значительном количестве. Видите эти ярко-красные светящиеся пятна на полу?

– Вижу.

– И в дополнение к этому, на фотографии номер два, сделанной крупным планом, отчетливо видна выщербина на полу, примерно в центре самого большого пятна – которая, согласно заключению эксперта ФБР, может быть оставлена срикошетившей от пола пулей. Тоже ее видите?

– Вижу.

– Согласно заключению агента Ференци, окровавленные волокна, обнаруженные на поврежденном участке пола, полностью соответствуют ткани, из которой изготовлена футболка, надетая в тот день на потерпевшей. Можете что-то возразить?

– Если верить отчету, то, наверное, все так. У меня не было возможности…

– Минуточку! – перебил судья Роллинз. – Что это все значит, мистер Флинн?

– Это значит, что потерпевшей стреляли в спину как раз в комнате-убежище. Скорее всего, погибла она именно там. А еще это значит, что через какое-то время после этого ее тело оттащили в кухню, где еще десять раз выстрелили в затылок. Разве не так, мистер Ноубл?

Тот растерянно выпятил губу чуть не к самому носу.

– Похоже на то.

– Если так все и было, то получается – учитывая точность всех остальных выстрелов, – что убийца намеренно выстрелил в стекло? – спросил я.

– Не исключено.

– Возможно, чтобы привлечь внимание мистера Гершбаума и вынудить его вызвать охрану?

– Возражаю, ваша честь! Это не более чем необоснованные предположения, – встрял Зейдер.

Помешкав не более секунды, Роллинз объявил:

– Поддерживаю.

Я не обратил внимания на этот укус. Сомнения в голову Роллинзу я уже заложил, теперь только один последний вопрос:

– Вы утверждаете, что многочисленные выстрелы в голову объясняются приступом неуправляемого бешенства, но, по-моему, напрашивается совсем другая версия случившегося. Разве не могло быть так, что столь значительные повреждения преследовали цель уничтожить голову жертвы, дабы исключить ее опознание по лицу или зубным картам?

– Не могу исключить и такую возможность, – ответил Ноубл, поерзав на стуле.

Я взял небольшую паузу. Еще раз оценил ситуацию. Ну как, хватит пока что? Вроде да – вид у судьи донельзя растерянный. В итоге решил пока притормозить, чтобы не потерять отрыв. Пожалуй, самые лакомые кусочки стоит приберечь для последнего свидетеля, детектива Энди Моргана.

– Больше вопросов не имею, – объявил я. Зейдеру от свидетеля тоже больше ничего не требовалось.

Ноубл чуть ли не вывалился со свидетельской трибуны – так спешил расстаться с этим ненавистным местом.

– Полагаю, что нам следует устроить небольшой перерыв, джентльмены. Кто ваш следующий свидетель, мистер Зейдер? Можете пока как следует его подготовить.

– Ваша честь, мы собираемся вызвать водителя автомобиля, вовлеченного в ДТП с участием подсудимого, – мистера Джона Вудроу.

«А вот уже хрен тебе», – подумал я. Встал и, проходя мимо Ящера, незаметно подхватил у него из руки мобильный телефон. И огляделся в поисках Кристины.

Глава 82

От волнения дико закрутило живот.

Шаря глазами по залу, по пути к дверям я все более ускорял шаг; бросился было бегом, крутя головой по сторонам.

Нет!

Она бесследно исчезла, а с ней и оба агента. Кристину опять забрали! Я с грохотом распахнул двери. В коридоре никого, за исключением только двоих: слева от меня маячил Перри Лейк – или же Джон Вудроу по версии окружного прокурора, справа – Делл. Пришлось напомнить себе, что сначала надо сделать дело.

Прислонившись к стене, Перри Лейк споро набирал эсэмэску на мобильнике. При моем приближении челюсть у него отвисла.

– Эдди… Я… Я не знал, что ты во все это вписан. Извиняй, братан!

– Возьмите вот это, мистер Вудроу. На этом телефоне есть кое-какие интересные фотки, гляньте. И да – не забудьте ответить, когда он зазвонит, – сказал я, всовывая ему в руку мобильник, который Ящер передал мне как раз с этой целью. Потом, ни слова не говоря, развернулся и направился к Деллу.

Агент, который сидел нога на ногу на скамье возле стены, поднял взгляд от своего телефона и сказал:

– Сами виноваты, Эдди. Я же говорил, что надо сделать. Вы что, не слушали?

– Где она? Если она арестована, то имеет право на телефонный звонок и на адвоката!

– Только в том случае, если б ее оформили в райотделе или федеральном изоляторе. Вы же адвокат – должны вроде бы знать.

– Вам придется как можно скорее оформить арест. Вы удерживаете ее незаконно.

– Подумываете подать на меня заявление? Тогда подумайте еще раз, – сказал Делл и встал. Поманил меня за собой, направляясь к одному из огромных окон, выходящих на площадь перед судом. Махнул мне рукой – вот, мол, гляди.

Я ощутил вибрацию в кармане – телефон. Глянул на экран и увидел эсэмэску с номера Кристины.

«Третье окно от лестницы. Выгляни на улицу».

Я подбежал к окну – и почувствовал, как мое сердце проваливается куда-то с высоты десяти этажей.

Поскольку в десяти этажах подо мной на тротуаре стояла Кристина и смотрела прямо на меня. В какую-то ужасную секунду я осознал, что происходит, и это осознание поразило меня страшным ударом молота по голове. Один из бойцов службы безопасности фирмы заталкивал ее в черный лимузин. Я замолотил кулаками по стеклу, не обращая внимания на ошарашенные взгляды и крики публики, выходящей из зала, и злобно оскалился, когда заметил Джерри Синтона с мобильником в руке – наверняка мобильником Кристины. Он не спеша скользнул в машину вслед за ней. Лимузин резко снялся с места, влился в поток движения и вскоре пропал из виду.

– Даже не думайте на меня замахиваться, Флинн. Меня уже затрахало с вами цацкаться. Только попробуйте вякнуть, и я вас по стенке размажу. Сами виноваты. Всего-то делов требовалось – обеспечить сделку. Но вы предпочли заняться самодеятельностью, так ведь? – сказал Делл.

– Что вы натворили! – кое-как выдавил я, качая головой.

– Ничего я такого не натворил. Мы ее просто отпустили. А кто-то другой опять ее забрал. Я-то тут при чем?

В ушах звенело, руки тряслись. Я опустил на них взгляд – вот сейчас этими руками да ухватить бы Делла за глотку, да стиснуть покрепче, пока не сломается трахея! И смотреть, как в его выпученных глазах один за другим лопаются капилляры.

Он глянул на часы.

– Если эта его шпионская программа не ошиблась, деньги упадут на счет через четыре часа. Если к тому моменту у меня не будет его признания и сделки, то я не могу гарантировать ее безопасность. В данный момент в фирме хотят знать в точности, что Кристина про все это слышала и от кого. Отвезут ее к себе в офис. Начнут выяснять, что на них есть у ФБР. Они уже в курсе, что намечается какая-то