Да, не впервой.

Делала уже четыре года назад.

Мы тогда в университете учились, и я залетела от малознакомого парня, с которым переспала на вечеринке.

Стыдно было, конечно, страшно, но не рожать же было, правда?!

— Ну... не знаю, — говорю я с сомнением. — Ребенок — это все-таки большая ответственность.

— Большая ответственность — это сделать все, чтобы добиться своей цели. А цель твоя — развести его с женой и женить на себе.

Она говорит это так твердо, так уверенно, что я и сама начинаю верить.

Я ведь, хоть и влюблена, в последнее время все больше и больше сомневалась, надо ли мне это?!

Нужен ли мне мужчина, который никак не бросит ради меня жену?!

Может, проще найти кого-то другого?!

Но кое в чем Леся точно права: надо действовать, подталкивать... мужчины порой — как дети, пока не ткнешь их носом, не понимают, где их истинное счастье.

А Вит — и правда идеальный вариант.

Он богатый, влиятельный, яркий, умный.

Если он будет моим, я, как и Леся, буду рассекать по курортам.

Если у нас будут дети, он обеспечит их всем необходимым.

Если мы будем вместе, моя жизнь будет сказкой.

Да и возраст его — совсем не помеха... такие, как Вит, словно хорошее вино, с годами только лучше становятся.

Должна ли я бояться, сомневаться, думать о том, чтобы бросить его?!

— Действуй смелее, — снова говорит Леся.

— Я пью таблетки — это понятно, я могу прекратить прием. Но еще он использует презервативы... так сказать, для надежности.

— Проткни, — подруга легко пожимает плечами. — Ни одно средство контрацепции не дает стопроцентной защиты. Даже если это комбинация таблеток и презервативов. И будь уверена: оно того стоит!

— Ты сумасшедшая, — я мотаю головой, смеясь, но про себя замечаю: это надо обдумать.

15 глава

С одной стороны, предложение Леси — очень разумное.

Много лет женщины манипулируют мужчинами через беременность и детей: заставляют жениться, разводиться, выбирать, платить деньги...

Природа не дала женщине физической силы — в сравнении с противоположным полом, — но дала силу моральную: стоит сообщить о беременности, как статус сразу меняется, и вот ты уже не просто любовница, не просто развлечение, а потенциальная мать его будущего наследника!

С перепугу или по глупости мужчина, конечно, может отказаться от ответственности, отправить бедняжку на аборт, даже денег на него дать, но если женщина решит родить, то ответственность все равно догонит, как минимум в виде алиментов, как максимум — в виде чувства вины, что где-то там растет его родное дитятко, а он, такой-сякой, не участвует в воспитании...

В общем, вариант беспроигрышный.

Конечно, есть женщины, которые, возомнив из себя гордую и независимую, уходят с ребенком в животе, тайно рожают и потом в одиночку воспитывают, ничего не сообщая бывшим возлюбленным и новоиспеченным папашам, но я — не из таких женщин.

Я точно знаю: если со мной случится беременность и я решу рожать — отец ребенка разделит со мной все сложности родительства.

Я заставлю его обеспечивать меня и ребенка.

Я заставлю его принимать участие в воспитании. Будет упираться — привезу к нему ребенка и оставлю на пороге. Посмотрю, как он будет выкручиваться.

Я точно не буду строить из себя типичную на постсоветском пространстве мамашку-жертву, которая ради своего ребенка отказывается от собственной жизни, отношений, карьеры, развлечений.

Нет. В процессе зачатия участвовали двое — значит, и родителями становятся двое, иного не дано.

И это не только здоровый эгоизм, но и забота о будущем ребенка: куда лучше ему будет с мамой и папой, а не только с мамой, тем более — задолбанной, вечно уставшей и не имеющей достаточно средств.

Другое дело, что становиться матерью прямо сейчас я не хочу.

Я поступала в педагогический не как многие мои сокурсницы, в том числе и Леся, не просто чтобы убить время в ожидании принца на белом коне, я искренне мечтала работать в школе, с детьми, учить их доброму и вечному...

Именно так я и делаю.

Конечно, я не хочу работать учительницей географии до пенсии.

Конечно, я хочу много отдыхать и путешествовать, заниматься тем, что нравится, и не думать о деньгах.

Но мне двадцать четыре, я молода и здорова, еще как минимум пять-семь лет я могу не думать о продолжении рода и всех тех прелестях, что ждут меня вместе с рождением ребенка: бессонных ночах, кормлении грудью, смене памперсов, проблемах с гормонами, лишнем весе и так далее, и так далее, и так далее...

«Scholars' Haven» — классное место, чтобы по-настоящему кайфовать от своей работы и при этом хорошо зарабатывать.

Я не только провожу уроки, но и много участвую во внеклассной деятельности, мы с ребятами ездим на экскурсии, в кино, в театр, на пикники, общаемся.

Дети обожают меня, и я обожаю детей в ответ.

Когда-нибудь, наверное, я стану классной мамой, понимающей, принимающей, современной, но пока... нет.

Пока меня все устраивает и я не хочу ничего менять.

Тем более, я пока не уверена, что именно Вит — тот самый.

Даже если не брать в расчет огромную разницу в возрасте — мне двадцать четыре, а ему ровно в два раза больше, сорок восемь, — и тот факт, что он не торопится расстаться со своей женой, я все равно думаю: вдруг появится кто-то другой?!

Не менее — а может, и более! — богатый, при этом более молодой?!

А может, еще и готовый бросить весь мир к моим ногам прямо сейчас, а не когда-нибудь потом, когда вырастет дочь, подкопится капитал, укрепится репутация, окончательно надоест жена?!

Было бы прекрасно.

Поэтому — я не готова беременеть.

Но ведь совсем не обязательно беременеть по-настоящему, правда?!

Можно ведь соврать об этом — и посмотреть на реакцию Вита.

Мне не составит труда подделать тест на беременность — положительные тесты продаются на маркетплейсах, — и не составит труда подделать справку и фотографии УЗИ... Боже, да в интернете можно купить даже видеозапись с УЗИ, где будут и шевеления плода видны, и стук его сердца слышен!

Об этом ведь говорила Леся?!

Что мужчины тают, услышав сердцебиение своего будущего ребенка?!

Посмотрим, растает ли Вит!

Да, определенно, именно так я и поступлю.

Потом, если что, можно будет либо сымитировать выкидыш, либо забеременеть по-настоящему.

На то, чтобы все организовать, у меня уходит два дня, и уже в понедельник, воспользовавшись тем, что у меня нет третьего урока,