Я вспомнила, как странно смотрела на нас с Луаном Трисс, вспомнила сочувственный взгляд тетушки – и вдруг остановилась как вкопанная. Горло сжал спазм, и на мгновение я увидела очертания того, на что все пытались мне намекнуть. В отчаянии я зажмурилась, чтобы прогнать эти страшные тени грядущего. Тело заколотила нервная дрожь, и я обняла себя за плечи, ничего вокруг не замечая. «Да это же просто трусость!» – кричал какой-то голос в голове, но я старалась не слушать его. Я почувствовала, что продрогла, так страшно холодно мне стало! И тогда я упала на колени прямо посреди дороги, будучи не в силах идти дальше, и скорчилась, словно впав в какое-то оцепенение.

Я плакала без слез, кривя лицо в жуткой гримасе, благо меня некому сейчас было увидеть на этой пустынной дороге, ведь гости у Руперта бывали нечасто. Что же мне делать?!

Все еще сотрясаясь от сухих рыданий и по-прежнему стоя на коленях, я безуспешно пыталась взять себя в руки, когда меня грубо схватили сзади за воротник. Во всем Красном дворце был лишь один человек, способный на подобные жесты.

– Ты что это тут ползаешь? – как всегда хмуро осведомился Руперт. – Мелочь, что ли, просыпала?

Я подняла голову, встречаясь с бесстрастным взглядом принца, и заставила себя непринужденно улыбнуться. Наверное, по мне было видно, что я только что пыталась плакать, но, в конце концов, лицо у меня от природы круглое, так что он мог и не заметить, что оно немного…

Отпустив мой воротник, Руперт вдруг резко наклонился, будто ловил мышь, и почти уткнулся носом в мой нос.

– В чем дело? – резко спросил он.

Смутившись, я попыталась наклонить голову, избегая его изучающего взгляда, но он ухватил меня за подбородок сухими сильными пальцами и заставил поднять лицо. В глазах потемнело от подобной бесцеремонности.

– Признавайся, – скомандовал Руперт.

– В-в чем? – от удивления я начала заикаться и, запаниковав, попробовала его отпихнуть, однако не преуспела. В тощем, как палка, теле Руперта крылось немало силы, даром что запястья у него были даже тоньше моих. Словно далекий сон, я припомнила, что когда-то могла удерживать его голову на подушке своими руками… Тем временем Руперт досадливо цокнул языком:

– Что у тебя с лицом?

– Это я от природы страшненькая, ваше высочество, – мрачно ответила я.

– Я и не об этом, – фыркнул он. – И повторять не стану. Выкладывай! Ну!

Яростный приказ на мгновение лишил меня дара речи. Что я могла ему рассказать? Я слишком боялась за тетю Амелию, чтобы передавать Руперту ее дерзкие слова, и слишком растерялась, чтобы говорить с кем бы то ни было об отце.

– Я просто немного огорчилась, – наконец выдавила я.

– Из-за чего?

– Похоже, я больше не могу доверять тому, кому верила больше всего на свете, – проговорила я, глядя в зеленые глаза Руперта. – И теперь мне страшно.

– Кому это ты там не можешь доверять – своему отцу? – деловито уточнил Руперт.

Он попал в яблочко, не целясь. Я жалко улыбнулась:

– Простите, но я правда не хочу развивать эту тему. Это… не связано с вашим высочеством.

Руперт медленно разжал пальцы, выпрямляясь.

– Что тебе сказала Амелия де Белуа? – спросил он, глядя на меня сверху вниз.

Я заставила себя улыбнуться, поднимаясь на ноги, и с запинкой ответила:

– Ничего… ничего особенного. Просто… она сказала… она говорила о том, что… э-э-э… дворяне в последнее время волнуются… и что вашему высочеству следует… э-э-э… быть осторожным.

Мне казалось, что от этой лжи мои губы горят, будто обожженные.

– Значит, моя жизнь в опасности? – с любопытством спросил Руперт.

– Нет-нет, что вы, – проговорила я. – Зачем такие ужасные слова…

Я замолчала на мгновение, борясь с собой, а потом заставила себя кивнуть и договорила:

– Ужасные слова… сказала мне тетя, ваше высочество. Она сказала, что вы… что вы можете умереть.

Принц ничуть не изменился в лице, даже бровь не поднял. А потом внезапно расхохотался.

– Правильный ответ, – заявил он, смеясь.

– Что? – опешила я.

Он вдруг шагнул ко мне, резко посерьезнев. И, прежде чем я успела отстраниться, крепко обхватил меня пальцами за затылок, а потом прижался губами к моему лбу. Все это заняло едва ли пару секунд, но у меня все равно от изумления отпала челюсть. Руперт тотчас отстранился, вытирая рот и смеясь. В его ладони мокро блеснуло что-то маленькое и черное.

– Это! Что это?! – возопила я. – Это же… ваш камешек?! Но как?!

– Он последний, правда, – засмеялся этот подлец. – Больше их в тебе нет.

– Вы солгали мне! Ваше высочество просто-напросто подлый лжец! – не переставала возмущаться я.

Вместо ответа он протянул руку и вложил камешек в мою ладонь. Затем пробормотал что-то – и камешек обратился горсткой черного пепла. Тупо уставившись на черную пыль у меня в руке, я затрясла головой:

– Нет. Нет-нет-нет-нет. Вы же обещали! Вы мне обещали, что не станете за мной шпионить!

– Честное слово, – он все еще смеялся. – Это был последний. Правда.

– Я вам не верю, – с горечью сказала я.

– Ну, – после крошечной заминки заявил он, – вообще-то, да. В тебе остался еще один…

Я взглянула на него, и кровь бросилась мне в лицо. К моему крайнему ужасу, этот мерзавец даже не пытался изобразить сожаление! О, до чего захотелось врезать ему, этому наглому красавчику, даже если это будет последнее, что я сделаю в своей жизни!

Руперт тем временем вновь посерьезнел.

– Это был последний раз, когда я лгал тебе, обещаю, – проговорил он. – Хочешь, дам клятву черного мага, что больше не стану так делать?

– Что еще за клятва? – мрачно спросила я.

– Ну, если коротко, – он осклабился, – то, дав ее, я умру, если солгу.

Он стоял скалясь, страшно довольный своей затеей, а меня вновь охватил гнев. Вот же фигляр, предлагать такие идиотские вещи в такой момент!

– Мне от вас ничего не надо! – со злостью крикнула я и неожиданно для себя залепила ему пощечину.

Глаза Руперта стали огромными, словно он не ожидал, что я когда-либо посмею выкинуть что-то подобное. Пораженная своим поступком не меньше, чем он, я застыла, медленно осознавая, что только что натворила.

– Ты… меня… ударила? – наконец с расстановкой спросил Руперт, касаясь кончиками пальцев пострадавшей щеки.

– Нет-нет-нет-нет-нет, – в ужасе забормотала я.

– Ты что, рехнулась?! – рявкнул он.

– Н-но это же в-ваше высочество меня вы-вы-вынудили! – воскликнула я, пятясь.

Потом развернулась и бросилась бежать в комнаты, благо до них оставалось совсем немного. Тори! Мне срочно нужна Тори, потому что только она защитит меня от его