Одну из них можно назвать «ракурсом времени». Оглядываясь назад, современные европейцы видят современную историю на переднем плане, средневековую – на среднем, а «постримские сумерки» – слабой полоской на горизонте. Такие фигуры, как Аларих или Хлодвиг, остаются далекими, безликими пятнами, если только их не выдергивают из исторического контекста, не увеличивают, не наряжают и не восхваляют по соображениям современной политики или национальной гордости. Память о короле франков Хлодвиге I, одержавшем победу при Вуйе, увековечена великолепной гробницей в парижском аббатстве Сен-Дени. Убитый Хлодвигом Аларих II правил более обширным королевством, чем королевство франков. Однако у него нет памятника, и даже место его могилы нам неизвестно.

Исторической памяти чужда беспристрастность. Вестготы, должно быть, это понимали. Следуя своей мудрости, они хоронили своих вождей согласно традиции, которая чтила мертвых, но не оставляла следов. Гробница «Правителя всего» Алариха I была смыта морскими песками задолго до того, как его потомки основали королевство Тулуза. И никто, кроме случайного немецкого романтика, не удосужился вспомнить об этом:

Nächtlich am Busento lispeln

Bei Cosenza dumpfe Lieder.

Aus den Wassern schallt es Antwort

Und in Wirbeln klingt es wieder.

(Гласу песни погребальной,

гласу песни, горя полной,

Вторит ветер близ Бузенто,

вторят, всхлипывая, волны.)[17]

Глава 2

Алт-Клуд

Королевство Скалы

V–XII вв.

I

Скала Дамбартон не входит в число главных британских исторических достопримечательностей. Вы не найдете ее в списке пятидесяти мест Британии, достойных посещения в первую очередь. Она не относится к той лиге, в которой числятся Стоунхендж, Хемптон-Корт или ее знаменитые шотландские соседи Стерлинг и Эдинбург. Если люди и знают о ней, то считают ее не более чем эффектным местным объектом.

И все же скромный Дамбартон – это одно из мест, которые способны вызвать в воображении образ того, что было, так резко контрастирующий с тем, что есть. Прошлое – это не просто чужая страна, о существовании которой мы знали лишь наполовину. Оно таит в себе еще одну скрытую страну, а за ней еще и еще одну, как в наборе русских матрешек, где в больших скрываются меньшие. Конечно, внешний облик не является надежным проводником к тому, что лежит под ним. В нашем случае он демонстрирует нам страну, которую мы знаем как Шотландию. Другая страна под названием Англия лежит за границами. Но Дамбартон манит нас в мир, расцвет которого пришелся на то время, когда люди еще не придумали ни Англию, ни Шотландию.

Геологически Дамбартон-Рок – это всего лишь сохранившаяся сердцевина доисторического вулкана, внешний конус которого за долгое время был размыт многовековой эрозией. Со времени последнего ледникового периода она выступает на северном берегу залива Ферт-оф-Клайд в том месте, где в него впадает текущая с Хайленда река Левен. Стратегически Скала имела огромное значение. На протяжении столетий она доминировала над заливом, охраняя ворота в сердце страны. Она сдерживала захватчиков и чужаков, пытавшихся плыть вверх по реке из Ирландского моря, и служила укрытием для тех, кто ждал попутного ветра или отлива, чтобы спуститься вниз по течению к океану. К югу, на противоположном берегу залива, расположились города Пейсли, Гринок и Гурок; в первом находится великолепное средневековое аббатство. Восточней раскинулся промышленный Клайдбанк, а за ним – великий город Глазго. На севере возвышаются холмы Килпатрик и «такие красивые берега озера Лох-Ломонд». На западе, где залив Ферт, расширяясь, образует внушительное устье, в поле зрения появляются большие и маленькие острова: Бьют, Арран и Эйлса-Крейг, а в далекой дымке – пустынный Малл-оф-Кинтайр. Казалось бы, что может быть более шотландским?

Лучше всего расположение Дамбартон-Рока можно оценить с воздуха, когда приземляешься в аэропорту Глазго. Основной маршрут самолетов идет с севера над зелеными, поросшими папоротником холмами к месту на Клайде, где заканчивается узкий поток и начинается залив Ферт. Глядя из правого иллюминатора самолета, вы видите современный подвесной мост Клайд и наслаждаетесь панорамой воды, мерцающей за его пределами. Особенно хорош этот вид в погожий летний вечер, когда красное сияние заката очерчивает далекие озера и острова. Широкое пространство залива Ферт сияет серебром, и две вершины Скалы выделяются на светлом фоне как пара египетских пирамид.

Ферт-оф-Клайд является заливом. Как и во всех заливах и эстуариях западного побережья Британии, в нем в течение каждых двадцати шести часов наблюдаются два прилива и два отлива, и это движение не прекращалось с тех пор, как океан впервые вторгся в эту часть Европы. Когда-то, в эпоху железного века, на вершине Скалы стоял форт, и на протяжении тысячелетий часовые наблюдали за процессиями кораклов, лодок и боевых кораблей, приплывавших туда на волне прилива и отплывавших на отливе. В поздние римские времена они могли предупреждать о приближении пиратов из Гибернии, которых римляне называли Scotti, в IX веке в благоговейном страхе смотреть на грозные флотилии викингов. В более поздние времена они могли видеть военные корабли и торговые суда, составлявшие мощь Британской империи, и величественные лайнеры, выходящие в Атлантику.

Неудивительно, что город, возникший под сенью Скалы, большую часть своей жизни существовал за счет кораблестроения. Сама по себе верфь в Дамбартоне была слишком мала, чтобы вместить большие океанские лайнеры, которые строились в соседнем Клайдбанке, вместо этого она специализировалась на более мелких пароходах и колесных лодках, курсировавших по Клайду. Именно здесь в 1812 году стартовало европейское коммерческое пароходное сообщение, когда первая «Комета» отправилась из Глазго в Гринок. В последующие десятилетия обслуживание распространилось не только на все гавани залива Ферт, но и на порты до Обана и Сторновея. Позднее красно-бело-черные трубы пароходов, почтовых судов и паромов компании Дэвида Макбрейна появлялись повсюду и привлекали миллионы туристов и путешественников. Компания, ставшая преемницей Caledonian-MacBrayne, по-прежнему является заметным элементом местной жизни. Существует поговорка: «Земля и все, что на ней, принадлежит Господу, но Хайленд и острова принадлежат Макбрейну».

Промышленное развитие распространилось по долине Левен на протяжение пяти речных миль, разделяющих Дамбартон и Баллок, стоящий на озере Лох-Ломонд. На фабриках Александрии, Джеймстауна и Бонхилла возникли красильни, типографии и литейные цеха, а рабочие из долины Левен получили в Дамбартоне прозвище «джили», потому что, пока местные ходили домой на обед, они ели во дворе свои «джили» – сэндвичи с джемом.

Чтобы отыскать исторические и географические ориентиры, нет лучшего способа, чем отправиться на пароходе по заливу Ферт. Даже короткая поездка из залива Уэмисс в Ротсей на острове Бьют или из