у нас две закрытых решётками лоджии, комната-библиотека и большое окно на кухне. Обычно я гляжу в него или в окно в своей комнате. Чука приходит, когда мне больше всего скучно, и развлекает меня. Он похож на обезьянку из детской книжки про Айболита. Он мохнатый, юркий и умеет стоять на голове.

Я тоже пробовала, но у меня голова кружится.

Он приносит мне пластилин и учит играть. Из этого серого пластилина мы лепим человечков и разыгрываем сценки. Лучше всего это делать у окна с видом на детскую площадку, автостоянку и кафе, откуда по ночам доносится громкая музыка и страшно кричат пьяные дяди и тёти. Чука называет их отдыхающими и быдлом. Быдло — это, наверное, такая тяжёлая профессия, люди много работают, устают и поэтому им приходится много пить и кричать на улице ночью. Чука научил меня, как делать так, чтобы они поменьше кричали и не мешали нашей семье спать по ночам. Для этого нужно слепить человечков, представить, что они пьяное быдло, и немного открутить человечкам головы. Самую чуточку. После такой игры крики за окном сразу стихают, а позднее, часика через два, к кафе приезжает красивая машина скорой помощи. Она забирает дядь и тёть, которым стало плохо после того, как мы с ними поиграли.

Ещё Чука приносит мне книжки-раскраски. Если в книжке нарисован предмет, похожий на тот, который я вижу из окна, то, когда я раскрашиваю рисунок, меняется и цвет предмета на улице. Однажды в книжке были одни машинки, и я с удовольствием их раскрасила разноцветными фломастерами, а потом оказалось, что машины, стоявшие на автостоянке и под окнами нашего дома, тоже стали яркими, как на моих картинках. Мне очень понравилось. А вот дядям на автостоянке — не очень. Там собралась целая толпа, и все они громко ругались, а потом даже били дядю-охранника. Зато Чука смеялся так, что у него живот заболел.

Чука хороший и добрый. Он позволяет мне покидать квартиру, когда мама на работе, а бабушка спит. Вернее, мы не покидаем квартиру по-настоящему, а уходим через чулан в место, где он живёт. Это место называется Застенок. У меня есть книжка про лабиринты, так вот это место похоже на лабиринт. Оно состоит из узких коридоров, где-то можно пройти, а где-то надо протискиваться и даже ползти. Зато есть множество проходов, дверей и окон в самые удивительные места. Чука говорит, что Застенок — это целый мир со своими законами, и из него можно попасть куда угодно.

На улицу мы, конечно, ни разу не выходили, но там и без того есть на что посмотреть: на ледяные пещеры и на пещеры, полные гигантских светящихся грибов. Я видела квартиры, где в одной маленькой комнате жило десять человек, какие-то рабочие, а в других квартирах, больших и с хорошей мебелью, наоборот, вообще не жили люди, хотя всё для жизни там имелось и даже холодильники были до отказа забиты продуктами. Мы гуляли по подвалам, полным труб и странных гудящих машин. Мы лазили по коробам вентиляции и сквозь решётки наблюдали, как живут странные люди с чёрной кожей. Я раньше думала, что у людей бывает только розовая кожа или зелёная, как у заморышей. Но Чука рассказал, что кожа может быть любого цвета, а ещё люди говорят на разных языках. А я-то думала, что люди на картинках просто так раскрашены, а оказывается не просто так. Однажды мы нашли бассейн — это такая ванна, только очень большая, и Чука научил меня плавать. До этого я не знала, что в воде можно плавать, я думала, можно только мыться. Теперь я умею плавать. Главное, чтобы мама не узнала, а то она сильно расстроится.

Мама у меня очень добрая и красивая, только она сильно устаёт на работе. А ещё она боится, что однажды я выйду из дома и может случиться беда. Для этого она закрывает входную дверь на несколько замков, а потом ещё и дверь в тамбуре. Мне запрещено даже выглядывать в тамбур, потому что мама боится беды. Но почему она может случиться, мама мне никогда не отвечает. Я спрашивала бабушку и Чуку. Бабушка говорит, что это из-за моего глаза. Я тыщу раз стояла перед зеркалом и проверяла глаза — про какой она говорит? Про левый или правый? Обычные серые глаза. Бабушка-то ладно, а вот Чука только хихикает и говорит, что просто время моё не пришло. Говорит, что глазу нужно время, тогда всё откроется. Не понимаю. Похоже, они видят во мне что-то, чего я сама не вижу. Такое бывает. Это как с папой.

Папа у меня хороший. Только он всегда в командировках. Бабушка его не любит и ворчит, что он маме всю жизнь испортил, и называет папу «чёрт рогатый». Папа иногда приходит домой, но только ночью, и мне запрещено на него смотреть. Мама всегда запирает дверь в мою комнату и только потом пускает в квартиру папу. Папа разговаривает со мной через дверь. Спрашивает, как дела, всё ли у меня хорошо. Жалеет, что не может найти время побыть дома подольше.

Я очень люблю папу. Я знаю, что он большой, красивый и сильный, но совершенно не помню его лица. Даже в семейном альбоме, который я иногда рассматриваю, лицо у папы размыто и похоже на варёное яйцо. Там мне три годика, и я сижу у папы на коленях. А ещё есть фотографии с моих дней рождений. Мама готовила торт, я его ела и засыпала, потом приходил папа и они делали семейные фотографии. Папа всегда держал меня спящую на руках. Скоро у меня снова будет день рождения, я попрошу маму завязать мне глаза, нечего мне в торт снотворное подкладывать, я уже взрослая. Пусть хоть один вечер папа проведёт время с нами! Серьёзно, почему я не могу выйти на улицу с завязанными глазами? Если они у меня больные и их завязать какой-нибудь повязкой, беды же не будет?

Мне так хочется хоть раз выйти на детскую площадку, поиграть с другими детьми! Покачаться на качелях, съехать разочек с горки, прокатиться на велосипеде или на роликовых коньках. Да. Я уже умею кататься и на велосипеде, и на коньках, даже на этих, чтобы по льду. Чука меня научил в Застенке. Но мне бы хотелось побывать именно на этой детской площадке, которую я каждый день вижу из окна. Там я иногда вижу мальчика, который мне очень нравится. Он