за счет унижения других, а среди ваших студиозусов вполне могут быть и простолюдины, я правильно понимаю?

— Вполне. Магия крови на самом деле не магия. Это дар. Ему не нужна мана, и сила этого дара никак не зависит от объема магического резервуара в ауре разумного.

— Дело в том… — магистр Рон замялся, подбирая слова, — что я наслышан о ваших возможностях… и могу вас заверить, что взрыв гениталий наших подопечных лишь породит никому не нужную вражду и расплодит заговоры не только против нашего государя, но и против империи.

Леди Лия звонко и от души рассмеялась.

— Так вот вы обо мне какого мнения…

— Поймите меня правильно, я ни в коем случае не хотел обидеть вас или, тем более, оскорбить, но я, как ректор обязан заботиться обо всех студиозусах академии.

— Прекрасно вас понимаю и уверяю вас, что в моем арсенале есть более действенные методы убеждения…

— Я нисколько в этом не сомневаюсь, леди Лия, но… — перебил ее магистр.

— И они вовсе не кровожадны, поверьте.

— Позвольте мне, все же, усомниться в этом.

— Что ж, ваше право, магистр Рон. Я хочу вам предложить решение нашей проблемы. При этом вы сами будете решать, достаточно ли действенный и гуманный у меня метод. И если вы скажете, что нет, то я уйду в другую академию и к вам ни у Вилхама, ни у Елата не будет никаких претензий, уверяю вас.

— Вы так свободно позволяете себе называть нашего короля и Правителя Альянса Разумных просто по именам? — отошел от темы архимаг.

— Да и они не против. Можете сообщить им об этом, я не прошу вас держать это в тайне, но давайте вернемся к нашему разговору.

— И что конкретно вы предлагаете?

— Я предлагаю продемонстрировать этот способ на вас и готова принести клятву на крови в том, что мой метод не является кровожадным.

— На мне?

— На вас.

— И я смогу делать все, что захочу? Использовать заклинания, травы, да все, что угодно, чтобы избавиться от вашего воздействия.

— Все, что угодно. Более того, если через трое суток вы мне скажете, что мой метод не устроил лично вас, я извинюсь перед вами и уйду. И НИКАКИХ претензий, связанных с тем, что я не преподаю в вашей академии, ни с моей стороны ни с чьей-либо еще не последует.

— А в чем подвох?

— Ни в чем. Я просто уверена в своем методе, и как бы скептически вы ни были настроены, вы сможете его оценить по достоинству.

Архимаг задумался, но спустя пару минут ответил:

— Я согласен! Что нужно делать?

— Ничего, я сама все сделаю, — леди Лия сложила пальцами правой руки несколько фигур подряд, которые оба старика запомнили очень хорошо.

Сделала она это специально. Для воздействия на чью-то кровь не требовались никакие жесты, но, чтобы сохранить свое искусство в тайне, Лия решила прибегнуть к такой вот нехитрой маскировке. Эти жесты она подсмотрела у императора, когда просматривала его память вместе с полученной от него кровью. В земном мире существовало странное развлечение — «смотреть телевизор». Так вот через это устройство император и смотрел рисованные движущиеся изображения со странным названием «аниме». И во одном из этих аниме, Лия и подсмотрела эти жесты. Ну, и решила использовать их для маскировки своих навыков в этом мире.

— И это все? — поинтересовался магистр Рон.

— Все. Если через три дня вы мне скажете, что мой способ убеждать разумных вам не подходит по любой причине, я просто уйду. Спасибо за уделенное время, я прибуду в это же время ровно через трое суток. Мессир Мэл, вы меня проводите?

— Конечно, леди, это честь для меня.

— А нельзя ли нам пройти на выход другой дорогой? Мне так у вас все понравилось, хотелось бы побольше осмотреть местные достопримечательности, а то, судя по настроению вашего магистра, через три дня мне придется покинуть вас, — надула губки вампиресса.

— С удовольствием, леди Лия. Если вы пожелаете, я готов устроить вам экскурсию по академии и буду вашим личным гидом.

— Буду вам очень признательна, мессир.

Они оба покинули кабинет магистра, а тот тут же принялся сканировать свой организм в поисках появившихся отклонений.

Отложив все дела и провозившись до поздней ночи с диагностикой, магистр Рон, так ничего и не обнаружив, лег спасть. Наутро ему все-таки удалось найти одно отклонение, которому он не придал особого значения. Дело в том, что, как показалось архимагу, его резерв маны слишком мало восполнился.

«Наверное, перенервничал, да и не выспался толком. Вот же жуткая женщина! Навела на меня страху, а по факту ничего и не изменилось» — подумал магистр.

Весь следующий день они вместе с мессиром Мэлом и деканом целительского факультета пытались обнаружить последствия воздействия вампирессы на организм архимага, но так ничего и не нашли. Ровно до тех пор, пока магистр не проснулся утром и не запустил диагностику. Вот теперь он реально запаниковал. Оказалось, что с момента ухода леди Лии у архимага не восполняется мана, от слова «совсем»! Она только тратится, но при этом ее резервы не увеличиваются. В ауре магистра ее стало только меньше. И когда до него дошло это, он, немедля, вызвал к себе вчерашних собеседников, и те подтвердили то же самое.

Несколько часов исследований показали, что мана магистра Рона все-таки восполняется, но куда-то расходуется его же организмом. И чем дальше, тем больше.

Непонятно каким чудом, но архимагу тут же вспомнился случай, из-за которого его в свое время просили приехать в Мирдромар несколько лет назад. Он вспомнил, что сын придворного архимага Генриха третьего заболел, и симптомы у него проявились точь-в-точь, как те, что сейчас наблюдает у себя сам магистр. И Рона охватил ужас. Это был не просто смертный приговор, это был смертный приговор в забвении. Никому не будет дела до бывшего архимага, если у него отнимут саму возможность использовать магию, а ее, судя по всему, уже отняли, и теперь только вопрос времени, когда он окончательно лишится своей силы. Магистра Рона прошиб пот, а на лице отразился вселенский ужас.

— Ты понял, что с тобой? — участливо поинтересовался его друг, мессир Мэл.

— Она лишила меня магического дара, — с бледным, как у покойника лицом, одними губами прошептал магистр. Однако глава безопасности хорошо понял, что произнес его друг.

— Но как?

— Помнишь, я тебе рассказывал, для чего меня приглашали в Мирдрамар?

— Просили тебя помочь сыну одного из архимагов?

— Сыну придворного мага Генриха третьего.

— Помню, ты еще сокрушался, что так и не сумел