Фраза-активатор, изрядно помогающая при плетении сложнейших чар. Скорость, с которой было озвучено название Заклятия, была недоступна для понимания обычного уха — для них это прозвучало бы как разряд грома.

С небес вниз, прямо на чародея с двумя клинками рухнул сотканный из сероватого свечения огромный, в сотню метров длиной палец. Несмотря на то, что боевой маг подспудно ожидал чего-то подобного, Алене всё равно удалось частично застигнуть его врасплох. Девушке удалось сокрыть процесс плетения Заклятия, и лишь за миг до того, как прозвучала фраза-активатор, сиречь название чар, он осознал, что его обманули. Но сделать уже ничего не мог — лишь уповать на крепость своей сферы да на силу артефактов…

Огромный палец, ударив по радужному сиянию защиты врага, не дестабилизировался и не рассыпался, как все прочие чары в схожей ситуации. Многоцветье не выдержало даже одного мига противоборства с Заклятием девушки, сметенное, вбитое в землю мощью серого пальца. Рухнувшая, подобно дымному столпу, губительная для всего живого энергий потоком продолжала рушиться вниз, разбиваясь о землю и волной растекаясь во все стороны. Полторы секунды падал поток чуждой всему живому энергии, волной растекаясь во всех направлениях. И на первый взгляд действие чар не впечатляло — никаких тебе разрушений или хоть каких-то заметных эффектов…

Но краткий миг спустя всё на пять километров вокруг начало осыпаться невесомым, безжизненным прахом. Деревья, трава, немногочисленные не успевшие сбежать с поля битвы Магов Заклятий животные, насекомые — всё обращалось в невесомый прах и разлеталось по ветру. Более того, если бы кто-нибудь из сражающихся потрудился бы использовать заклятия Познания и проверить, как дела обстоят на уровне микробов и бактерий, он бы понял, что не выжили и они.

На территории, по которой прошлась остаточная энергия Перста Смерти, умерло всё и вся. Умерла окончательно даже почва на полсотни метров вглубь — теперь на этой пятикилометровом прогалине никогда не сможет взойти ни единого растения. Здесь не выживет зверь, если решить устроить тут свое логово, умрёт птица, что по неосторожности пролетит над проклятым местом ниже, чем на высоте километра, даже вездесущие и почти неубиваемые дождевые черви, случайно заползя суда, не имеет ни единого шанса…

Но никто из перечисленных выше существ никогда по доброй воле сюда и не забредет — ибо всё живое будет чувствовать, что здесь правит бал одна лишь Смерть. Первое Заклятие Алены было продуктом чистейшего малефицизма, без всяких примесей. Могущественнейшее боевое проклятие, равно хорошо работающее как против больших скоплений противников, так и против одиночной цели…

Даже защищенный полем астральной энергии шаман побледнел, осознав — если бы этот удар пришелся по нему, то он бы гарантированно погиб. Всю высвобожденную только что мощь никакое поле бы не перенаправило — у его защиты возникли проблемы даже с остаточными волнами этой атаки, что уж говорить о лобовом столкновении…

Истина боя против нескольких противников четко и ясно учит нас — первыми нужно выбивать слабых врагов, а не сильных. По логике вещей девушка должна была направить свой удар на шамана, и будь её противником кто-нибудь другой, она бы так и поступила, однако её интуиция буквально орала благим матом — от странного мечника нельзя отвлекаться ни на миг, иначе ей конец. И потому она сосредоточилась на нем, надеясь одолеть его до того, как шаман закончит свою подготовку…

Сжимающий два клинка боевой маг пережил удар могущественного Заклятия. В момент удара на его груди засиял ярким оранжевым светом, который покрыл его тонкой пеленой. Благодаря действию артефакта чародею не пришлось отвлекаться на создание защиты — и потому едва поток энергии Смерти иссяк он ответил уже своим Заклятием.

Со всех сторон к волшебнику начали стекаться потоки золотистого сияния. От крохотных, не больше булавочного ушка, до больших, многометровых, они собирались с огромной площади — около тридцати километров во все стороны от мага. И, как и свойственно свету, делали это с огромной скоростью — на четвертую секунду от активации заклятия перед острием вытянутого вверх и нацеленного на стремительно улетающую подальше Алену меча завис небольшой, с куриное яйцо размером шарик оранжевого света.

— Власть Света!

И в тот же миг всё на полторы сотни километров погрузилось в абсолютный, непроглядный и беспощадно слепящий золотой свет. Это Заклятие зацепило абсолютно все в обозначенном радиусе — но несмотря на кажущуюся неизбирательность этих чар, прямого вреда оно никому не нанесло. Никому, кроме того, на кого желал обрушить эти чары сам заклинатель — и чем меньшим было количество тех, кого он желал поразить этими чарами, тем больший урон они наносили.

Крик не сумевшей улететь достаточно далеко Алёны, казалось, заставил содрогнуться сам небесный свод. Когда свет рассеялся, чародей увидел застывшую на огромной высоте женскую фигуру в доспехах. Ещё мгновение девушка парила на одном месте, а затем дымящаяся, словно сгоревшее мясо фигурка кувырками полетела вниз. Тем не менее, чародей отчетливо ощущал, что его противница жива, если так вообще можно выразиться о нежити.

И как раз в этот момент шаман закончил свои приготовления. Могущественный дух восьмого ранга властно раздвинул врата из Астрала в наш мир и ступил в материальный мир. Синее тело высотой в три десятка метров было соткано из языков пламени, огромная треугольная голова без шеи не имела ни носа, ни рта ни ушей — лишь глаза, горящие красным, резко контрастирующие с остальным телом. Четыре могучие трехпалые руки были единственными конечностями существа — ниже пояса торс духа переходил в пламенный хвост. Существо молча парило в метре над землей, ожидая приказов своего контрактора.

— Бой окончен, — бросил закованный в латы волшебник. — К счастью, твоя поддержка не понадобилась, но всё равно спасибо, Тынкэй-Ду. Раз уж призвал духа, может поможешь своей армии? Их уже почти разгромили, так что…

Договорить чародей не успел, резко сорвавшись с места в сторону. Из-под земли, ровно в том месте, где миг назад находился чародей, вырвался черный клинок, окутанный слегка светящейся зеленоватой энергией. Ещё миг — и наружу вырвалась и вся остальная рыцарша смерти. Целая и невредимая, сжимающая светящийся от магии клинок и почти завершившая второе своё Заклятие. Всё ещё падающий с небес двойник девушки мгновенно исчез, истаяв в воздухе.

Поняв, что сбежать от вражеского Заклятия у неё не выйдет, да и защититься, скорее всего, тоже, девушка решилась на рискованный шаг — использовать вместо себя двойника, созданного Магией Смерти, а самой через план смерти зайти в тыл врагам. Любая магия