно произнесла Грета.

— Да-да, так вот, таких действительно много. Они ведь еще и всякие неприличные вещи умеют.

Грета кивнула, но отвечать не стала. Ее одолевали сомнения — странный урок им преподали. Вроде бы все логично, стоит опасаться, стоит смотреть по сторонам и никому не доверять. Вроде бы все правильно, но… Но неужели при дворе остались одни идиоты? Как раз таки должно быть наоборот! Маргарет Дарвийская умная женщина, в первую очередь она убрала бы самые гнусные образцы высшего общества. Все равно от придворных не получится избавиться полностью. Значит, те кто остались прошли строгий отбор. И кто знает, каким он был.

«Или они сами не знают, кто это? Или это для того, чтобы мы не расслаблялись? А еще это может быть просто перестраховка, чтобы никто не лег под холостого дерра и не предъявил потом беременность».

— Ты чего? — Тирна осторожно толкнула Грету, — мы уже пришли к себе, не стой перед дверью, входи.

— Да я задумалась, — улыбнулась мора Ферхара и поделилась мыслями с подругой.

Внимательно выслушав, эйта Краст глубокомысленно хмыкнула, потерла подбородок и задумчиво протянула:

— Вот странно, в конференц-зале и у меня не возникало и тени сомнений, что за дверьми собралась толпа благородных дерров которым не терпится меня отлюбить. А сейчас… и правда, сомнительно как-то. Думаешь, на нас воздействовали? Но для чего?

— Я не знаю для чего, но уверена, по окончанию отбора я стану недоверчивой заикой, — вздохнула Грета. — И я такая буду не одна.

— Семеро унылых, подозрительных, заикающихся менталистов — краса и гордость Кальдоранна!

— А еще видеть кругом заговоры крайне печально — среди массы иллюзий так легко не заметить действительно важные вещи.

Подруги удобно устроились в креслах, Дикки запрыгнул в кресло и напомнил про десерт. А Грета ошеломленно уставилась на четвероногого брата:

— Где ты был?

Дорф горделиво приосанился и мурлыкнул:

«Мы можем растворятся в лесу. Люди говорят «отводить глаза». Не был уверен, что среди мертвого камня получится. Попробовал и получилось. Теперь так буду делать».

— Ты уж постарайся, чтобы Грета тебя видела, — сочувственно произнесла Тирна.

— Да дело не в «видела», — покачала головой ошеломленная мора Ферхара. — Я же даже забыла про тебя!

«Перестарался», — виновато отозвался дорф.

Но Грета уже взяла себя в руки и улыбнулась:

— Ты молодец и я тобой горжусь. А десерт сейчас будет. Придет Марсия и мы все закажем.

Она подошла к стеллажу, взяла колокольчик и позвонила.

«В удобной миске».

— И крепкий кофе, — добавила Тирна.

— Со сливками и сахаром, — кивнула Грета.

— Хм, а я помню, как кто-то собирался пить только горький кофе. Любовь делает людей слабыми, — притворно вздохнула эйта Краст, — и они начинают сластить кофе.

— Сказала колдунья, которая в чай кладет столько сахара, что он становится сиропом.

Короткий стук в дверь и в гостиную входит Марсия.

— Будьте столь любезны принести нам крепкий кофе, сливки, сахар и, — тут Грета задумалась, — какао в глубокой миске. Для Дикки.

Марсия нервно покосилась на дорфа, который расслабленно лежал в кресле и даже немного в него не помещался.

— Через двадцать минут все будет, — она с трудом отвела от него взгляд, коротко поклонилась и ушла.

— А все-таки есть плюсы, есть, — потянулась Тирна. — Хорошо быть королевским иждивенцем.

— Не то слово, — фыркнула Грета.

— Так что мы будем делать? Я сейчас имею ввиду эту странную угрозу.

«Мой собрат, Верный, будет повсюду ходить с подругой сестры», — мурлыкнул Дикки.

— А сможет ли он защитить не убивая и даже не калеча? — нахмурилась мора Ферхара.

«Мы можем издавать пугающие звуки. Они на всех действуют, а на кого не действуют — значит амулет надет. Таких мы разрывали клыками заживо».

— Потому что они вас не боялись? — настороженно спросила Тирна.

«Потому что амулет можно сделать только из костей новорожденного дорфа. И действует он недолго, там слишком тонкие косточки, быстро изнашиваются».

— Кошмар, — передернулась Грета. — Но зачем? Дорфы же бесполезны в плане зелий и магии.

— Тебе только что сказали, что из детенышей делали амулеты, — буркнула впечатленная Тирна, — чтоб у этих делальщиков руки отсохли.

— Так амулеты делались против дорфов. Замкнутый круг — чтобы убить дорфа надо убить самку дорфа и ее детенышей, а дорфа надо убить потому что он будет мстить за свою пару.

— Вроде есть зелья на основе дорфьей крови, — припомнила Тирна.

— Она легко заменяется кровью сильного мага, а мага добыть проще, — отмахнулась мора Ферхара. — Дикки, зачем людям охотиться на вас?

«Если бы я знал. Молодые и глупые хотят впечатлить своих самок. Мы таких редко убиваем. Только когтями по морде — шрамы впечатляют самок. Некоторые приходят мстить за отцов. Кто-то приходит за щенными самками и детенышами — тогда все окрестные семьи собираются, чтобы дать отпор».

— Надо будет спросить у Алистера, — вздохнула в итоге Грета. — Что ж, значит, случись что и ты, и Верный сможете напугать любого до мокрых штанов?

«Да».

— Значит, так тому и быть, — хлопнула в ладоши Грета.

Какао Дикки понравилось, но, по его словам, горячий шоколад в особняке был куда лучше. Подруги были с ним абсолютно