танцы возобновились. Никто не заметил, как преподобный и миссис Орр выскользнули за дверь, а когда раздался звонок, его из-за шума услышали далеко не сразу. Первый гость… По старинному шотландскому обычаю, первого человека, переступившего порог в новом году, приветствуют как предвестника удачи, под знаком которой пройдет и весь год. Ну, а раз это оказался священник, то вместе с ним в дом вошло и благословение. Будет, будет удача и кузнецам, и пекарям и, конечно же, пивоварам.

Гости начали расходиться часам к пяти утра. Но ушли не все. Для многих дорога домой после праздничных возлияний представляла определенные трудности. Им предоставили свободные комнаты и диваны. Дженни и Джеймс присоединились к Кэлу и Изабель, Гэвину и Эмме, чтобы выпить перед сном кофе. Они устроились на кухне при свечах, подъедая остатки десерта. Кэролайн и Дональд зашли пожелать доброй ночи, их усадили тут же за стол. Пришел Эмрис. Изабель вызвалась приготовить на всех свою знаменитую яичницу с копченым лососем.

— Ну что же, новогодняя ночь словно создана для важных объявлений, — сказал Дональд, — возможно, пришло время поделиться с вами моим маленьким секретом.

Вид у него при этом был как у школьника, получивший на день рождения заветный подарок. Он наклонился вперед и жестом призвал всех придвинуться поближе.

— Я собираюсь спасти монархию, — торжественно объявил он. — Два дня назад я заручился необходимой поддержкой, чтобы сформировать новую политическую партию, которая будет называться… — он выдержал длинную паузу, — Королевская партия реформ. — Он победоносно оглядел собравшихся. — Мы будем бороться с референдумом Уоринга, и мы победим!

Глава 34

Через два дня после Нового года Джеймса разбудила гроза. Почти сразу же в дверь постучали. Еще не совсем проснувшись, Джеймс поднялся и подумал, что халат искать не стоит. Так, в трусах он и встретил Гэвина, стоявшего за дверью.

— Простите, что беспокою вас, Ваше Величество, — быстро сказал рыцарь.

— Все нормально, — проворчал Джеймс. — Как дела? — Часы у кровати показывали 6:42, на улице было еще совсем темно.

— Я подумал, вы захотите увидеть это как можно скорее, — Гэвин протянул королю сложенную газету.

Раскрыв первый разворот, Джеймс сразу наткнулся на заголовок: «КОРОЛЕВСКИЙ СКАНДАЛ — НАЧАТО РАССЛЕДОВАНИЕ».

Света явно не хватало. Поднеся бумагу поближе к глазам, он быстро проглядел текст, набранный в две колонки. Поначалу ему было скорее любопытно, чем тревожно. Он сел на край кровати и включил свет.

— Заходи, не стой в дверях, — предложил он Гэвину, уже вчитываясь в статью.

Репортеры «Гардиан» действовали осторожно. История изобиловала предположениями и содержала минимум подробностей. Общий смысл сводился к тому, что карьера Джеймса на службе была не самой образцовой. Никаких подробностей не приводилось, но последний абзац сообщал, что читатели видят только верхушку очень большого айсберга и что, как только факты удастся подтвердить, подробности не заставят себя ждать.

— Что ж, — согласился Джеймс, — ничего особенного. Пусть ищут. Мой послужной список чист. Кто-нибудь еще опубликовал это?

— Не знаю, сэр, но могу узнать. Шона выписывает много газет.

— Узнай, — кивнул Джеймс. — Посмотрим, что пишут остальные.

Гэвин ушел. Джеймс надел халат и еще раз внимательно прочитал статью. Зазвонил телефон. Это был Рис, он звонил из Лондона. Они с Эмрисом на несколько дней вернулись в город.

— О вас статья в «Дейли индепендент»… — начал Рис.

— И что?

— Нехорошо, сэр.

— Что там?

— Могу прочитать, если хотите. Сейчас принесу…

— Не стоит. Перескажи своими словами главное. Я сам позже прочту.

— Они утверждают, что нашли доказательства грубых проступков в тот период, когда вы служили в армии. Пишут, что вас привлекали к уголовной ответственности, но вы с помощью взятки избежали военного трибунала.

— Глупости! — фыркнул Джеймс. Идея была настолько нелепой, что он не мог представить человека, который примет ее всерьез. — К тому же, это просто невозможно. Ты не хуже меня это знаешь.

— Тут еще есть, сэр, — сказал Рис, и Джеймс уловил в его голосе беспокойство.

— Давай, что там еще?

— Здесь говорится, что есть свидетели, которые уверяют, что в Казахстане вы совершили ряд поступков, в которых вас обвиняли.

— Они говорят, о чем идет речь?

— Нет, сэр. Дескать, газета продолжает собственное расследование.

— Это пустышка, ничего у них нет и быть не может. Ты имеешь в виду только «Дейли индепендент»?

— Других газет мы не получаем. Сейчас схожу за остальными.

— Хорошо. Перезвони мне, когда посмотришь другие. Скорее всего, там будет то же самое.

Джеймс спустился вниз и прошел на кухню. Несколько минут он возился там в одиночестве, а потом пришла Придди и положила этому конец. Но из уважения к королю все-таки позволила ему посидеть за столом, пока не будет готов завтрак. Бекон еще не успел поджариться, когда появились Гэвин с Шоной. Она притащила охапку свежих газет.

— Здесь не все, — объяснила она. — Позже будет больше.

— А-а, вот «Дейли индепендент», — сказал Джеймс, доставая из кучи одну газету. Пока он просматривал статью, Гэвин и Шона быстро разобрали остальные.

Но в других газетах ничего не было, за что Джеймс был им весьма признателен. Ему пришло в голову, что дело в каком-то мошеннике, раскрутившем пару издателей под обещание скандала. Скорее всего, он посмеивался всю дорогу до банка.

— Что ж, — сказал Джеймс, пока они втроем сидели за кофе, — все не так уж плохо. Вранье чистой воды, само собой, но отрадно, что в этом участвует только пара газет.

— Три, — сказал Кэл, входя в комнату. — Я только что просмотрел «Шотландский вестник». Кто, черт возьми, кормит их этим дерьмом?

За завтраком Джеймс, Кэл и Роутсы, обсудили, что делать с этой историей.

— Запашок неприятный, — высказал общее мнение Дональд.

Кэл все порывался «засудить этих ублюдков».

— Правильное желание, конечно, Калум, — признал Дональд, — но не слишком полезное. Если хотите, Джеймс, я позвоню кое-кому, попробую разузнать, кто за этим стоит.

— Было бы неплохо, — кивнул Джеймс. — При таких обстоятельствах вы, наверное, дважды подумаете, прежде чем поддерживать меня.

— И в мыслях не было, — заверил его Дональд. — Они пытаются поднять бурю,