Паладин. Свет и Скверна IV - Илья Романов

Паладин. Свет и Скверна IV

Глава 1

— Желаете ли каких-нибудь напитков, ваша светлость? — с улыбкой спросила у меня юная дева в голубого цвета униформе, с красным платком на шее и пилоткой с кокардой Российской Империей на голове.

— Стакан воды, — кивнул я, усаживаясь поудобнее в мягком кожаном кресле.

Девушка чуть склонила голову и ушла, а я взглянул в иллюминатор самолёта. Участники делегации Российской Империи грузились на борт, а работники частного аэропорта императорской семьи грузили багаж. Мимо моего сидения прошла светловолосая женщина в деловом костюме серых тонов с дамской сумочкой в руке. Черты её лица были мне знакомы, а в голове сразу же всплыла информация по составу делегации.

Княгиня Мороза Мирослава Константиновна. Магистр стихии Воздуха, первая жена главы рода. Две военных компании, одна из которых была в Африке, а другая в Польше. Обучалась в академии Разумовского, как и Дарья. В студенчестве — победительница шестого ежегодного турнира одарённых Российской Империи, заняла второе место на мировом.

Следом за ней, источая благожелательные улыбки и харизму, от которой таяли стюардессы, шёл широкоплечий и высокий герцог Шварц. Обрусевший немец, Магистр Огня, увлекающийся ритуалистикой. По данным Кутузова лично вырезал глав двух родов, которые объявили войну Шварцам, когда те ещё обитали Австро-Венгрии. Один из наставников принца Святослава и на полставки его советник.

— Бурбона мне! И поживее! — пробасил тот, кто прошёл мимо меня третьим.

С недовольным лицом он занял своё место с другой от меня стороны самолёта, не снимая свою шубу и шапку, которую в Российской Империи принято считать отличительной чертой бояр. Посох тоже не забыл и тот перекочевал на соседнее сиденье. И то, что на улице весна, его нисколько не заботило. Впрочем, графу Шувалову на это было плевать, Магистр стихии Льда, он мог спокойно себя чувствовать и в таких одеждах.

Девушка, что уходила мне за водой, принесла заказ и заодно выпивку этому человеку.

— Желаете ли что-то ещё? — вежливо поинтересовалась она у него.

Шувалов одарил её недовольным взглядом, рассмотрел и ухмыльнулся.

— Тебя. После того, как взлетим, жду тебя в своих апартаментах, а теперь исчезни.

Вздрогнув, стюардесса потупила глаза в ковёр на полу и ушла, а я проводил её спину внимательным взглядом. Мимо прошли ещё двое человек, но на них мне было плевать в данный момент. Я посмотрел на Шувалова, на что тот не обратил никакого внимания.

— О-о-о, ты уже тут, Виктор? Быстро! — улыбнулся Кутузов, стоило ему подняться на борт и увидеть меня. Генерал поправил рукава военного кителя чёрного цвета с золотыми эполетами и присел напротив. — Сейчас дождёмся его высочества и будем взлетать!

— Скажи, Александр, — сухим тоном заговорил я, а затем указал рукой на Шувалова. — Если я убью вот этого человека, это сильно нарушит регламент?

Воцарилась тишина, Кутузов вздёрнул брови от удивления, а Магистр впервые обратил на меня внимание. В его глазах полыхнула злоба, но рта своего открыть он не успел. Раздался другой голос, женский, приятный слуху.

— Боюсь, вы не можете этого сделать, Виктор Константинович, — краем глаза я заметил силуэт Морозовой. — Но вы вполне можете вызвать графа на дуэль, если на то есть существенная причина.

— Что произошло, Виктор? — напрягся Кутузов.

— Да, парень, у тебя какие-то проблемы? — презрительно добавил Шувалов. — Или у тебя, на Урале, не знакомы с хорошим тоном?

— Не люблю уродов, кто обижает слабых, — ответил я всем собравшимся и посмотрел прямо в глаза этого человека, душа которого была черна, словно безлунная ночь. — Ты мне не нравишься, а если посмеешь насильно притронуться к той чистой деве, то я оторву тебе башку. Таково моё слово. И да, предвещая твой вопрос, это угроза.

— Ещё меня угрозы какого-то пацана пугали, — фыркнул он, а затем поднял взгляд куда-то выше моей головы и как-то побледнел. — Чёрт с тобой, Потёмкин… Не буду я трогать ту простолюдинку…

Скривившись, он ткнул пальцем на свои часы и создал вокруг своего места небольшой туманный купол. Скорее кокон, который отрезал Шувалова от всех остальных.

— Ну ты… Витя, даёшь, — покачал головой генерал, во взгляде которого застыло недовольство. — Не успели взлететь, а ты уже проблемы нашёл.

— Князь верно поступил, Александр Петрович, — вновь раздался голос Морозовой. — Мне, как женщине, импонируют его слова, пусть та девушка и простолюдинка.

— Простолюдин или благородный, кровь у всех одинаково красная, Мирослава Константиновна, — невозмутимо произнёс я.

Плевать мне на то, что Шувалов решил развлечься за время полёта. Как и на него самого тоже плевать. Но есть кое-что, что я ненавидел также, как тварей и нечисть всех мастей. А именно — разную мразь, которая из-за своего иллюзорного могущества позволяет себе вседозволенность. Та юная дева мне никто, я даже имени её не знаю, но это ничего не меняет. Однажды, ещё молодым Паладином, я не смог помочь незнакомой мне чистой душе, что была жрицей в одном из храмов города, что я осаждал с союзной Ордену Паладинов армией. Обычная работа, город погряз в ереси и тёмных силах, породил множество культов тёмным богам. И лишь этот храм устоял, как и его жрица, которую впоследствии изнасиловали те, кто должен был защитить. В довершении — её убили, а затем распяли, попутно сняв кожу.

В тот день все солдаты, что осквернили храм и чистую душу, познали её участь. Я судил их. Жестоко, беспринципно и невзирая на мольбы. И никто не посмел оспорить решение капеллана, ведь Свет не карает просто так.

Именно Шувалов, что был племянником министра иностранных дел Российской Империи, являлся слабым звеном во всех моих планах. Неустойчивый и непредсказуемый субъект, от которого проще избавиться на берегу, чем терпеть его рядом. Но он нужен в нашей миссии, опыта в делах политики ему не занимать, пусть он и редкостный мудак.

В любом случае, слово я своё сказал и если он рискнёт принудить ту деву, то пусть молит всех богов, ведь они ему не помогут. Что же до гнева принца и неудовольствия остальной делегации, то это меня не пугало.

Принц Святослав прибыл почти на двадцать минут позже расписания. Его машина подъехала к трапу и оттуда вышел юноша, которому от силы