— свои. Получалась эдакая полянка, заросшая каменным шиповником, такой прочности, что выдраться из него далеко не так просто, как кажется. Ну и одежде сто процентов каюк. — Может, удастся какой-нибудь яд на шипах синтезировать? Коль, есть у нас какие-нибудь ископаемые нейротоксины?

— Зачем тебе они? — удивился чекист. — Это же отличная техника для задержания противника, но не обязательно же нужно его убивать. Скорее уж наоборот. Как учили нас в академии убийство — это крайняя мера и его надо по возможности избегать. Пристрелить шпиона противника не сложно, но как ты потом вскроешь агентурную сеть? Как выйдешь на резидента? Твои шипы, конечно, не лучший вариант, но им тоже можно массу применений найти, начиная с ограждений особо важных объектов, заканчивая…

— Да хорош уже, — перебил товарища Тереньтев. — он не маленький сам всё понимает. Разберётся. Давайте лучше ещё раунд!

— Нет, я пас, — открестился Купча. — Всё равно достать Семёна не получится, а в качестве спарринг партнёров мы уже не котируемся. Это надо с кем-то из местных договариваться. Но как по мне, тут нужны не спарринги, а методичные тренировки.

— И ты прав, — сатори никто не отменял и пусть в отношении обитателей гробницы оно почти не работало, но те… оттиски, образы людей, что уже были мной созданы, сохранились. В том числе и Татьяна Игоревна, то бишь Матушка Зима. Хочешь стать сильнее — дерись с лучшими, а я не знал никого опаснее ледяного Архонта Сикорской, Вайсе Тод, Белой Смерти, чьё появление на поле боя наводило дикий ужас на целые дивизии фашистов. — Хватит на сегодня. Пошлите лучше пожрём. Да начну потихоньку собираться. Пара дней и буду выступать.

Что такое два дня? Да практически ничего и очень долго, если проводить время в сатори. Как и ожидалось Матушка Зима оказалась невероятно сильным противником, опытным, умелым, техничным и не брезгающим никакими уловками. Ударить в спину? Да запросто! Ловушки, мины, любые техники позволяющие победить, разрешено всё! Ну и сила, куда без этого. Если Магистр уже был на «ты» с пространством, то Архонт достигал в этом своего пика. Реальность в буквальном смысле менялась по его воле.

Выглядело это жутко, но всему были пределы. В том числе и изменению реальности. Мир он ведь тоже не игрушка и имел свою волю, если это можно было так называть, поэтому проще всего давалось поверхностное изменение, вписывающееся в рамки физики и химии. Поэтому я старался оперировать имеющимися объёмами породы, а не создавать объекты из воздуха. Так тоже можно было, но расход энергии оказывался несопоставим. А ведь с людьми, точнее с энергетами ещё сложнее. У них была своя воля и энергия чтобы её воплотить. Это я к тому, что схватка двух Архонтов это не так зрелищно, как могло бы показаться. По сути, поединок в этом случае идёт на двух уровнях, попытка подавить противника своей волей и при этом закидывать его боевыми техниками. А всё, потому что нельзя взять и превратить его в каменную или ледяную глыбу. Вот и приходится изворачиваться.

Со мной Сикорской не приходилось особо напрягаться. Всё же её воля была куда сильней моей, тут я даже спорить не пытался. Та, я тоже повидал кое-какое дерьмо, но по сравнению с Татьяной Игоревной был словно пацан с мокрыми штанами. Ну и чистая сила тоже имела значение. Это не означало, что я сразу сдавался, наоборот, сопротивлялся изо всех сил, с каждым разом отвоёвывая секунду, другую жизни. Но проигрывал. Однако не расстраивался. Будет и на моей улице праздник, а опыт поможет выжить там, где сложат голову другие.

Параллельно медитациям шли сборы в дорогу. За черепаший панцирь нам удалось выменять два пространственных кольца. Редкостью они не были, судя по рассказам других застрявших в гробнице, чем-то подобным обладал каждый уважающий себя Возвышенный, но всё же на земле не валялись и стоили прилично. Капитан обещал, что вытянет из наставницы всё об их создании, но тут ведь дело такое. Для любого производства требовалась ресурсная база и технологии. На Земле ни того ни другого пока не имелось, а подбирать аналоги можно было бесконечно долго. Но на всякий случай задачу добыть ещё несколько экземпляров колец парням была поставлена. А пока мы начали делить трофеи.

Первым ушла летающая лодка. Теперь мне она была не к чему, а вот товарищи пришли в полный восторг. Особенно Наталья, ещё неуверенно держащаяся в воздухе. Теперь можно было не напрягаться и летать сколько захочешь. Другой вопрос что особо негде и следовало быть осторожной чтобы не нарваться. Крылатых монстров ранга Магистра, а то и выше никто не отменял.

Мясо змеи я уже давно отдал Шарану, который сделал из него подобие сашими. С какими-то хитрыми соусами, оно зашло великолепно, а паразитов у зверей Возвышения отродясь не водилось. Ну или бывали, но такие, каких никаким кипячением не выведешь, там вообще вопрос стоял кто кого, ты паразита или он тебя, причём это было не фигурально. Какой-нибудь червь Гу вполне мог забраться в мозги и управлять мясным костюмчиком, в который превращался человек. Ну или животное, тут по желанию самого червя.

В итоге себе я оставил походный набор, смену одежды, чистый и заштопанный камуфляж, пару мешков пилюль, начиная от пищевых, но без сюрпризов от Посланника, заканчивая разными лечебными, и запас провизии на пару недель. В основном сушёное мясо, объёмы моего кольца не были бесконечными. Всё остальное ушло Купче с Тереньтевым. Последнему особо понравились доспехи. Но на то он и армейский офицер, чтобы интересоваться всяким таким.

Я же переоделся в наряд, созданный местными мастерами, из особым образом обработанной кожи, с подкладом из шёлка какого-то паука, который не пробивал даже нож, натянул сапоги из кожи какого-то ящера. Очень удобные кстати, было видно руку мастера, а местные старались времени зря не терять и постоянно чему-то учились. Нацепил на пояс близнецов-драконов и на рассвете третьего дня стоял на пирамиде Анамеша. Пора было заканчивать эти игры, а то дома, наверно, с ума уже сошли от беспокойства.

— Готов? — толстый Будда на удивление был трезв и сосредоточен. — Если считаешь, что надо ещё подождать…

— Давай без этого, — пусть невежливо, но я не собирался вступать в полемику, — более готовым я уже не стану.

— Слово сказано, — кивнул невероятно торжественный хозяин пирамиды. — Да будет так. Тогда следуй своим путём и пусть он приведёт тебя к тому, что ты ищешь.

От взмаха его руки рядом со мной, на самом краю,