Не обошлось и без журналистов. Первую фотографию сделали, стоило мне только переступить порог.

Я чётко чувствовал — над аудиторией заметно поработали пространственной магией. Обычно места в ней было куда меньше.

— Вы не предупреждали о свидетелях, — сказал я стоящему у входа Баринову.

— Максим, экзамен — открытое мероприятие. Я ничего не мог поделать! — Ректор лишь покачал головой.

На самом деле, зрители меня не смущали. Хотят посмотреть, как я буду сдавать экзамен? Да пожалуйста! Мне не жалко.

Главное, чтобы не мешали…

— Максим, привет! Покажи им всем!!! — донёсся громкий крик с первого ряда.

Я повернулся и заметил сидящую в первом ряду Лизу Анохину. Она махала мне рукой, подпрыгивая на месте от нетерпения. Энергии в ней было хоть отбавляй.

Рядом с ней я увидел и остальных. Денис Шаров, Анастасия Меньшова, Алмазов — вся компания собралась вместе.

Более того, Шаров сжимал в руках какой-то мятый лист бумаги. Приглядевшись, я заметил коряво нацарапанную надпись «Максим, порви их всех!».

Кто-то из ребят даже попытался нарисовать моё лицо. Наверняка так они пытались меня подбодрить. Но надо сказать откровенно — художники из них примерно такие же, как из меня балерина!

Я показал им большой палец. Ну а что, они же старались…

— Господа, может, отставим весь этот балаган? — откуда-то сбоку раздался знакомый скрипучий голос. — Мы собрались здесь, чтобы протестировать барона Ястребова. Давайте не будем тратить время на ерунду и приступим к делу!

Так… А этот тут что делает⁈

Князь Одинцовский сидел за столом, расположенным напротив мест для зрителей.

И он здесь был не один.

Рядом с ним восседали шесть преподавателей Академии, включая Ростоцкого и Абсолюта Волкова.

А, так это аттестационная комиссия. Именно они будут меня оценивать.

Их присутствие было вполне логичным. Как-никак, они сотрудники Академии!

Но к остальным у меня были вопросы.

Нескольких человек я не знал. Зато прекрасно помнил графа Скуратова, директора архива Петербурга. Именно благодаря ему я сумел найти информацию о драконьем Договоре, который искали Драго.

В целом, мужик нормальный. Хотя сомневаюсь, что он многое помнит о нашей встрече. Всё-таки Кыш как следует поработал над его памятью!

Одно место оставалось пустым. Его наверняка оставили для наблюдателя от Британской Империи.

Значит, стоит ожидать очередного сюрприза…

— Да, князь, согласен с вами! — Баринов кивнул Одинцовскому. — Нам только осталось дождаться последнего члена комиссии…

Забурлила магическая энергия, и из телепортационной воронки прямо у стола появился прекрасно знакомый мне человек.

Вот только я ошибся.

Я ожидал, что наблюдателем от Британской Империи будет кто-то из Рода Драго. Либо Джеймс, либо сам Тобиас.

Но это был кое-кто другой…

* * *

Цзян Вэнь понимал — после провала миссии по наблюдению за бароном Ястребовым его карьера окончена.

Он многое сделал для своей страны, но Император не сентиментален. Он не посмотрит на заслуги старого генерала и избавится от него, заменив кем-то другим.

Более молодым, более дерзким. И куда менее принципиальным.

Кем-то вроде того же Ван Кая, но только более опытным.

Тем не менее, сразу отказываться от своих обязанностей генерал не спешил.

Первое, что он сделал, вернувшись в Азиатскую Империю, — это убедился, что Ван Каю окажут надлежащую помощь. Его драка с бароном длилась от силы пару минут, но паренёк, несмотря на весь свой немалый Дар, был в ужасном состоянии.

Ястребов всего лишь парой ударов умудрился сломить весь его воинский дух!

Кому-то другому Цзян Вэнь сказал бы ободряющие слова. Рассказал бы забавные истории из своей молодости, обратив особое внимание на множество поражений, которые он потерпел, прежде чем обрести силу и славу.

И обязательно прочитал бы мудрую речь о том, что за каждым падением следует очередной взлёт. Ибо такова жизнь!

Но Ван Каю он не сказал ни единого слова.

Мальчишка поступил глупо и безрассудно. Его выходка едва не стоила жизни всем членам группы!

Он вёл себя не как воин и достойный сын своих предков, а как испорченный вниманием и властью эгоист.

Опыт подсказывал Цзян Вэню — пытаться учить такого значит только терять время.

Мальчишка его не поймёт. А если что-то в его глупой голове и останется, то он всё равно сделает неправильные выводы…

Так что всё, что он для него сделал, — это доставил Ван Кая в лоно семьи. Здесь за него можно было не волноваться.

Денег и влияния у его Рода столько, что мальчика быстро поставят на ноги!

Закончив с ним, Цзян Вэнь посетил всех членов своего отряда. Все они благополучно покинули Российскую Империю и сейчас ждали новых указаний.

— Мастер, что дальше? — спрашивал каждый из них.

— Этого я не знаю. Всё зависит от решения Императора! — отвечал им Цзян Вэнь с по-отечески тёплой, но грустной улыбкой.

Лишь убедившись, что никто из парней не нуждается в его помощи, старый генерал вернулся домой.

Жена встретила его горячими объятиями и накормила его любимой острой курицей. Вопросов она не задавала. Долгие годы брака дали ей понять — Цзян Вэнь не из тех, кто рассказывает о своих делах…

Закончив ужин, Цзян Вэнь наточил меч и надел свой лучший костюм.

Сев у мобифона, он положил клинок на колени и принялся ждать.

Его карьера закончена, но последней встречи с Императором не избежать. Нефритовый дракон потребует подробный отчёт. И он, Цзян Вэнь, предоставит его во всех деталях.

А дальше будь что будет!

Звонок последовал через десять минут.

Генерал плавно встал на ноги, кивнул жене и направился к Императорскому дворцу.

Неожиданности начались ещё на входе.

На посту охраны он лицом к лицу столкнулся с Ван Каем. Мальчишка был одет в парадный костюм и, как и всегда, нагло улыбался.

— Что, мастер, готовы к встрече с Его Величеством? — Встрече с генералом он не удивился. Кажется, он даже её ожидал. — Поверьте моему слову — он вас по головке не погладит. На вашем месте у меня бы тряслись поджилки!

Старый воин внутренне скривился.

Никакой благодарности за спасение! Более того, мальчик стал ещё наглее.

Так дерзить старшему. Да ещё и командиру группы!

В понимании генерала это было немыслимо.

Но, что поделать, молодёжь сейчас воспринимает мир совсем по-другому…

— Тогда нам остаётся надеяться на то, что ты никогда не окажешься на моём месте! — с достоинством ответил ему Цзян Вэнь и проследовал к залу приёмов.

Император вызвал их практически сразу.

С первого же взгляда Цзян Вэнь