не на шутку разъярённой матери бросает в меня фразы совершенно неожиданным манером, так, что я невольно начинаю чувствовать себя провинившимся школьником.

– Что ты наделал, Багтасар?! Что ты наделал?! Как посмел так оступиться?! Ты хотя бы понимаешь, что натворил?!

– Я бы её не добился… – мой тон, сама суть моего оправдания выдаёт во мне школьного хулигана…

– Нет! Нет-нет-нет! Ты бы добился её! Не в этом году, так в следующем десятилетии, но ты бы смог подобрать ключ к её сердцу! У тебя были все карты в руках! Но ты не захотел ждать! Поддался слабостям: своей жажде, своему всесилию! – она вдруг начинает буйно жестикулировать своими обычно сдержанными руками. – Ты взял запретный плод без спроса! Без разрешения! Без права брать! И теперь за то, что взял обманом, будешь страдать! Отныне это твоя ноша и твой бич!

– Что это значит? – моё сердце уже перестало стучать.

– Ты зациклен, Багтасар Райхенвальд! Ты зациклен на Диандре Рокс! Это значит, что отныне ты её раб: без неё тебе не будет счастья на этом свете – вся твоя жизнь отныне зациклена лишь на этой женщине! Теперь она и есть весь смысл твоей жизни! Клин, на котором сошёлся весь твой мир! Единственное, что сможет не облегчить твои муки, но преобразовать их в благословение: это её взаимность! Обоюдная, двусторонняя зацикленность – вот что может тебя освободить, и ничто боле!

– Диандра не покоряется, она намерена не поддаться моей настойчивости… – произнося эти слова, я прекрасно осознаю, что впервые за всю свою металлическую жизнь признаю своё поражение.

– Её реакция на твою таранящую тактику неудивительна: у неё ведь воля Королевы! Не ей стоять перед тобой на коленях – тебе перед ней ползать на животе! Ах, Багтасар-Багтасар…

Её речи устрашают даже моё чёрное сердце…

– Что, если мне использовать дар Ванадия в его крайнем проявлении? – мой голос сух, как ветер, заблудившийся в ломком, давно заснеженном тростнике.

– Загипнотизировать Диандру на любовь к тебе?! – Йорун неожиданно наполняется ещё большей злостью, и это нагнетает мою безысходность ещё хлеще.

– Гипноз сработает только если окажется, что Диандра в сердце своём желает любить меня.

– То, что её тело возжелало тебя, ничего не говорит о стремлениях её души и сердца! – Йорун буквально рвёт и мечет, так что не внимать её яростным словам я не могу, как бы того не желал. – Её тело молодо и богато на страсть, так что факт, что оно, согласно своему здоровью, отреагировало на призыв твоего мужского естества, совсем не гарантирует тебе победу! Более того: то, что между вами произошло, обрекло тебя на поражение!

– А если…

Моя советчица настолько вышла из себя, что даже не дала мне шанса на слово:

– Не смей, мальчишка! Не смей губить себя, а вместе с собой и всех нас! Тебе уже ходить прикованным цепями к этой женщине из-за твоего выбора проводить с ней ночи тайно!.. Не смотри на меня так! Я слишком хорошо и слишком долго знаю тебя, чтобы понимать, что ты не остановишься после единственной ночи! Но имей в виду, Багтасар Райхенвальд: если ты применишь к Диандре Рокс дар Ванадия в крайней мере, гипнозом призвав её взаимность – никогда не познаешь её истинной любви! Она будет принадлежать тебе лишь потому, что её воля будет подавлена: первое десятилетие, а может и первых два ты, конечно, будешь чувствовать подобие счастья, но жизнь Металла дольше, она исчисляется веками! Если не хочешь сойти с ума и погубить себя окончательно: добейся её любви! Добейся кровью и потом – не насилием и обманом!

– Ты провидица, так скажи же мне: возможно ли добиться от этой упрямой девы слово “да” вместо “нет”.

Провидица раздражённо взмахивает руками, прежде чем отвернуться от меня:

– Для Триединого Короля нет ничего невозможного в мире живых.

Тяжело дыша, она окончательно разворачивается ко мне спиной… Поняв, что услышал даже больше, чем достаточно, и более ничего весомого не услышу, я прохожу мимо неё, но стоит мне уйти на пять шагов вперёд, как она бросает мне в спину уставшим, огорчённым, поникшим тоном:

– Не обижай эту девочку.

Я останавливаюсь, но не оборачиваюсь:

– Вы уже успели сблизиться настолько, что ты предоставляешь ей свой патронаж?

– Даже мой патронаж не убережёт её от тебя. Все это прекрасно понимают.

– Все, кроме неё…

– Не обижай её, Багтасар.

– Вы стали подругами?

– Можно так сказать.

Прежде чем произнести следующую фразу, я выдерживаю значительную паузу:

– Сложно быть подругой тем, преданность которым никогда не превзойдёт твоей преданности мне?

На сей раз выдерживает значительную паузу она…

– Сложно. Но я всегда справляюсь.

В итоге ухожу не я – уходит она.

***

Диандра наверняка сейчас в своих покоях: по ночам она или читает книги, или, если окно в её башне открыто, упражняется в своём даре – за эти недели она сумела отточить свой контакт с птицами до безупречности. После того как она продемонстрировала свой дар во время попытки побега, Вампирески в сердцах своих тайно опасаются её: шепчутся, будто “новенькая способна убить одним взглядом”. Отталия рассказала всем о том, как Диандра заставила её вырвать самой себе сердце. Что ж, правильно делают, что боятся королевской власти. Смертельно ошибаются те, в ком страха недостаточно.

Днём Гафний и Скорч доставили под купол мой заказ: пятьдесят саженцев молодой черешни. Теперь, роя лопатой землю под луной, я хотя бы физически ограждаю себя от собственных нападок на свою Авиарх. Беспокойные мысли не отпускают, но, похоже, что физическая нагрузка всё же снижает градус нервозности. В ночь после бала Диандра сказала, что любит черешню. Будет ей черешня. Целая черешневая аллея… Аллея Диандры.

В голове эхом звучат слова, произнесённые Йорун менее часа назад: “Для Триединого Короля нет ничего невозможного в мире живых”. Триединое Королевство – так провидица называет в своих предсказаниях принадлежащие моей власти территории. Всё началось с меня. С момента, когда я выжил, вколов себе тройную дозу металлической вакцины. Отсюда во мне такая сила, втройне превосходящая обычную металлическую силу. О том, что я не только Хром, но и Калифорний, и Прометий, известно только мне и Йорун. Поэтому моим астральным именем является имя Триединый Король: триединство металлов в одном существе.

От каждого из металлов во мне