Благодарите Служанку Крови за мои вампирские рефлексы. Я пялился на Пендрагон, как последний придурок, но стоило ей хоть на миг повернуть голову в мою сторону, я тут же отводил взгляд, чтобы она ни о чём не догадалась.

Разок-другой я поймал на себе странный взгляд Риган, но не думаю, что она что-то выкупила. Я всё ещё держал её в поле зрения, чтобы она не забывалась. Я — её грёбаный архонт, и она это прекрасно знала.

Отношения между нами были, мягко говоря, дерьмовыми. Впрочем, так было весь прошлый год, если не раньше. Но теперь, с появлением Пендрагон, всё окончательно полетело к чертям. Риган всегда была жутко неуверенной в себе. Похоже, она искренне верила, что её «чувства» ко мне — это что-то настоящее.

Я знал, что не отвечаю взаимностью. Честно говоря, мне было трудно воспринимать её «любовь» всерьёз. Я был уверен, что всё это замешано исключительно на жажде власти и статуса. Наша пара — чистая политика, чтобы укрепить влияние моего дяди, а лорд Пансера просто удачно всучил ему свою дочь в нужный момент. Я не знал, одобрил бы мой отец этот союз, но всегда надеялся, что он позволил бы мне сделать собственный выбор. В конце концов, он остался с моей матерью. Только с ней. Это был их выбор. Иногда я задаюсь вопросом: был бы отец жив, если бы тогда сформировал триаду? Кто знает.

Я был не единственным, кто витал в облаках, пока мы сидели в трапезной. Тео даже не делал вид, что слушает, как Риган с Куинн заливаются соловьём о том, какие тряпки наденут на Танцы самой длинной ночи и кого они собираются игнорировать. Тео был слишком занят, пялясь через зал на Вона Сабино, и ему было плевать, кто это видит.

Я бросил взгляд на блайтборна. Рука Сабино больше не была в перевязи. Он сидел, держа в руке перо и что-то сосредоточенно царапая на пергаменте. Хороший знак. Корегон хвастался, что сломал парню руку так, что тот больше никогда не станет разведчиком. Видимо, Корегон был не так крут, как пытался казаться.

Я вздрогнул, вспомнив Корегона. Иногда мне казалось, что было бы неплохо его вернуть. Или хотя бы иметь его под рукой. Он был хладнокровным ублюдком, похлеще меня, но отлично скрывал это. Он мог бы стать идеальным заместителем. Но теперь я знал, что он на самом деле думал обо мне. Считал, что я не способен в одиночку управлять Домом.

Я игриво хлопнул Тео по руке:

— Эй. Завязывай пялиться, — прошипел я, чтобы слышал только он.

Кузен вскинул голову и уставился на меня.

— Чего ты на меня так смотришь? — процедил я, понизив голос. — Я не тот, кто сделал это с ним.

Он покачал головой:

— Верно. И ты реально ждёшь, что я в это поверю?

Я почувствовал, как к лицу приливает кровь.

— Жду. Потому что это правда.

— А дальше что? Скажешь, что дядя Виктор не отдавал тебе приказ держать меня на поводке? Чтобы я не позорил семью своими «нескромностями»? — парировал он.

Я подался к нему:

— Мне глубоко плевать на твои похождения, Тео.

Но я ни за что не признаюсь ему, как мало Виктору было дела до него или Маркуса. Виктор заботился только о себе.

Я положил руку ему на плечо.

— Теперь ты мой заместитель, Тео. Мы должны доверять друг другу.

Он сбросил мою руку и встал:

— Может, тебе стоит найти кого-нибудь другого.

Он выскользнул из трапезной, прежде чем я успел придумать хоть какой-то ответ.

— Чёрт, — пробормотал я под нос.

Девчонки продолжали трещать о какой-то ерунде. Но стоило Куинн заикнуться об Играх Консортов, как я мгновенно включился.

— Тебе, наверное, уже не терпится втоптать эту мелкую сучку Пендрагон в грязь, Риган? — выплюнула Куинн. Она была типичной подлизой — умудрилась залезть в задницу Риган так глубоко, что я сомневался, выберется ли она оттуда когда-нибудь. Но Риган любила таких кукол. Ей нужны были только те, кто готов был боготворить её двадцать четыре на семь.

— О, поверь, — протянула Риган, — я об этом только и мечтаю.

Я с силой хлопнул ладонями по столу:

— О чём это вы?

Риган осеклась.

Я соскользнул со скамейки и уселся напротив этой троицы — Риган, Куинн и Виши. Только Виша встретилась со мной взглядом.

— Риган, ты знаешь мою позицию по Играм Консортов, — твёрдо сказал я. — И ты будешь играть по моим правилам. Усекла?

Риган начала накручивать прядь волос на палец, тяжело вздохнув.

— Риган, смотри на меня, чёрт возьми.

Она угрюмо подняла взгляд:

— Да… ладно. Я всё поняла. Ты доволен?

Я закатил глаза. Только Риган могла мечтать об убийстве собственного партнёра по Играм. Впрочем, такое случалось, хотя и не должно было.

— Ты же не хочешь разозлить старого дядю Виктора, верно, Риган? — напомнил я ей. — Или меня?

Я сам ненавидел себя за то, что это произнёс, но всё же протянул руку и едва заметно коснулся её щеки.

— Ну же? Верно?

Она закусила губу:

— Конечно, нет. Ты же знаешь, я — хорошая девочка.

— Самая лучшая, — протянул я, стараясь придать голосу как можно больше бархата. — Такая хорошая девочка… для меня.

Она прикусила губу.

— Блейк… — начала она, явно собираясь напроситься ко мне в комнату на ночь.

Она хотела приходить каждую грёбаную ночь. Но я выстроил между нами стену ещё несколько месяцев назад. И это сводило её с ума. Я даже не позволял ей приближаться ко мне, как бы сильно порой ни давил инстинкт.

Я не был уверен, что именно со мной не так. Но Риган растеряла всю свою привлекательность. Даже в постели. А ведь грех жаловаться: тело у неё идеальное, да и в постели она была исключительно… гибкой.

Во всём виновата Пендрагон. С того самого дня, как я приволок её из той сожжённой глуши, всё пошло наперекосяк. Даже будучи покрытой засохшей кровью и грязью, она представляла собой зрелище, от которого перехватывало дыхание. Я постоянно крутил в голове тот день.

Медра Пендрагон — самая выбешивающая девица, которую я когда-либо встречал. Она пробуждала во мне худшие эмоции. И всё же я не мог выбросить её из головы. Она была порождением мора, она не должна была обладать тем, что я видел в её глазах. Но, похоже, она сама не понимала, кто она такая.

Она была не похожа на других девиц, которые стелились передо мной и беспрекословно подчинялись. В итоге даже Риган попала в эту категорию,