Искушение Снежной Королевы - Татьяна Михаль

Пролог

СНЕЖНАЯ КОРОЛЕВА СНЕЖАНА

У Инессы, моей подруги-феи определённо великий дар творить вокруг себя хаос.

Она гениальный маг, не спорю.

Но её лаборатория напоминала последствия падения метеорита: повсюду стояли колбы с бурлящими разноцветными жидкостями, валялись свитки с чертежами, а с потолка свисало нечто, напоминавшее гигантскую серебристую медузу.

А должны были свисать сосульки.

Зря я их, что ли выращиваю?

Я стояла посреди этого хаоса, стараясь не прикасаться ни к чему лишнему, чтобы не испачкать платье из нитей инея.

В руках я сжимала свой верный жезл, элегантный, выдержанный в строгом, минималистичном стиле.

— Ваше Величество, смотрите! — Инесса, вся перепачканная в чём-то зелёном, с гордостью указала на высокий в два метра объект, прикрытый бархатным покрывалом. — Это перевернёт всё магическое сообщество! Избавит все миры от скверны!

— Надеюсь, это что-то ледяное, холодное и прекрасное? — сухо поинтересовалась я. — Напомню тебе, у меня от прошлого твоего эксперимента до сих пор в тронном зале бесформенные сугробы.

— О, нет. Перед вами Зеркало Истинной Сущности! Оно не показывает внешность. Оно отражает душу! И… исправляет её! Всё уродливое, злое, завистливое оно превращает в доброе и прекрасное! Представляете? Но действует мягко, постепенно. Нужно почаще смотреться и душа очистится.

Я представила. И мне стало не по себе.

— Милая, — сказала я, стараясь сохранить терпение. — А не приведёт ли твоё изобретение к тотальной безответственности? Зачем быть добродетельным, если можно пару раз посмотреть в волшебное зеркало и стать святым? Это подрывает саму концепцию личного роста.

— Вы просто осознайте грандиозность замысла! — Инесса с драматическим вздохом дёрнула за покрывало.

Зеркало было… действительно большим.

И аляповатым.

Рама была украшена резными розовыми единорогами, которые с невыносимым самодовольством улыбались на того, кто на них смотрел.

— Вкус, конечно, у тебя уникальный, — не удержалась я от шпильки.

— Это не главное! Главное всегда суть! — Инесса подошла ближе. — Взгляните, Ваше Величество! Вы увидите свою истинную, прекрасную душу!

Из вежливости я бросила взгляд на поверхность зеркала.

Увидела своё привычное отражение: безупречные белые волосы, собранные в причёску, кожу цвета первого снега, глаза холодного, как айсберг, голубого оттенка.

Всё было в идеальном порядке.

Никаких изменений.

— Ничего не произошло, — констатировала я. — Видимо, моя душа и так безупречна. Я же тебе говорила.

— Не может быть! — фея с размаху хлопнула ладонью по раме. — Оно должно работать, но, видимо, чуточку барахлит…

В этот момент одна из резных единорожьих голов отвалилась и чуть не упала прямо мне на ногу.

Я взмахнула жезлом, дабы вморозить сей уродливый розовый кусок прямо в пол. Но это было ошибкой.

Фея в этот миг со сосредоточенным выражением на лице снова стукнула по раме зеркала и оно накренилось в мою сторону.

И мой жезл угодил прямиком в центр зеркала.

Раздался звук, от которого заложило уши.

Тысячи сверкающих осколков разлетелись по комнате.

Один из них, самый наглый и шустрый, метнулся прямиком ко мне, вонзился мне в грудь.

Я почувствовала не боль, а странный толчок.

И тут началось.

Сначала по щекам потекло что-то тёплое и солёное.

Слёзы?

Я плачу?

Последний раз это случилось, когда… А вот никогда этого не было.

После слёз меня бросило в жар.

В жар!

Я, Снежная Королева Снежана, у которой даже постель выточена из вечного льда ощутила жар!

В ушах зазвучал какой-то навязчивый мотивчик, и я с ужасом осознала, что хочу напевать его вслух.

А ещё мне вдруг до боли захотелось… обнять Инессу.

Обнять!

Какой ужас!

— Что… что со мной происходит? — прошептала я, и голос мой дрогнул.

Я отшатнулась к стене, которая была из гладкого льда, и взглянула на своё отражение.

Мои прекрасные ледяные голубые глаза, в которых веками отражались звёзды и метели, сменили цвет.

Теперь они стали зелёными.

Тёплыми, как летний лес, глупыми и паникующими, как у оленёнка, впервые увидевшего волка.

На моих белых мраморных щеках заиграл настоящий румянец.

Я выглядела как расцветающий весенний луговой цветочек.

Это было ужасно.

Инесса издала звук, средний между визгом и стоном, потеряла сознание и рухнула на пол с изяществом мешка со снегом.

В дверь просунулась мохнатая голова моего верного снежного барса, Умника.

— Опять эксперименты? — меланхолично поинтересовался он, окидывая взглядом блестящие осколки, бесчувственную фею и меня, королеву вечной зимы, с лицом перепуганной невесты и глазами цвета весенней травы.

Он тяжело вздохнул.

— Ну вот, доигралась фея. Опять придётся всё разгребать. И чем это тебя, Величество, угораздило?

— Я… я не знаю, — выдавила я, чувствуя, как внутри моего сердца распускается… нежный, щемящий бутон, наполняя меня дурацким, паническим и совершенно неприличным желанием… любить.

И чтобы меня любили в ответ.

— Беда, — констатировал Умник и принялся вылизывать лапу. — Теперь и у меня из-за нервов шерсть клочьями лезть начнёт. Прямо катастрофа какая-то произошла.

Он был прав.

Это была самая ужасная катастрофа за всю историю моего правления.

Хуже сбежавшей метели в июле.

Хуже, чем глобальное потепление.

У меня в груди поселилась весна.

Глава 1

СНЕЖНАЯ КОРОЛЕВА СНЕЖАНА

Быть Снежной Королевой — это не только про шикарные платья, украшения и возможность замораживать назойливых придворных на пару столетий для их же блага.

Это, в первую очередь, ответственность.

Чёткий график вьюг, метели, снегопада, контроль над температурным режимом и поддержание безупречного эстетического вида ледников.

Я столетиями оттачивала этот идеальный механизм.

А теперь он летел в тартарары с душераздирающим визгом.

Я металась по спальне, заламывая руки с такой драмой, будто играла в плохой театральной постановке под названием «Истерика Снежной Королевы».

— Что это со мной? Что это вообще такое? — стонала я, прижимая ладони к щекам, которые предательски горели. — Это же нарушение всех ледяных протоколов!

С утра я проснулась не от звона ледяных колокольчиков, оповещающих о рассвете, а от какого-то дурацкого щебета за окном.

Выглянув в идеально гранёное ледяное окно, я увидела стайку пушистых снегирей, которые щебетали так красиво, что я чуть не расплакалась.

Сердце моё, проклятое, отозвалось на эту вакханалию каким-то сладким, ноющим чувством.

«Ах, какие милые создания!» — пронеслось у меня в голове, и я сама себя чуть не прокляла от этой сентиментальной чепухи.

Я попыталась успокоиться, глядя на своё отражение в ледяной стене.

Большая ошибка.

Мои новые, идиотские, весенне-зелёные глаза сияли влажным блеском, а на губах играла глупая, несанкционированная улыбка.

Я выглядела как довольная собой булочка с корицей.

— Держи себя в руках, Снежана! — приказала я себе вслух и решила