Беспрепятственно пройдя к возведенному помосту, я кивнул стражникам. Те удивленно уставились на меня, не понимая, что мне от них нужно.

Мысленно выругавшись, я снял личину и приподнял брови. Через мгновение стражников уже не было — они побежали исполнять приказ, для которого здесь и дежурили.

— А, ну тихо! — рявкнул я, усиленным магией голосом.

В зале на долю мгновения повисла вязкая тишина. Сотни взглядов скрестились на мне: кто-то приветственно кивал, кто-то заметно бледнел, кто-то прикидывался ветошью.

Восстановив порядок, я поднялся на помост и едва уловимо улыбнулся. Ответом мне был тихий вздох.

Надо же, сколько радости в этом вздохе! А я ведь даже еще никого не убил. Вот что значит, репутация палача и архимага в одном флаконе.

— Спасибо, что все вы здесь сегодня собрались. У нас мало времени, поэтому давайте все сделаем, как задумывалось, и все закончится, — тишину раскололи болезненные стоны. — Вас пригласили на церемонию, а не на казнь! Ведите себя достойно!

Это слегка взбодрило публику. Ибо мало кто из собравшихся понимал, что происходит, а многие к тому же предпочли сейчас оказаться в другом месте. Но разве можно отказать мне?

Наконец, появились стражники с тяжелым сундуком. Напрягая все мышцы, они выволокли его на помост и вытянулись за ним ровной шеренгой.

— Как вы знаете, — начал я, — Константин Яковлевич Ромский незаконно взошел на престол, а также имел неосторожность взять на себя ответственность за смерть семьи Мережковских, послав к ним убийц. Только благодаря верным людям, Виктор Иванович сейчас может стоять здесь и забрать то, что принадлежит ему по праву рождения.

По залу прошелся шепот, который быстро увял под моим строгим взглядом.

— Сейчас я прошу доблестных стражников открыть этот сундук, чтобы подтвердить мои слова.

Скрип. Стук. Лязг.

— Этот камень вам известен. Именно он знаменует истинность власти. И судя по количеству пыли на нем, никто не проверял Константина Ромского на право занимать трон империи. Я разочарован. За неполные два месяца, что я нахожусь в столице, мои агенты собрали множество подтверждений злоупотреблением власти, местной аристократии. Поэтому как только Виктор Иванович взойдет на трон, страну ждет ряд изменений. Но все это потом, сейчас же я рад вам представить будущего императора!

Виктор Иванович, бледный от волнения, но со взглядом, полным решительности, шагнул на помост. Зрители в едином порыве затаили дыхание. Не то, чтобы они не верили, что Мережковский достоин, скорее они гадали, что их ждет после того, как камень примет Виктора Ивановича.

Камень Власти, так официально называли этот здоровенный булыжник кроваво-красного цвета, лежал на бархатной подушке. В центре камня была широкая ложбинка, куда будущим император должен положить свою ладонь. Добровольно, прошу заметить, положить.

Для того, чтобы камень сработал, мне пришлось снять защиту. Рискованное дело, но пока я рядом, будущий император в безопасности. Нити заклинаний упруго вздрогнули, и я кивнул Виктору Ивановичу. Тот твердым шагом приблизился и без лишних церемоний опустил руку на матовую поверхность.

Камень вспыхнул, подтверждая законность претендента на трон. Одновременно с этим из сундука полилось алое сияние, что затопило весь зал, заставляя многих прикрыть глаза. В этих всполохах света можно было разглядеть, как сложится судьба империи, ждет ли ее благо или война, будут ли засухи, голод или же полные амбары пшеницы и заполненные товаром лавки.

Жаль, что увидеть это доступно было лишь будущему императору. Я внимательно вглядывался в лицо Виктора Ивановича. Он сжал губы, хмурился, дергал уголком губ. Его спина практически закаменела, сделав похожим на мраморное изваяние.

Все это должно было занять всего полминуты, но все это время никто не смел даже глотнуть воздуха. Именно сейчас решался вопрос самый главный вопрос: хватит ли сил у Виктора Мережковского привести империю к светлому будущему.

Знаю, что этот момент был самым острым во всем перевороте. Несмотря на всю проделанную работу, Виктор Иванович мог увидеть такое, из-за чего вся затея может пойти прахом.

Уже бывали случаи, когда потенциальный император успевал увидеть смерть близких или крах империи и просто опускал руки, не желая участвовать во всем этом. Если сейчас случится нечто похожее, то придется быстренько искать нового претендента на трон. А с учетом того, что Мережковский стал сиротой, это была задачка со звездочкой.

Хотя и на такое у меня был запасной вариант. Я же не совсем еще выжил из ума.

Секунды бежали одна за одной, а Виктор Иванович все не двигался. Наконец, сияние погасло, и Мережковский развернулся к залу. По его лицу нельзя было понять, что именно он там увидел, но так или иначе, пришло время задать тот самый вопрос.

— Виктор Иванович Мережковский, готовы ли вы стать новым императором Объединенной Московии, служить ее народу верой и правдой, хранить и расширять ее границы?

Будущий император холодным взглядом окинул собравшихся. Через секунду решится судьба целой империи, и даже я не знал, каков будет ответ Виктора Ивановича.

Краем глаза я неожиданно заметил подозрительное движение в зале. Мне хватило мгновения, чтобы увидеть направленный в Мережковского укороченный посох. Одним прыжком я оказался перед Виктором Ивановичем, одной рукой заведя его себе за спину, а второй активируя силовой щит.

— Смерть узурпатору!

В следующую секунду помост затопило магическим огнем.

— У нас все готово, господин архимаг. Наши люди расставлены на всех ключевых точках и ждут только вашего приказа.

Глава 2

— Да твою же дивизию! — рыкнул я, но сам себя не услышал за ревущим пламенем. — Неучи! Кто ж так с магией-то обращается⁈ Также и убить ненароком можно.

Виктор Иванович с бледным, покрытым испариной лбом ошалело смотрел на меня. Он был цел, огонь не успел до него добраться. Однако жар все подступал ближе и уже готов был облизывать нам сапоги.

Но я лишь улыбнулся краем губ.

— Прорвемся, ваше императорское величество. Помните, что я говорил про скуку? Забудьте. Государственный переворот — это очень увлекательно!

Заклинание, что окутало нас огнем, было мне незнакомым, точнее, это даже не заклинание было, а сгусток сырой силы. Мой щит буквально трещал по швам, но пока держался.

Счет шел на секунды. Мне они только и были нужны. Вот только, чтобы убрать пламя, мне нужно было развеять защиту.

— Держитесь, Виктор, сейчас будет немного жарко, а потом очень хорошо.

— Мне отец тоже самое говорил про баню, — тихо ответил будущий император.

— Вот, можете представить, что так